выставляет ладонь.
Теряюсь на некоторое время. Пытаюсь вспомнить, когда посторонний мужчина решал мои проблемы? Я доверяла только Жене. Но чаще все делала сама.
Тем не менее, я послушно вкладываю связку с брелоком в его руку. И без лишних вопросов еду с ним. К нему домой. Как загипнотизированная. А там попадаю под чары двух милых солнышек, которые встречают меня так тепло, будто всю жизнь ждали.
Глава 20
Константин
- Это ее машина? – Тимур спрашивает очевидное.
Мы стоим с ним у входа в автосервис сети Вулкановых и наблюдаем, как эвакуатор выгружает на площадку небольшую желто-оранжевую каракатицу. Машинка выглядит игрушечной, а полустертый выгоревший логотип придает ей вид старой, брошенной развалины. Она как призрак из страшной сказки, в создании которой я принимал непосредственное участие.
«С…ка… жизнь», - вчитываюсь в надпись, где не хватает букв. Криво усмехаюсь.
Наверное, следовало бы догадаться. Еще в тот день, когда мы с Верой столкнулись у входа в кафе. Я уезжал после встречи с Пономаревым, а она… Что делала там? Решила поговорить с бывшим мужем? Воззвать к его совести? Напрасно. Циничность, умноженная на два. Потому что пока я вел дело, к самым темным и гадким качествам Пономарева присоединились мои. Такой сгусток негатива сложно рассеять.
Тогда я был уверен, что поступаю правильно. Спасаю бизнес обманутого мужика от очередной стервы. Но теперь появилась Вера. И нагло перевернула все. Сломала. Ей как-то удалось привнести свет в мою очерствевшую душу. Достучаться, заставить пересмотреть застрявшие в мозгу правила и убеждения.
Мы толком не знакомы, но она сейчас сидит дома с моими детьми, а я ремонтирую ее автомобиль у лучшего друга. И переживаю, чтобы все сделали хорошо.
Бред какой-то. Перегибаю палку.
- Ну, не моя же, - злюсь на себя, а отрываюсь на Тимуре. - Машина Веры. Ее бывший жлоб хорошо так под капотом начудил. Я даже завести не смог, сколько ни копался. Решил эвакуировать к тебе.
От мыслей о Пономареве становится еще хуже. От гнева зубы сводит, а руки машинально сжимаются в кулаки. Он на хрена Веру без гроша оставил? Чтобы преследовать после развода? Помню, в уши мне лил, как жену любит и как терять ее не хочет. А она, гадина такая, его бросила. Если это любовь, то я Мать Тереза.
- Правильно, мои ребята разберутся, - напоминает о себе друг. И хлопает меня по плечу, возвращая в реальность. - А бывшего жлоба когда эвакуируешь? И как ты вообще это себе представляешь? Сам с собой судиться будешь?
Поднимаю хмурый взгляд на Вулканова. Он как ни в чем не бывало почесывает бороду и едва заметно улыбается, словно мы погоду обсуждаем. Специально на эмоции меня выводит.
- Нет. Не знаю, - возвращаю внимание к машинке. - Тимур, не задавай мне вопросов, на которые я пока не могу найти ответов, - надув щеки, тяжело выдыхаю. Гадство!
- Я правильно понимаю, что ты помог клиенту оставить его супругу без ничего после развода, а сейчас взглянул на дело со стороны пострадавшей женщины? – он повторяет мои же слова. - И оказалось, что мужчины тоже бывают подлецами.
Начинаю жалеть, что рассказал ему обо всем. Но внезапно открывшаяся правда выжигала меня изнутри, а Тимуру я доверяю, как себе. Впрочем, это взаимно. Я тоже бережно храню его самые мрачные тайны. Мне не повезло в любви, но в дружбе – точное попадание в цель. Значит, не все потеряно в мире людей.
- Откуда мне было знать, что там все настолько глубоко и сложно, - вспыхнув, цежу сквозь зубы. - Факты указывали на то, что передо мной типичная парочка – бизнесмен и его пиявка. У него дело, она почти не зарабатывает, но захотела урвать куш после развода. Пономарев утверждал, что от жены был без ума, а она ушла к другому. Ничто не указывало на то, что у него самого любовница на сносях. Всюду один был. Ни с кем не замечен, - оправдываюсь, как на суде. Только теперь в качестве обвиняемого. Правда, приговор сам себе выношу.
- Думаю, ты и не старался выяснять, - подливает масла в огонь Вулканов. Разве можно так собственного друга мучить?
- Если бы я хотя бы на суде с Верой встретился, перекинулся парой фраз, какие-то вопросы задал, то у меня еще был бы шанс заподозрить неладное. Я людей чувствую обычно, - устав препираться, массирую пальцами переносицу. - Но она не появилась ни на одном заседании, что сыграло не в ее пользу. В том числе и в моих глазах. Я лишний раз убедился, насколько она безответственная, ветреная дамочка. По большому счету, Вера сама виновата, что все так произошло, -закончив, развожу руками.
- Раз виновата, значит, откажи ей, - спокойно бросает Тимур, а я взрываюсь.
- Не могу, - выплевываю резко.
- Или не хочешь? – достреливает меня вопросом. А я и так мертв. Разложился давно. Думал, ничего от меня не осталось еще четыре года назад. Но нет. Шевелится еще что-то. Грызет изнутри полудохлый червь.
- Не могу, не хочу – какая разница, - недовольно рявкаю. - Проблема от этого никуда не исчезнет. Так, стоп, я не понял, друг, ты меня сейчас ковыряешь и провоцируешь? Обычно это моя прерогатива, - шокировано кошусь на него.
- Не могу упустить такой шанс, - открыто смеется надо мной. - Гениальный, всезнающий юрист Воскресенский впервые ошибся. Но что еще удивительней, признает свою ошибку и готов исправить.
- Не преувеличивай. Я же вкратце описал тебе ситуацию. Моей вины нет, - прячу руки в карманы и нервно перекатываюсь с пятки на носок. - Более того, я проверю каждое ее слово, - хлестко кидаю.
И сам себе признаюсь, что уже ей верю. Еще с того дня, когда она появилась у меня в приемной. Но всячески отвергал это, потому что бабам доверять нельзя.
- Но ты все равно помогаешь Вере, - Тимуру удается подловить меня. Из него вышел бы грамотный юрист. Вредный, дотошный. Еще меня бы переплюнул. Нет уж, пусть дальше варится в своем автобизнесе. Тем более, после появления в его жизни второй жены – Евы – дела у него резко пошли вверх.
- Потому что мне интересно разобраться в этом деле, - нахожу наиболее правдоподобную отговорку. - Ты же знаешь, у меня азарт вспыхивает, когда я нахожу что-то сложное. Люблю решать головоломки. И
