Какого Велеса его занесло сюда – да еще в утлом челне, – Свет понятия не имел.
Скоро стало жарко.
Свет опустил глаза и обнаружил, что одет в желтое платье очень странного покроя – подол кончался на середине стегон, открывая постороннему взгляду почти все ножки.
Не платье, а ночная рубашка невесты в первую брачную ночь…
Можно было бы, скинув это одеяние, искупаться голяком, не боясь постороннего взгляда. Да только Свет понимал, что индо буде удастся сползти в воду, не перевернув утлое суденышко, то подняться назад, на борт он попросту не сможет.
Просто скинуть платьице, не залезая в воду, тоже негоже – палящее солнце очень быстро сожжет нежную, непривычную к такому жару кожу.
Стало страшно.
Он пожалел, что напрочь забыл заклинание, способное пригасить это обжигающее солнце, но вспомнил, что Семарглова Сила ему больше не подвластна. И заклинания все равно не помогут.
Однако кое-какой путь к спасению – хотя бы временному – имеется. Надо бороться с судьбой.
Мокошь неизменно бросает на борцов благосклонный взгляд.
Он чуть привстал.
Челн тут же закачался.
Будто резвый конь вознамерился скинуть с крупа необученного верховой езде всадника.
Тем не менее Свету удалось доползти до кормы и осторожненько стянуть с себя платьице.
Сразу начало печь рамена.
Так же осторожненько он перевалился через корму, не выпуская ее кромку из крепко сжатой десницы, и скользнул в воду.
Прохладная вода омыла горящую кожу.
По-прежнему держась за корму, Свет окунулся с головой. А когда вынырнул, услышал девичий голос:
– Ой вы, дева, дева гордая!Вы почто ни с кем не знаетесь?Мимо йдя походкой твердою,Надо мною насмехаетесь…
Подтянулся на обеих руках, глянул через корму.
В челне кто-то сидел.
Рассмотреть сидящего было невозможно, ибо солнце, висящее над его головой, слепило глаза. Но на незнакомце было его, Света, желтое платье.
– Кто тут?
– Это я, – ответил певучий голос.
Незнакомец (впрочем, судя по тембру голоса, скорее незнакомка) начал оборачиваться…
Но тут Света толкнули в плечо.
– Ивушка!
Свет открыл глаза.
Нет ни голубого океана вокруг, ни небесной лазури сверху.
Над ним склонилась Снежана.
– Просыпайтесь! Как вы теперь?
Свет скинул голые ноги с дивана, мотнул головой.
Ни тошноты ни слабости в теле.
– Спасибо, справно, ваша светлость…
– Вот и прекрасно! Дело идет к обеду. Одевайтесь! Вас ждут на кухне. Я сказала, что вы сейчас придете.
Свет встал и, не удержавшись, потянулся.
– Бегу, ваша светлость!
Когда он появился на кухне, никто не задал ему ни одного вопроса.
Свет нацепил фартук и открыл поставец с обеденной посудой.
30. Взгляд в былое. Век 76, лето 3, вересень: Порей Ерга
Когда чародей Сморода был, наконец, арестован (хотя называть «арестом» захват бессознательного беззащитного тела – тот еще эвфемизм) и доставлен в «Малов приют», Порей явился с докладом к Кудеснику.
Кудесник, выслушав оный доклад, особенной радости не выказал. Более того, принципалу показалось, что волшебник слегка ошарашен.
Будто случилось то, чего он ввек не ожидал…
– Спасибо, Ерга! Я побываю у чародея и посмотрю, что с ним такое случилось. А вы пока можете быть свободны. Как только потребуетесь, я вас вызову.
Порей откланялся и вышел из кабинета. И только тут вспомнил, что у него с утра маковой росинки во рту не было.
К счастью, трапезная в резиденции Кудесника еще работала. И маковая росинка там, знамо дело, нашлась. В виде плотного обеда из трех блюд.
А потом последовал плотный восьмичасовой сон – впервые за последние дни.
Кудесник вызвал его к себе на следующий день после обеда.
Ныне он растерянным не выглядел.
Почему-то Порей ожидал, что главный словенский волшебник поведает ему, что случилось со Смородой.
Но не тут-то было.
– Вот что я попрошу вас сделать, принципал… След узнать, кто в обители Ордена занимался лечением Смороды, тайно арестовать его и также поместить в «Малов приют».
– Слушаюсь, Кудесник!
– Обращаю ваше внимание – именно тайно. Никаких юридических документов и никаких свидетелей!
Покинув резиденцию Кудесника, Порей отправился выполнять задание.
После «ареста» Смороды, теперь уже ничто не мешало принципалу работать самым простым и легким путем – отправиться прямиком в обитель Ордена.
