Читаем без скачивания Перекрестки (СИ) - Леонова Светлана

- Все будет хорошо, - поспешил успокоить тещу, хотя и сам осознавал, что простыми словами тут не поможешь. - Как там Павлик?

- Я стараюсь отвлекать его, как могу, но он все равно спрашивает, когда вы приедете. Тут еще следователь приезжал, завтра на допрос вызвал. И еще. Звонила мать Никиты.

Костя заметно напрягся, и пальцы сильнее сжали трубку.

- Что хотела? Жданов им звонил?

- Они узнали обо всем от следователя, их тоже на допрос вызвали. Говорят, что после освобождения Никита с ними даже не связывался.

Костя оставил для следователей оценку правдивости слов матери Никиты, это их работа. Для него сейчас была важнее безопасность Светы.

- Мам, дай мне Павлика. - Подождав, когда послышится родной детский голос, Костя постарался придать своему голосу интонацию как можно беззаботнее. - Привет, малыш!

- Я не малыш, - совершенно серьезным тоном безапелляционно заявил Павлик, давая понять, что в таком русле беседа с ним не пройдет.

- Да, конечно, ты же у нас вырос. Совсем большой стал. - Действительно, когда же успел их сын так повзрослеть? - Как твои дела?

- Мы с бабушкой вернулись в Москву, - с сожалением вздохнул мальчик, - она сказала, что забыла какие-то таблетки дома, а без них ей может стать хуже. А вы с мамой скоро приедете?

- Скоро, Павлик, скоро. Как только вернемся из командировки. Пока побудь с бабушкой, только слушайся ее и не огорчай, а то она плохо себя чувствует. Обещаешь?

- Обещаю.

Затем в трубке снова послышался голос Веры Ивановны.

- Папу услышал и теперь побежал к телевизору. - И тут же переменив тон на более беспокойный, попросила лишь об одном. - Костя, найди ее. Я не знаю, что этот безумный хочет, но мне что-то не по себе.

"Мне тоже не по себе", - ответил внутренний голос, но вслух Костя произнес лишь одно:

- Обязательно найду, даже и не сомневайтесь.

Но какими бы ни были профессионалами своего дела все те, кто занимался поиском похитителя и его заложницы, отсутствие зацепок сильно тормозило все дело. Безрезультатно проходили вторые сутки. Костя места себе не находил. Глотал едва ли уже не литрами кофе, не обращая внимания на нещадно болевшую голову.

- Тебе бы поспать, - тревожно заметил Кирилл Александрович, - сам на себя не похож. Да еще и с сотрясением...

- Нет никакого сотрясения, - отмахнулся Костя. - Некогда сейчас отдыхать.

Саныч удивленно вскинул бровь. Нет, и это он слышал от одного из своих самых лучших ребят?

- Кому ты тем самым лучше сделаешь? Ну вот найдем мы их сейчас, и что? Ты же с ног валишься. Какой от тебя прок тогда будет? И девчонку подвергнешь лишнему риску, и себя угробишь вдобавок. А у вас пацан там с бабушкой остался. - И чуть повысив интонацию и голос, не скрывая своего недовольства, скомандовал. - Быстро отдыхать. Там в кабинете у оперов есть диван. Иначе ты меня знаешь - отстраню к чертям собачьим от операции. Получишь свою Свету только в конце...

Как бы ни сопротивлялся мозг, но уставшее тело не слушало его доводов. Едва только голова коснулась жесткого подлокотника, Костя тут же провалился в совершенно пустой, измученный сон безо всяких видений.

А в соседнем кабинете вовсю кипела работа. Опытные следователи и оперативники знали свое дело, и из казалось бы несовместимых между собой событий они могли составить цепочку единого события, а порой даже предугадать последующие шаги преступника.

Отдых был не долгим, но Косте хватило и этого. Он долго всматривался в свое отражение в зеркале над умывальником. Двухдневная щетина, под глазами темные круги. А взгляд какой-то совершенно не свой. Словно волчий. Да уж, неужто так время быстро берет свое? Или это похищение так сильно изменило его? Ему отчего-то подумалось, увидь Света его в таком состоянии, точно испугалась бы. "Костя, Костя, где твое хваленое прежнее самообладание?" - задался он вопросом, не отрывая взгляда с чужих глаз, смотрящих на него с зеркала. Потом резко тряхнул головой, скидывая с себя оцепенение, открыл кран с холодной водой и плеснул себе в лицо. Еще и еще раз, пока в мысли не вернулась ясность.

