Но все складывалось удачно, я легко миновал все препятствия, оббегал бросавшихся под ноги людей, и почти уверился, что уйду от погони, как повторившийся невероятный грохот избавил меня от иллюзий.
Я повернулся чтобы остановиться, замереть и впасть в восхищение от вида возвысившегося над городом титана. Два огненных жерла вулкана яростно взирали на в панике разбегающихся букашек-людей, закрученные в баранку рога размером походили на трубы которыми метростроивцы компонуют тоннели, а в пасти на самой коричнево-шерстной лошадиной башке теперь было можно пересчитать, не боясь ошибиться, количество зубов в каждом ряду.
– Ты умрешь, – напомнил он, но на это раз, кроме меня, его услышал не то что город, а вся область, регион и вообще весь мир. И, разумеется, весь мир принял его слова на свой адрес от чего толпы бросавшихся врассыпную людей, побежали еще резвей.
Он не огибая препятствия стал двигаться по направлению ко мне, и я буквально видел как под его когтистыми ступнями в крошево разламываются дома. А когда он оказался рядом с одной из четырех каменных башен, то яростно ударил ладонью в ее центр. Отчетливо крякнуло, не по-человечески застонало. Башня подломилась у основания и медленно как подрубленная сосна принялась заваливаться на бок. Каменная кладка не выдержала, рассыпалась в воздухе, и город засыпало тоннами пыли и кирпича.
Сам не понял каким образом, но увидел как путь шагающему титану заступили четыре жалкие фигуры. Слаженная команда, отчаянных магов Тандема сообща стали плести какое-то убойное заклятие, чем вызвали у Князя сдавленный смех-бульканье.
Он ударил секирой по месту где кастовали маги и трудно было сказать попал он или нет, но зато хорошо был виден результат в виде взлета пластов земли в эпицентре и небольшого землетрясения по радиусу, от которого оставшиеся три башни изрядно зашатались хотя и устояли.
С победным ревом Князь вытащил топор из земли и вновь попер на застывшего меня. А что мне делать? Бегать по кугу и плакать? Убежать то все равно не сумею. Надо было в свое время не сачковать, а учиться портаваться меж мирами…
Между ним и мной вновь материализовались мелкие фигурки. На этот раз людей было больше, раз этак в восемь.
Как мило. Архимаг и все магистры решили пожертвовать собой… Хотя о чем это я. Маги нынче расчетливы, среди них нет дураков готовых драться до последнего. Сейчас чуток повоюют для успокоения совести, а затем портанутся в безопасное место… Если кончено Князь им позволит.
Архимаг выкрикнул что-то на языке похожим на латынь и я почувствовал, что все как один магистры влили в его слова компоненты общего заклятья. Все двадцать четыре куска огромного заклинания по воли Андареса сложились воедино и преподнесли Князю неприятный сюрприз в виде впившейся в его грудь гигантской усатой змеи – почти китайского дракона. Летающее пресмыкающееся, а может быть и насекомое, обвив тело остановившегося демона, зубами прорвало шкуру, а потом стало выгрызать плоть образую зияющую дыру.
Князь дико заорал, попробовал бить мохнатого червя «по спине», но получалось у него не ахти – словно и не обращавший внимания на внешние раздражители усатый змий, уже прогрыз глубокую дыру и залез в тело демона по самую голову. Еще немного и доберется до сердца. Заклятье архимага просто мастер-класс…
Впрочем, рано я похвалил. Разъяренный оказанным приемом Князь заревел как раненный медведь, если б тому в это время преподнесли рупор, и отбросив секиру обоими руками ухватил хвост змеи… Еще секунда и рыжее пламя вырвавшееся из его ладоней испепелило, а затем оставило одни лишь воспоминания о храброй усатой твари.
Не остановившись на достигнутом паритете, Князь опустил лошадиный подбородок так, чтобы очень внимательно посмотреть на букашек внизу.
– Вы умрете, – сообщил он буднично.
Сначала показалось, что он сделает пару шагов и раздавит непокорных, но все было проще: из глаз, подобно магме из вулканических жерл, вырвались потоки рыжей плазмы – четвертого состояния материи. Я почувствовал волну жара даже отсюда. Излишне упоминать, что от половины домов города вмиг остались одни головешки, а от людей в паре километров от эпицентра – только прах. Но вот каким образом выжили магистры… для меня оставалось загадкой. Конечно, выжили не все. Их число сократилось на порядок, но на ногах устояло человек пять…
Хотя какая теперь разница, им все равно конец. У архимага нет сил даже портануться и спасти себя самого. Им осталось жить: три… две…
– Считаешь сколько им осталось жить, демон? – спросили позади.
Я мгновенно развернулся и увидел старика в белой мантии.
– Да Учитель. Они обречены. Как и впрочем и я.
– Эх демоны… Все у вас не как у людей. Разве то, что враг сильнее повод опускать руки? Ладно, ты кажется интересовался магией древних? Ну так смотри…
Древний архимаг простер руки в сторону Князя и тот замер как памятник с ногой занесенной над Андаресом и магистрами.
Еще движение и Князь быстро стал уменьшаться – несколько секунд и он обрел свою обычную форму трехметрового чудовища, а не титана.
Старик каркающие засмеялся:
– Ты намного слабее прежнего Князя…
Но договорить фразу у него не получилось. Опровергая прозвучавшее утверждение, Князь сбросил невидимые оковы, мотнул головой и контратаковал.
– Ты умрешь, – произнес он равнодушно, но в голосе я уловил растерянность и страх.
На мгновенье я ослеп и оглох. Когда разлепил веки и отдернул ладони от ушей, увидел как Учитель, объятый языками, необычного даже на мой взгляд, рыжего пламени тонко верещал, принялся бороться, лихорадочно подбирать заклинания, но поняв, что не успеет раньше чем пламя слижет с его костей всю плоть, направил горящую руку в сторону Князя.
Я отлетел метров на пятнадцать и остановился только благодаря столкновению с чудом сохранившейся стеной дома. Князь где-то там за руинами рычал и терял форму. Он не умирал – всего лишь уходил в другой мир залечивать раны. Зато прекративший гореть Учитель лежал на земле недвижно.
Сколько людей, сколько владык, гениев и просто великих, низверглись из-за гордыни. И сейчас, еще один архимаг, посчитавший себя равным богу, пал из-за того что был слишком горд, чтобы ни недооценивать противника. Гордость. Смертный грех.
Стряхнув с себя штукатурку, я направился к обгоревшему трупу, но чем ближе я к нему был, тем короче становились мои шаги. Старик жив. Старик в сознании. А значит он по-прежнему опасен.
– Подойди демон, – скрипяще произнесла головешка. – Мне нужно кое-что тебе сказать.
Я замялся, приготовился к самому худшему. Но неподвижный обгоревший до костей старик казался таким беззащитным… Я сделал последние шаги и наклонился к тому, что раньше было губами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