Елочки-сосеночки, встретиться с предводительницей да узнать, кто занимался лечением чародея, – вот и вся недолга.
А уж похитить лекарицу, которая, как большинство живущих в приюте додолок, наверняка не имеет родственников – вообще не проблема. Дождаться, пока выйдет за стены обители, да и увезти.
Ну заявит предводительница стражникам об исчезновении одной из сестер… Ну поищут стражники исчезнувшую…
Будет еще одно нераскрытое дело.
Однако проблемы начались сразу.
Для начала он не попал на прием к предводительнице. Вместо Натальи Кондаковой визитера приняла Воля Капустина, товарка предводительницы. Сходу огорошила:
– К сожалению, мать Наталья не сможет с вами встретиться, принципал. Она в отъезде.
Однако Ерга не огорошился:
– Да мне и не обязательно встречаться именно с предводительницей. Меня интересует, кто занимался лечением чародея Смороды. Полагаю, это и вы мне сможете сообщить.
Товарка не возражала:
– Смогу, вестимо. Чародея лечила сестра Ива Алюшникова. Но буде вы пожелаете встретиться с нею, это тоже невозможно. Сестра Ива также в отъезде. Они с матерью Натальей покинули обитель сегодня утром.
– А куда уехали?
Капустина развела руками:
– Не ведаю, сударь принципал. Предводительница не сообщила. Просто поручила мне какое-то время исполнять ее обязанности.
– И когда вернутся?
– Также не ведаю, сударь. Ничего не говорила.
Елочки-сосеночки, это был удар!
Ерга попытал товарку еще несколько минут, но так ничего и не добился. Пришлось убираться из обители несолоно хлебавши.
И отправляться к Кудеснику на сей раз с пустыми руками.
Впрочем, ведь его вины в этой неудаче не было абсолютно.
Дали бы задание раньше, он бы в лепешку разбился, но выполнил его.
Мог бы выполнять его и сейчас, да полномочий нет.
Организовывать официальный сыск приезжему из Ключграда? Так не бывает! На то найдутся местные, столичные принципалы.
Интересно, чем Остромир озадачит его на сей раз.
Было бы очень неплохо, кабы удалось остаться работать тут, в Новгороде.
Первый парень на деревне – это, вестимо, справно, но надо же, елочки-сосеночки, и о перспективах подумать.
Теперь, после недавнего прямого столкновения со Смородой, Порей уже не считал, что вся сила волшебников держится на слепой вере в оную силу со стороны дюжинных людей.
Жизнь оказалась намного сложнее его скороспелых догадок. И мир оказался намного сложнее. Его былая острая ненависть к обладателям Семаргловой Силы сделалась ныне бессмысленной. А значит, желайте того или не желайте, а придется вам, принципал, жить дальше рядом с волшебниками и работать с ними в связке. Иначе чужих лазутчиков на чистую воду не выведешь.
И, знамо дело, лучше бы работать именно в столице.
Однако Кудесник опустил его с небес на землю.
– Спасибо, принципал! – сказал он, выслушав доклад Порея. – Можете сегодня же возвращаться в Ключград. Министру непременно будет сообщено о моем удовлетворении качеством вашей работы. – Остромир вышел из-за стола и пожал Ерге десницу. – И еще одно… Не рассказывайте никому, что вам довелось заниматься розыском и арестом чародея Смороды. Эта информация – вопрос государственной безопасности.
Покидал резиденцию Ерга, как оплеванный.
* * *
Воротившись в Ключград, он вернулся и к своей обычной работе.
Планы противодействия варяжским разутчикам, инспекция рубежных застав и вся прочая скукота.
К счастью, Сувор Нарышка не подкачал: отсутствие Ерги не сказалось на обстановке в принципате. Впрочем, плох тот руководитель, без которого подчиненные за несколько дней могут загубить дело.
Порей некоторое время размышлял над своей командировкой в столицу.
Вопросов возникало много.
Например, зачем Кудеснику потребовалось заключать бессознательное тело Смороды в темницу?
Не проще ли было дать ему умереть?
Нет человека – нет проблемы!
Объяснение было токмо одно: для каких-то целей чародей нужен Кудеснику живым.
Ну, тут ему виднее.
Кстати, и Забава Соснина в «Маловом приюте» – самое то. Заложницу, на случай непредвиденных обстоятельств, иметь в своих руках весьма полезно. Правда, Сморода вполне может и начихать на заложницу…
Хотя нет, не может! Уж буде он примчался выручать ее в резиденцию Кудесника, значит, она чародею чем-то дорога. И не станем ломать голову – чем именно. Просто примем к сведенью. Мало ли, еще пригодится в жизни…