Потом снова ударные дозы кофе. Если бы курил, то к кофе прибавились бы и дозы никотина, которые смогли бы убить табун лошадей, но Костя не был подвержен этой пагубной привычке, а потому ставший неизменным стакан с кофе снова был в его руке.

- Проснулся? - Кирилл Саныч едва оторвался от монитора. - Давай, приходи в себя, есть некоторые новости.

- Нашли? - Костя и сам не осознавал, с какой надеждой было это произнесено, но все его внимание было сосредоточено сейчас на ином.

- Садись, не стой.

Мужчина кивком головы указал на место за столом напротив себя, где можно было немного подкрепиться вместо завтрака. И хоть за окном было еще темно, рассвет уже забрезжил на небосводе, окрашивая его первыми лучами.

- Ночью патрульная служба выехала по вызову. На трассе вот в этом районе, - Кирилл Саныч указал на мониторе участок на карте местности, - обнаружили мужчину с пробитой головой. Он выжил, но пока в тяжелом состоянии. В общем, пока разобрались, что да как... Связали ниточки... Короче, мужчина этот ехал из поселка, где мы вчера были. Он подобрал двух попутчиков, мужчину и женщину. Мужчина просил скорее отвезти их до районного центра, в больницу, уж очень плохо его спутнице было, а скорая не приезжала никак. Женщина от недомогания даже без сознания была. А по пути его оглушили чем-то тяжелым. Сперва заставили остановиться, а потом ударили по голове. Только торопился нападавший очень, не стал добивать, просто скинул с обочины и уехал. Чуешь, кто это может быть?

- Жданов, - яростно протянул Костя, глядя прямо перед собой невидящим взглядом. - Это многое упрощает, номер машины ведь можно пробить...

- Можно-то можно, - Костин наставник устало откинулся на спинку компьютерного кресла и закинул руки за голову, - что тут же и сделали ребята. И машину к утру нашли. Как раз в районном центре. Пустую. Бросил он ее, чтоб следы замести. Снова всех обмануть сумел.

- Хитрый лис, - с задумчивостью и разочарованием вымолвил Костя.

- Еще какой. Ему нужен транспорт, чтобы покинуть этот район, но так, чтобы не светиться. Разосланы ориентировки на все посты. Все автобусы междугородние досматриваются. Ищем.

Ожидание намного страшнее кошмара. Когда не знаешь ничего и ждешь. Хоть какой-нибудь вести, хорошей… или не очень. Когда в душе теплится надежда, но страх когтистой лапой сжимает ее, и душит, душит, душит… Костя понимал, отчего эта операция для него была так не похожа на другие: раньше не за кого было так бояться, было только лишь гуманное чувство сострадания. Раньше он боролся за справедливость, теперь он боролся за ту, что стала его жизнью.

Близился полдень, а результатов так и не было. Костя устало маялся по коридорам и кабинету, не зная, чем себя занять. Очередная кружка кофе едва не выпала из рук, когда неожиданно зазвонил телефон. Неожиданно, потому что Костя привык ставить на определенные группы контактов разную музыку, а сейчас играла та, что стояла на неизвестные номера. Посмотрел на дисплей – так и есть, неизвестный абонент. Видимо, его недоумение отразилось на лице, потому что тут же рядом на диване заинтересованно подобрался Саныч и все как по команде замолчали.

Костя нажал на прием и включил громкую связь. Сначала была тишина, лишь только отдаленный шум разбавлял тишину в трубке. Костя отчего-то медлил, чего-то ждал.

- Надежда, Мечта, Лада… Да уж, местные особо не мудрствовали, когда названия придумывали. - Послышался знакомый и такой родной голос из телефона, и Костя едва не подскочил на месте, едва только заслышал его. Он сразу же напрягся, ловя каждое слово, каждую деталь, которая могла хоть как-то помочь. Тут же рядом кто-то приставил диктофон, а в углу тихо закипела работа.

– Ты можешь хоть ненадолго умолкнуть? – рявкнул Жданов, но его голос звучал как-то отдаленно.

- Куда ты меня везешь? Мы что, туда не могли на прежней машине проехать? Для этого специально нужно было старую ниву брать?