– Дж-Джейсон? – произнесла Рейчел осипшим голосом, только теперь осознав, что все это время сдерживала душившие ее слезы.
Джейсон не мигая смотрел на Рейчел, но видел лишь неясные очертания ее лица. По-прежнему все кружилось перед глазами, но уже не так быстро.
– Рейчел? Где я… Господь милосердный… что это?! – встревоженно спросил он, глядя на миски, полные крови, его крови, которая сочилась из надрезов на обеих руках!
– Пожалуйста, милорд, успокойтесь, вам нельзя вставать, – мягко сказала Гарнет. – Я сейчас перевяжу ваши раны, и через несколько минут вы будете в полном порядке.
Рейчел и маркиз, взяв Джейсона за плечи, заставили его отклониться назад, в то время как слуги суетились вокруг, подбирая пузыри со льдом.
– Унесите их. В этом больше нет необходимости, – скомандовала Гарнет.
– Вас пытались отравить, – пояснила Рейчел, обращаясь к Джейсону.
Несколько мгновений он смотрел на нее непонимающим взглядом, затем в голове у него начало проясняться.
– Вы сказали «отравить»? Но после полудня я ничего не ел. Должно быть, мне что-то подмешали в пунш, но старый добрый Роджер, благослови его Господь, все расплескал.
– Судя по всему, это была большая доза наперстянки. Если бы не миссис Далберт, вы могли бы умереть, – проговорила Рейчел. Она часто заморгала, пытаясь скрыть слезы радости.
– Мне кажется или я действительно слышу беспокойство в вашем голосе? А это что такое? – спросил Джейсон и поморщился от боли, протянув забинтованную руку, чтобы дотронуться до щеки Рейчел, на которой остался предательский след от скатившейся слезинки.
– Вы все испортите, если опять совершите какую-нибудь глупость и надумаете умереть. Тогда я останусь одна, совершенно беззащитная перед этими алчными лондонскими щеголями.
Рейчел взяла Джейсона за руку и с чувством сжала ее.
– Думаю, теперь его сиятельство должен отдохнуть и провести несколько дней в постели, – сказала Гарнет маркизу. Тот сиял от счастья, глядя на молодых людей, и слезы радости блестели в его глазах.
Наконец он встрепенулся и начал отдавать распоряжения слугам, чтобы они приготовили постель и перенесли Джейсона в спальню.
Все вокруг зашумели и засуетились, но Джейсон и Рейчел ничего не замечали. Она стояла на коленях, держа его руку, он не отрываясь смотрел на нее.
– Заберите это, пожалуйста. Я сейчас лопну, – говорил Джейсон, отодвигая от себя большую чашку с остатками каши.
Он полулежал на огромной кровати, обложенный подушками, в одной из гостевых комнат дома четы Маунтджой. При свете раннего утра, проникавшего сквозь распахнутое окно, его загорелая кожа казалась очень бледной, почти такого же цвета, как простыни, на которых он лежал. Рейчел убрала поднос. Доктор нервно потирал руки.
– Чтобы ваша кровь окончательно очистилась, вы должны хорошо кушать. Я настаиваю на этом.
– К черту кровь! Мне плохо оттого, что меня чуть не отравили, – наигранно капризным тоном проговорил граф.
– Вас отравили. Причем Гарнет оказалась права, это была наперстянка, – резко сказала Рейчел.
Доктор закивал лысой головой в знак согласия:
– Именно так, ваше сиятельство. Вам повезло, что миссис Далберт знала, как пустить кровь… хотя я не совсем уверен насчет льда, – добавил он, озадаченно почесывая подбородок.
– Да, по всей вероятности, я обязан ей жизнью, – ответил Джейсон.
Старый доктор появился за полночь, за ним пришлось ехать в дальнюю деревню, куда его вызвали к какому-то лавочнику. Увидев чудаковатого доктора, Джейсон обрадовался, что тот не смог приехать раньше.
После того как доктор, извинившись, удалился, объяснив, что ему необходимо вернуться к своему пациенту, Каргрейв гневно воскликнул:
– Какой же мерзавец, будь он трижды проклят, сделал это?!
Он стремительно шагал по комнате взад и вперед. Маркиз был взбешен и одновременно напуган состоянием Джейсона. Они с Рейчел провели всю ночь у его постели.
– Наверное, это тот же сукин сын, который стрелял в тебя здесь, в поместье.
Джейсон обвел взглядом комнату и, убедившись, что все слуги ушли, сказал:
– Я уверен, что яд подмешали в бокал с ромовым пуншем, который я пил на балу. Напиток мне принес совсем другой лакей, не тот, которого я посылал за ним.
– Теперь я тоже вспомнила, что это был другой человек, – добавила Рейчел. – Я осторожно выясню у управляющего, кто это мог быть.
– Нет, лучше это сделаю я. Готов поспорить, что молодой Маунтджой приложил здесь руку. Ты, Рейчел, оставайся с этим упрямцем и следи, чтобы он не покидал постель, – распорядился маркиз, и с этими словами он вышел из комнаты.
Рейчел и Джейсон остались одни. Она накрыла поднос льняной салфеткой и собралась дернуть за шнурок колокольчика, чтобы вызвать лакея и отдать ему поднос, но Джейсон перехватил ее руку и обнял за талию.
– Я должен благодарить не только жену Роджера, но и вас, графиня, – сказал он нежно. – Вы так ловко и умело помогали ей.
– Вы же знаете, Джейсон, я не люблю болтать попусту и не отношусь к неженкам, – ответила Рейчел, высвобождаясь из объятий Джейсона. Чтобы здраво рассуждать, ей необходимо было держаться от него на расстоянии. – Я много раз принимала роды у лошадей и знаю, как забивают скот и режут свиней в усадьбе Харли.
– Вы всегда так хладнокровны и практичны, графиня, но вчера… Я бредил или ваши щеки действительно блестели от слез, когда я очнулся?
Рейчел фыркнула и дернула за шнурок звонка.
– Вы просто плохо соображали из-за лихорадки, вызванной наперстянкой. А теперь вам нужно отдохнуть. Вы еще слишком слабы.
– По-моему, кому действительно нужен отдых, так это вам, – заметил граф, обратив внимание на темные круги у Рейчел под глазами. Было видно, что она с ног валится от усталости.
– Мы не можем оставить вас на попечение слуг после того, что случилось. Я дождусь возвращения маркиза, – ответила Рейчел.
Граф вытащил небольшой пистолет из-под подушки.
– Дед обо всем позаботится, а я в состоянии постоять за себя в ваше отсутствие. Идите, вам необходим отдых.
Рейчел собралась возразить, но в этот момент раздался тихий стук. Роджер Далберт просунул голову в приоткрытую дверь:
– Ну, как ты, старина? Выглядишь молодцом, гораздо лучше, чем вчера. Гарнет сказала, ты вне опасности, но я решил сам убедиться в том, что все в порядке.
– Я так благодарен твоей жене, Роджер, и тебе тоже. Если бы ты не толкнул меня и не расплескал мой пунш, то сейчас я лежал бы, ожидая собственных похорон.
Роджер смущенно хмыкнул:
– Я рад, что на этот раз моя неловкость принесла хоть какую-то пользу.
– Что правда, то правда, братец, – согласился Джейсон и улыбнулся.
