Все это Черный доктор угрюмо выслушал, иногда поглядывая на Дала и не говоря ничего.
— Так это все? — сказал он, когда Джек закончил.
— Не совсем, — сказал Джек. — Я хочу, чтобы было записано: нас подвела моя диагностическая неудача. Не желаю никакого недопонимания на сей счет. Если бы только у меня хватило ума поглядеть дальше своего носа, не возникло бы никаких трудностей.
— Понятно, — сказал Черный доктор и указал на Дала. — Значит, это он на самом деле нашел ответы и руководил решением этой задачи, не так ли?
— Совершенно верно, — твердо сказал Джек. — Дал заслуживает всяческих похвал.
Что-то шевельнулось в душе Дала, и он почувствовал, как Пушистик крепче прижимается к нему. Он ощущал холодную враждебность ума Черного доктора и начал было что-то говорить, но Черный доктор оборвал его.
— Вы также согласны с этим, доктор Мартин? — спросил он Тигра.
— Конечно, согласен, — сказал Тигр. — Я во всем согласен с Голубым доктором.
Черный доктор гаденько улыбнулся и кивнул.
— Ну что ж, весьма рад слышать, что вы это говорите, джентльмены. Могу сказать, что для меня очень большое облегчение слышать от вас подобные утверждения. Поскольку на этот раз не должно быть никаких возражений ни от кого из вас относительно того, на ком лежит ответственность, для меня чрезвычайно отрадно знать, что я в любом случае могу вас обоих полностью оправдать.
Челюсть Джека Альвареса отвисла, и он воззрился на Черного доктора, словно не расслышал его.
— Оправдать нас? — не понял он. — Но каковы же обвинения?
— Я предъявляю присутствующему здесь вашему коллеге обвинения в неумении, преступной халатности в процессе лечения и неприличном для врача поведении, — гневно сказал Черный доктор. — Разумеется, я не сомневался, что никто из вас двоих не мог внести сколько-нибудь заметного вклада в испорченное неумехой, но еще убедительнее иметь ваши собственные утверждения этого обстоятельства в записи. Они перевесят в слушании на совете любое прошение, которое я мог бы принести в вашу пользу.
— Но… но что вы имеете в виду, говоря о слушаниях в совете? — заикаясь, спросил Тигр. — Я вас не понимаю! Эта… эта проблема разрешена. Мы решили ее все вместе, как патрульная команда. Мы послали новехонький договор о медобслуживании, подписанный теми людьми…
— О, да. Вот! — Черный доктор вытащил из внутреннего кармана длинный розовый официальный бланк и развернул его. Врачи увидели внизу фотокопии своих подписей. — К счастью — для вас двоих — эта бессмыслица привлекла мое внимание на первой же ретрансляционной станции, которая ее получила. Я лично принял ее и изъял из обращения, прежде чем она смогла достичь Земли-Больницы для архивирования.
Медленно, у них на глазах, он разорвал розовый бланк на дюжину кусочков и швырнул их в вытяжное отверстие.
— Довольно об этом, — не торопясь проговорил он. — Я мог бы проследить вашу дурацкую попытку затуманить важное так называемым “договором”, чтобы отвлечь внимание, но, боюсь, не смогу ни уделить этому много времени, ни допустить, чтобы это появилось в общем отчете. И, конечно, я вынужден объявить “Ланцет” чумным кораблем до тех пор, пока не завершится бактерио- и вирусологичесоке обследование корабля и команды. Сама планета будет считаться очагом галактической инфекции вплоть до принятия надлежащих мер, призванных удостоверить ее обеззараживание.
Черный доктор вытащил еще несколько бумаг из другого кармана и повернулся к Далу Тимгару.
— Что касается вас, обвинения достаточно ясны. Вы нарушили наиболее основополагающие правила выбора верного решения и лечения во время разбирательства с делом 31-й Брюкера. Вы допустили, что Патрульный корабль Общей Практики приблизился к возможно опасному очагу инфекции без какого бы то ни было уведомления вышестоящего начальства. Вы предприняли биохимические и медицинские изыскания, для которых не располагали ни подходящим оборудованием, ни соответствующими навыками, и подвергли ваш корабль и товарищей по команде неслыханному риску, приземлившись на такую планету. Вы в ответе за несказанный — возможно, гибельный — ущерб более чем двумстам представителям той расы, которая позвала вас на помощь. Вы даже обрекли существо, чья жизнь зависит от вашей собственной расы, в сущности, на рабство и возможное уничтожение; и, наконец, у вас хватило наглости попытаться сокрыть вашу корявую работу утверждениями о том, что подписали договор о медобслуживании с неизученной расой.
Черный доктор прервался, когда вошел помощник и что-то прошептал ему на ухо. Доктор Таннер сердито покачал головой.
— Я занят!
— Они говорят, что это срочно, сэр.
— Ох уж эти бесконечные “срочно”, - Черный доктор с натугой встал на ноги. — Если бы не ваше несчастное невежество, я бы не отрывал драгоценное время от моих более важных обязанностей, — он сердито посмотрел на членов экипажа “Ланцета”. — Прошу прощения, я ненадолго, — сказал он и исчез в отсеке связи.
Как только он вышел из комнаты, Джек и Тигр разом заговорили.
— Не может быть, что он это всерьез, — сказал Тигр. — Это невозможно! Ни одно из его обвинений не подтвердится на дознании.
— Ну, я думаю, это — подготовка, — сказал Джек; голос его дрожал от гнева. — Я знал, что некоторые люди на Земле-Больнице старались от тебя избавиться, Дал, но понять не могу, как может в подобном участвовать Четырехзвездный Черный доктор. Либо кто-то его неправильно информировал, либо он просто не понимает, что происходит.
Дал покачал головой.
— Да все он понимает, ты не думай; именно он и полон решимости отлучить меня от медицины. Это шаткий повод, но он вынужден им воспользоваться, потому что понимает: теперь или никогда. Он знает, что, если мы подпишем договор с новой планетой и его официально утвердят, мы все получим наши Звезды и он никогда больше не сможет преградить мне дорогу. И Черный доктор Таннер собирается стоять насмерть, чтоб я не получил Звезду.
— Но это нечестно от начала до конца, — возмутился Джек.
— Он обернул против тебя наши же слова! Можешь биться об заклад, он скорехонько пошлет на ту планету исследовательский отряд и притащит домой точно такой же договор, какой подписали мы; не будет никаких последствий.
— Если не считать того, что меня отстранят от службы, — сказал Дал. — Не беспокойтесь. Со временем вы заслужите доброе имя. Когда пыль осядет, будьте уверены, он упомянет, что вы были посредниками, заключившими договор. Он не собирается причинять вам вред; он хочет добраться до меня.
— Ну, так легко он не отделается, — сказал Тигр. — Мы еще посмотрим. Не слишком поздно взять наши слова обратно. Если он думает, будто может избавиться от тебя, воспользовавшись тем, что было даже не твоей оплошностью, он обнаружит, что ему придется избавиться от много большего, чем только от тебя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
