Читаем без скачивания Возвращение в мир смерти - Гарри Гаррисон

— Разве тебе не хочется выбраться отсюда? — спросила Мета.

— Хочется. Но это невозможно. Откуда „отсюда“? Может, мы сидим все в той же пещере, может, вообще болтаемся в космосе, а не исключен и такой вариант: этот научный городок вполне материален, но пространственно локализован в иной галактике, а то и в иной вселенной. Понимаете, о чем я говорю? Нет никакого смысла рваться напролом через стены, когда принципиально нельзя понять, что ждет нас по ту сторону. В сущности, мне здесь нравится. Условия для работы — идеальные. А связь с внешним миром… Ну, рано или поздно я намерен решить эту проблему.

— А как же команда „Арго“, Керк, Риверд Бервик, — продолжала недоумевать Мета. — Мы же приняли на себя очень серьезные обязательства.

— Мета, мне и раньше бывало трудно разговаривать с тобою: ты не ученый. Любые проблемы следует решать строго в порядке их поступления, иначе возникнет путаница и результат окажется нулевым. В нашем случае это выглядит так: вначале — общая концепция этого мира, детальное изучение его законов, затем — связь его с другими мирами, и только уже потом — возвращение к проблемам прошлого, от решения которых нас оторвали: Бервик, „Арго“, спасение миров Зеленой Ветви. Ты успеваешь за моей мыслью?

Мета успевала едва ли, а Язон, хоть и понимал, что формально Троу прав, чувствовал все нарастающее внутреннее несогласие с подобной логикой. Троу как будто излагал не свои мысли, как будто вещал от имени и по поручению. Кого же? Ясно кого.

— Ну а доктор Солвиц разве не поможет нам решить все эти проблемы пооперативнее? — спросил Язон вкрадчиво.

— А что доктор Солвиц? — пожал плечами Троу. — Он же просто врач. Он вылечил меня после той резни.

„Вот те на! — Язон едва не выкрикнул вслух нечто подобное. — Да Троу ли это вообще? Может, просто искусно сработанный андроид? Только бы не выдать своей догадки!“

Он покосился на Мету. Смутное подозрение зародилось теперь и в ее глазах. Следовало предупредить возможные неадекватные действия.

— Троу, извини, мы отойдем на минутку в ванную. Есть один маленький сугубо интимный вопрос.

— Пожалуйста, пожалуйста, — мирно согласился Троу, присаживаясь на диван и готовясь к достаточно долгому ожиданию.

— Это не Троу, — шепнула Мета, едва они остались вдвоем.

— Ты думаешь, андроид?

— Нет, я полагаю, это все тот же Солвиц.

— Неожиданный поворот мысли, — задумчиво проговорил Язон. — Чисто женский вывод, хотя и вполне логичный…

— Но он же сам говорил, что у него много тел. Что ему стоило сыграть под Троу?

— Возможно, возможно. В любом случае не стоит задерживаться тут слишком долго. Собственно, я просто хотел сказать тебе: не начинай стрелять раньше времени, Мета. Иначе мы никогда не разберемся, кто здесь главный и что вообще происходит.

— Не беспокойся, после сегодняшней ночи со мною что-то случилось. Ты заметил, пистолет даже не прыгнул мне в руку в момент довольно страшненькой догадки. Я научилась сдерживать себя. Я научилась!

И она улыбнулась, как прилежная ученица, успешно сдавшая важный экзамен.

— Ребята, — встретил их Троу усталым грустным взглядом, — только не говорите мне, что вы там, в ванной, занимались любовью. Вы просто решили, что я — это не я, и поторопились обсудить возникшую проблему. Действительно, здесь полно андроидов, и поначалу я сам решил, что тело мое теперь не настоящее. Я ведь очнулся не на операционном столе, а в неком странном контейнере. Я там лежал как гусеница в коконе, пока не вылупился на свет. И потом я резал себе кожу в разных местах. Уверяю вас

— ткани настоящие, даже кости есть. Правда, заживает все очень быстро. Но это уж особенности местной обстановки. Солвиц уверяет, что я теперь бессмертный. Однако мне все же не хотелось бы еще раз вскрывать собственную черепушку лишь для того, чтобы продемонстрировать друзьям натуральные мозги, а не зеленое желе биомассы. Я пока не готов умереть во имя поиска истины. Честно говоря, предпочел бы жить ради той же цели. У вас другое мнение?

— По этому вопросу — нет, — сказал Язон. — Но мы хотим вырваться отсюда.

— Вырывайтесь, — Троу устало махнул рукой. — Глядишь, доктор Солвиц вам и поможет.

„О чернота пространства! — думал Язон. — Кто же из нас сумасшедший?“

— Сколько дней ты уже здесь? — вспомнился важный вопрос.

Троу задумался.

— Да уж дней пятьдесят, наверно.

— И до сих пор ни в чем не разобрался?

— Почему же ни в чем? — обиделся Троу. — Я понял гораздо больше вашего.

— ТЫ даже не понял, что Солвиц — хозяин этого мира! — рассердилась Мета.

— Он был хозяином, — проговорил Троу со значением в голосе, — а теперь он — просто врач.

Такое утверждение заставило призадуматься, и Язон еще не нашелся, как правильно среагировать, когда не дожидаясь ответа на быстрый и легкий стук, в комнату вошел сам Теодор Солвиц.

— Троу абсолютно прав, — сообщил он. — С добрым утром.

Потом любезно раскланялся персонально с каждым.

— Я действительно всего лишь врач. Не совсем обычный, конечно, я исцеляю всех и все: людей, животных, растения, даже вещи. Помните, я починил ваши скафандры? А людям я способен вылечить не только тела, но и души. Вы знаете, где живут ваши души? У некоторых в пятках, у других — в желудке, у кого-то в гениталиях, но особенно красиво — когда душа поселяется в сердце. Впрочем, ей самой там совсем неуютно. Кровь плещется туда-сюда, клапана шлепают: шлеп-шлеп, тук-тук… — Он заглянул в кухню.

— Вы уже завтракали? А я бы с удовольствием выпил сейчас чашечку кофе. Что вы сидите все такие потерянные? Пойдемте, наконец, поговорим по-человечески!

Кофе оказался отменным. Он и мозги прояснял необычайно и наполнял все помещение дивным ароматом. Под такой кофе хотелось не ссориться и даже не спорить, а просто вести неспешную благожелательную беседу, хотелось пофилософствовать, порассуждать о вечном, убедить друг друга в очевидных истинах и прийти ко всеобщему согласию.

Примерно так у них и получалось, во всяком случае впечатление было такое.

— Господа, — говорил Солвиц, попыхивая сигарой и уже никого этим не пугая. — Если вы слушали меня хоть до какой-то степени внимательно, надеюсь, вы поняли, что я ни разу не лгал, просто на каждом этапе сообщал не всю правду. Правду нельзя излагать целиком и сразу. Слишком большой объем новой информации может вызвать эффект пострашнее, чем передозировка сильного лекарства. Вот я и старался вводить вас в курс дела постепенно. Чтобы в итоге вы оказались способны адекватно воспринять мою главную идею. Но всему свое время. А сейчас настал подходящий момент, чтобы растолковать вам еще одну важную вещь.