бились над ней не один месяц.
- Нам не нужна формула, - категорически заявила тварь. – Мы просто введем нашим самкам кровь вашей избранной. У нас другие организмы, то, что для других яд – для нас лекарство. Раз вакцина основана на крови землянки, значит, она поможет.
- Откуда у вас такие абсурдные знания в медицине! – закричал Рион. Он побледнел от беспокойства за Ка-Милу. – Ее кровь не вернет вашим женщинам способность к рождению детей!
- Значит она просто погибнет, - флегматично произнес тарринатиум. – А мы испробуем другие способы лечения бесплодия.
- Вы идиоты! – рассердился я не на шутку. – Послушайте, что мы говорим! Ка-Мила не даст вам то, что нужно. Ее кровь без специальной обработки и соединения с днк вируса бесполезна!
- Незачем так орать, господин председатель, - вытянул ко мне свои длинные усы главный. – У нас тоже есть ученые головы. А если не получится, я сам нашпигую ее своим семенем, и она принесет кучу новых тарринатиумов. Землянка же совместима со всеми. Или вы забыли об этом?
- Уже нет! – воскликнул я, но проклятое насекомое не слушало. Тарринатиум повернулся к нам спиной и отдавал приказания своим солдатам.
- Я за девушкой, - произнес он. – Вы можете идти на корабль и готовить трансмиссионную пушку. Запустим ее, как только я вернусь с добычей. Толкнем флаер с братьями на другой конец галактики через пространственное кольцо. – уже у выхода жук повернулся к нам. – Не переживайте, через восемь часов связывающие скобы размякнут и освободят вас. Только сколько вам понадобиться время на возвращение – понятия не имею. Возможно дни, а может и годы. Я воспользуюсь транспортатором. А вы сами знаете, что его действие непредсказуемо. Куда вас перекинет, никому не известно. Так что могу только пожелать удачи.
Да, мы знали. Это устройство было в разработках у ученых. Оно основывалось на мгновенном прободении пространства в указанном направлении. Но действие транспортатора еще следовало усовершенствовать, так как устройство отправляло испытуемых абсолютно не туда, куда указывалось.
Вскоре мы остались беспомощно сидеть недвижимыми в своих креслах. Я скрипел зубами от ярости, но ничего не мог поделать. Нас закрутила турбулентность и отправила в неизвестные дали вселенной. Ка-Мила будет страдать и ждать помощи, а она придет не скоро. Я не представлял ни где нас выбросит, ни как вернуться на остатке топлива. Флаер был не приспособлен для путешествий по далекому космосу. Мы использовали его только для перемещения между планетами содружества, а они находились недалеко друг от друга. У нас было немного пищи, воды и воздуха. Оставалось надеяться, что в просторах, куда мы попадем, найдется цивилизованная планетка, которая поможет нам вернуться обратно. В противном случае нас ждала мучительная смерть. Рион понимал это не хуже моего. Он молча сидел с закрытыми глазами, и только желваки ходили по его щекам.
Совсем скоро наше движение прекратилось. Мы практически висели на одном месте в глубоком космосе. В иллюминатор я наблюдал только россыпи далеких созвездий и куски астероидов, пролетавших мимо нас.
- Ну вот и все, - тихо сказал брат. – Наша песенка спета. Не видать нам ни Салары, ни своих будущих детей.
- Это ты брось! – рассердился я. – Нельзя отчаиваться! Мы еще живы! А раз так, остается надежда на спасение. Мы еще поборемся за место под солнцем! Покажем тарринатиумам, где раки зимуют!
- А я ведь просил тогда разрешение на уничтожение их планеты, - грустно заметил Рион. – Все твоя доброта! Ты ее не там показываешь! Лучше бы поласковее относился к нашей та-синие! Может, не дошло бы до произошедшего!
- Ты что, учить меня вздумал! – взъярился я. – Я, между прочим, на целых полчаса старше! И не тебе меня упрекать!
Мы зло посмотрели друг на друга, а потом Рион вдруг рассмеялся. Мне на секунду даже показалось, что брат сошел с ума.
- Занимательно обвинять друг друга в безвыходном состоянии, - пояснил он свой смех. – Особенно зная, что скоро мы погибнем.
- Прости, - буркнул я, сознавая его правоту. – Давай дождемся, когда эти проклятые веревки освободят нас, и попытаемся выяснить, куда мы попали.
Пришлось расслабиться и ждать. Я даже задремал, когда меня толкнул Рион.
- Мы свободны, - произнес он. – Давай посмотрим лоции.
Мы склонились над экраном. Все созвездия оказались неизвестны, скорее всего, мы попали в самый удаленный рукав галактики. Рядом не оказалось ни одной планетарной системы. Мы парили в практически свободной космической зоне. Рион попробовал послать сигнал о помощи, и тот улетел в глубины вселенной. Когда он достигнет хоть какой-то жилой планеты, наши хладные трупы застынут в вечном сне. По приборам мы определили, что пока нас перебрасывало, в родной системе прошло две недели. Бедная Ка-Мила! Жива ли она! Как же ей, наверно, тяжело! Мое сердце сжалось от боли и беспомощности. Я не захотел расстраивать брата и не стал сообщать о своих ощущениях и о том, сколько прошло время на самом деле.
- Неужели все бесполезно, - прошептал я, всматриваясь в иллюминатор. На миг показалось, что видимость заволокло дымкой. Я сморгнул, и туман пропал. – Странно, - прошептал я.
- Что-то увидел? – поднял голову от экрана Рион.
- Да не пойму, – ответил я, продолжая вглядываться в космические просторы. – Показалось, наверно.
- А что было? – поинтересовался Рион.
- Да вроде тумана, - ответил я.
- Интересно, - брат тоже внимательно посмотрел в окно. – Ничего вроде нет.
- Давай посмотрим наши запасы, - предложил я. – Распределим их на сколько возможно.
Рион кивнул. Мы занялись делом, чтобы хоть немного отвлечься. Оказалось, что самое большее пищи и воды нам хватит на месяц. С воздухом дело обстояло еще хуже, по самым лучшим прогнозам кислород закончится через десять дней.
- В общем, это конец, - подвел итог брат. – Еще десять дней. А до ближайшей планеты не меньше месяца, да и то, если хватит топлива.
- Продолжай посылать сигнал о помощи, - сказал я. – Вдруг чей-нибудь зонд нас заметит.
- Уже, - кивнул Рион. – Я поставил его на автомат.
- У меня есть идея, - осенило меня. – В виде нагов мы можем впасть в анабиоз. Тогда нам не понадобиться много пищи и воздуха.
- Но для этого нужны герметичные емкости с водой, - возразил
