вспышка ярости, Марико склонила голову и улыбнулась.
Райдэн медленно кивнул.
– У тебя есть сила духа. Больше, чем я подумал сначала.
– Благодарю.
– Но ты не ответила на мой первый вопрос. Ты хочешь выйти за меня? Если нет, я без вопросов отпущу тебя. Если ты беспокоишься о том, как это отразится на твоей репутации, я возьму на себя всю ответственность. – Его ухмылка была наполнена непомерным высокомерием. – Страх перед моим гневом – это очень веская причина для твоих недоброжелателей хранить молчание.
«Какое бахвальство».
В ответ Марико рассмеялась – ее смех задрожал. Не зная, что еще сказать, она позволила нервозности овладеть ей, как будто его заявление тронуло ее, а не вызвало легкую тошноту. Она знала, что следующие ее слова решат ее судьбу.
Если она скажет принцу Райдэну, что больше не хочет за него замуж, он освободит ее.
Было так странно слышать эти слова, ведь совсем недавно именно на это она больше всего надеялась. Именно об этом развитии событий Марико мечтала ночью перед тем, как уехала из дома в столицу. О мире, в котором ей было позволено оставаться там, где ей хотелось, не обремененной необходимостью выйти замуж, вольной изобретать в свое удовольствие.
Это было пустое желание глупой девушки, лишенной цели.
Если Райдэн освободит ее, Марико отправят обратно к ее семье. Даже несмотря на его заверения, ее родители будут рассматривать его отказ как пятно на чести Хаттори. К счастью, беспокойство об этом больше не имело над Марико той власти, что раньше. Его место заняли куда более насущные тревоги.
Если она покинет свое место в Инако, она больше не сможет помочь Черному клану из стен замка. И она никогда не сможет спасти Оками, особенно если сбудется угроза Райдэна.
Но если Марико выйдет замуж за принца Райдэна…
У нее не будет ничего из того, что она хочет. Но все, что ей было нужно. Доверенная позиция при императорском дворе. Положение в самой императорской семье. Она приобретет место рядом с властью и с ее помощью поможет свергнуть проклятый клан Минамото и его бездарного императора-мальчишку.
Возможно, именно за этим Марико приехала в Инако. Не только ради того, чтобы сохранить жизнь юноше, которого она любила. Но стать чем-то большим, чего она попросила от Оками. Сделать что-то большее.
Оками не хотел вести за собой. Он неоднократно указывал ей на это.
А Марико еще не знала, сможет ли она это сделать. Позволит ли мир это.
Все, в чем она была уверена, – это то, что она не может позволить Року сохранить власть. Если откровения принца Райдэна были правдивы, то новый император уже переложил свои обязанности на самых преданных знаменосцев, что привело к катастрофическим последствиям. Чума, распространяющаяся по его империи, не должна стоять на втором месте после планирования свадьбы брата или пыток пленника.
Все было бы иначе, если бы Марико верила, будто Року мог бы стать лучшим правителем, чем его отец. Тем, кого заботили бы судьбы других. Но она уже заметила испуганные взгляды слуг, сопровождавших непостоянного нового императора. Остановилась, чтобы утешить Ису, обнаружив плачущую служанку в углу, где та думала, что никто ее не заметит.
Медленно переходя от оружия к оружию, Марико теперь поняла причину печали девушки. Семья Исы служила клану Сагиура. Возможно, они уже погибли от чумы.
Императора не волновали даже те, кто был ему верен. И его брат Райдэн был не лучше. Пес, вырывающий кости на кладбище.
Она могла бы выдержать этот шторм, если придется. Всю свою жизнь Марико учили быть именно такой женщиной и никем больше. Ее взгляд снова упал на меч Такэда. Под ее взглядом он как будто нагрелся, и в его сердцевине вспыхнула искра. Белая кожа его ширасаи блестела, как зеркало.
Игра света. Ничего более.
Невозможно, чтобы меч отозвался ей. Она приехала в Инако, чтобы лгать, воровать, обманывать и убивать. Зачарованный клинок увидел бы, какая она, в миг прикосновения к нему.
«Невозможно».
Несмотря на это, Марико хотела бы быть достойной Фуринкадзана. Быть воином с чистым сердцем, какими бы коварными ни были ее намерения.
Райдэн изучал ее, выражение его лица было напряженным. Ожидающим.
Если Марико согласится на этот брак, ей придется стать женой этого юноши. Ей придется смеяться с ним. Разделить с ним постель. Разделить его секреты.
«Будь водой».
В молчании она сократила расстояние между ними. Потянулась к его руке в осторожном, неуверенном прикосновении. От этого каждая ее частичка закричала в немом ужасе. Заныла от желания восстать.
«Мы делаем то, что должны».
Марико переплела свои пальцы с его. Она медленно сглотнула и шагнула в его личное пространство. Пространство воина, сразу же напрягшегося при ее вторжении. Стремясь еще сильнее обезоружить его, Марико неуверенно коснулась пальцами его челюсти. Его брови опустились вниз. Он смотрел на нее сверху вниз, в его глазах все еще плескалась неуверенность. Марико облизала губы кончиком языка. Эта уловка снова сработала. Глаза Райдэна метнулись к ее рту, его рука крепче сжала ее руку.
Затем он принял решение без всякого предупреждения, как он часто делал.
Когда Райдэн поцеловал ее, Марико растерялась, хотя именно для этого она и заманивала его. Он не был нежным или ласковым. Совсем не таким, как первый мальчик, которого она поцеловала в тот день на сеновале. И он был совсем не похож на Оками.
Оками брал только то, что предлагалось добровольно и без оговорок.
Райдэн ни о чем не просил. Даже не догадался попросить.
Его губы были собственническими. Ощущение его губ, двигающихся по ее губам, пробежало по позвоночнику Марико так, что она чуть не вздрогнула.
Но поцелуй Райдэна был его отражением. Того, каким юношей он был и каким мужчиной станет. Ее первый любовник был застенчив. Оками жаждал учиться. Был целеустремленным. Он был юношей, которому нравилось играть в игру с единственной целью – проиграть.
Райдэн ни с кем не играл ни в какие игры. Он прижал большую руку к ее пояснице и притянул ее к себе, углубляя поцелуй. Марико машинально ответила ему. Отключила любые намеки на
