к Мейсону, так что не хочешь умереть прямо сейчас. Кроме тебя я не могу придумать никого ещё, кому действительно есть дело до этого места.
— Милорд, пожалуйста.
— Прости, чувак. Суть в том, что ты — это как Дэвид Ковердейл, а Ад — это как “Deep Purple” без вокалиста. Ты не знаешь, хочешь ли выступать, а группа не уверена, что они хотят тебя фронтменом, но вы нужны друг другу на гастролях. Так что заткнись. Настройся. Разучи «Дым над водой» и мило улыбайся фанатам.
Я бросаю «Глок» Дикому Биллу.
— Это тебе.
Он вертит «Глок» в руках. Взвешивает в руке. Целится в тело Бримбориона. Бросает обратно мне.
— Я не доверяю пушке, если не вижу, куда входят пули.
Он плюхается обратно на кровать.
— Но, если ты в хорошем настроении, я бы взял одну из этих. Без покойника, конечно.
— Я велю кому-нибудь прислать одну в бар.
— И одеяло, и всё такое. Эти простыни мягкие, как попка вдовы.
— Они пришлют всё, что прилагается.
Я засовываю «Глок» за пояс за спиной. Семиаза подошёл к окну посмотреть на своё временное королевство.
— Когда ты разговаривал с Бримборионом, я был впечатлён тем, что ты всё это выяснил.
— Половина была догадками. После случая с Лахашем оставалось только выяснить, кто в сжатые сроки мог бы совершить переворот. Мархосиас — единственная достаточно умная, достаточно наглая, и с нужными связями.
Он оглядывается через плечо на Бримбориона.
— Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так радостно признавался в своих преступлениях.
— Дай парню достаточно долго держать пистолет у твоей головы, и он расскажет тебе все свои секреты. Не так ли, Билл?
— Откуда мне знать. Не дать приставить к своей голове пистолет было одной из моих главных целей, когда я находился среди живых.
— Генерал, вы можете отслеживать телефонные звонки? Ветис звонил мне с телефонным розыгрышем, но, когда я спросил его об этом, могу ручаться, он не знал, о чём я говорю. Думаю, он был одержим, когда звонил. То, откуда он звонил, может подсказать, у кого ключ одержимости.
Семиаза кивает.
— Я займусь этим.
— И присмотри за «Бамбуковым домом кукол». И Биллом.
Билл отбрасывает подушку, которую взбивал, и встаёт во весь рост.
— Мне не нужно, чтобы чёртов демон заглядывал мне через плечо.
— Держу пари, так ты и сказал в Дэдвуде[84].
Он садится обратно.
— Полагаю, ты прав, но это невежливый способ выразиться.
— Я говорил тебе, что поисковая группа вернётся с пустыми руками. У меня нет хорошей стороны, которую можно было бы найти.
Семиаза выглядит слегка ошеломлённым. Тем, что я сделал с прекрасной комнатой Люцифера. Тем, как я позволяю проклятой душе пререкаться со мной. Возможно, воображение и умение справляться со странностями момента — это то, в чём люди превосходят ангелов.
— Пусть все знают, что, если Билл или бар получат хоть царапину, я перережу так много глоток, что они решат, что мне платят сдельно.
— Всегда был дипломатом.
— Ах, да. Если тебе захочется свергнуть меня, пока я отсутствую, пожалуйста.
— Благодарю за разрешение, но нет, я предпочитаю солдат политикам и безумцам.
Я взвешиваю спортивную сумку в руке. Всего пара килограммов. Не так уж много за три месяца в качестве гадкого утёнка Бога.
— Если Деймус свернёт себе шею или подавится насмерть бутербродом с ветчиной, тебе придётся что-то с этим делать.
— Я не пошлю солдат в Скинию.
— Тогда убедись, что для этого нет причин. У тебя есть шпионы в церкви?
— Я генерал. У меня повсюду шпионы.
— Хорошо. Дай им пинка под зад и вели присматривать за Мерихимом и его поднебесными пилотами[85]. Ещё одно. Я хочу, чтобы кто-нибудь составил список всех текущих наказаний для проклятых душ. Мы собираемся внести в него кое-какие изменения.
— Это всё, Люцифер?
Я подхожу к нему и протягиваю руку.
— Удачи, Генерал.
Семиаза смотрит на неё, а затем на меня, прежде чем протянуть свою руку.
— Не буду тебя провожать, если не возражаешь.
— Пока мы во всём не разберёмся, чем дальше ты будешь держаться от меня, тем лучше.
Семиаза коротко кивает и удаляется полировать пули или драить губкой войска, чем там генералы занимаются между войнами.
Билл встаёт. Он держит в руке шляпу и смотрит в пол.
— Что я могу сказать, Билл. Ты мой Бодхисаттва[86] из Абилина[87]. Я пытаюсь лучше выбирать свои драки. Все те люди, которые были убиты на рынке, это был не я. Это был Волшебный Шар Номер 8. Клянусь могилой Ли Ван Клифа[88].
Он качает головой, улыбаясь.
— Я не понимаю и половины из того, что ты только что сказал, но это ничего. У нас в семье раньше никогда не было членов королевской семьи.
Билл не из любителей обнимашек, так что мы пожимаем друг другу руки. По дороге к выходу, он говорит:
— Не забудь про постель. Буду должен тебе выпивку, когда вернёшься.
— Если всё пойдёт как надо, все в Мироздании задолжают мне выпивку.
Оставшись один, я подхожу к телефону и нажимаю кнопку «НЕДОУМКИ». Женский голос.
— Милорд?
— Кто это?
— Малабраксас. Я помощница Бримбориона.
— Он оставил работу, как говорится, навсегда, так что можешь стащить все его стикеры. Но перед этим я хочу, чтобы ты позвонила вниз и освободила гараж. Я хочу, чтобы ближайший час там никого не было.
— Да, милорд.
— Не называй меня «лорд».
— Да, Люцифер.
— У тебя получилось с первой попытки. Мои поздравления. Ты только что получила работу Бримбориона. Дай знать Семиазе. Кроме того, пришли в мой номер бригаду уборщиков. Там пара тел. Они мимо них не пройдут. Но не звони им, пока не освободишь гараж.
— Да, Люцифер.
Я подхожу к шкафу и достаю свои окровавленные кожаные байкерские штаны и худи. Я нашёл их на кладбище, когда в первый раз вернулся из Ада. Да, это довольно противно, но я единственный, кто знает, откуда они взялись, и они пахнут ничуть не хуже, чем всё остальное здесь внизу. После того, как я пережил рынок, Волшебный Шар Номер 8, был сожжён в виде чучела и лишился руки, они смахивают на талисман удачи.
Я по-быстрому осматриваю номер. Ничего, что мне нужно, или что я хочу. Я беру сумку, перешагиваю через тело Бримбориона и направляюсь обратно в библиотеку. Я обхожу заклятия на полу. Мне следовало сказать о них Семиазе, но он умный парень. Он пошлёт другого умного парня сперва проверить это место. Если повезёт, ему хватит ума осмотреться, прежде чем прыгать. Если нет,
