документы у тебя. Черт..
Еще Таня хотела, чтобы об этом никто не знал. Никто.
- Я никому об этом не скажу. Я не перенесу этого.
Таня в строгом черном костюме стояла в сквере напротив здания суда. Она убрала волосы в хвост, была, практически, без макияжа, в обуви на плоском ходу. Так ей показалось появиться в суде наиболее уместным. Она хотела выглядеть серьезно и открыто, так, чтобы у судьи не появилась и капля сомнений, что она что-то скрывает. Да ей и нечего было скрывать.
У Тани было еще полтора часа впереди, но дома находиться было уже просто невозможно.
Она ходила по скверу кругами, так что уже местный дворник смотрел на нее с недоверием. Но только так она могла продолжать дышать и думать. В голове прокручивала фразы, чтобы звучать убедительно. Она повторяла ответы на вопросы, которые сама себе и задавала.
- Подожду внутри! – Таня направилась к двухэтажному зданию суда.
Она подошла к секретарю с паспортом и повесткой, девушка с совершенно безэмоциональным лицом пробежала глазами по документам, что-то записала в журнале, указав на стулья вдоль стены, прошипела: «Ждите!».
Таня послушно направилась в сторону и села. Атмосфера здания давила, страх, который Таня пыталась контролировать хождением туда-обратно и повторением заученных фраз, теперь вырывался наружу, он сжимал живот, он опускался в руки и Тане пришлось сжимать руки одна в другой, потому что они ходили ходуном, страх парализовал горло, и она уже чувствовала нарастающий комок слез безысходности происходящего.
Неожиданно в коридоре появилась Катя, юрист, с которой они так долго тогда искали документы вместе. Они работали с Таней вместе больше трех лет, и были, в принципе, в приятельских отношениях. Но сейчас Катя сделала вид, что вообще не заметила Таню, пройдя мимо нее к секретарю, даже не посмотрев в ее сторону.
Когда ее вызвали в зал, Таня подскочила на стуле, но не смогла сразу пойти. Она просто встала и стояла, смотря на свои ноги, которые отказывались слушаться.
Судья была женщина с пронзительным острым взглядом, которая оценивающе посмотрела на Таню, когда она подошла ближе. От ее взгляда стало еще страшнее. В зале было совсем мало народу, около пяти человек.
Таню проводили к ее месту.
Были все те же вопросы, на которые она отвечала много раз. Только ей задали новый вопрос, понимает ли она, что если Таня будет говорить неправду, то это наказуемо. Она стояла и не могла поднять голову. Тане было настолько стыдно, что она готова была замереть и исчезнуть. По щекам предательски текли слезы, и она постоянно шмыгала носом, потому что не догадалась взять с собой носовые платки.
- Расскажите, пожалуйста, Татьяна Александровна, где вы хранили документы.
- Я их хранила на своем рабочем столе.
- Когда вы их видели последний раз?
- Вечером двадцать первого августа.
- Кому вы затем передали документы?
- Утром на следующий день я отнесла папку с документами Екатерине Викторовне, но у нее в кабинете уже обнаружилось, что часть документов не хватает.
- У вас есть знакомые на заводе «РАКОН»?
- Я знаю только их бухгалтера Светлану Владимировну.
- Когда вы последний раз с ней общались?
- Очень давно, больше трех месяцев назад, она перестала брать трубку от меня, после того, как мы….организация отправила письмо с требованием погасить долг.
- Кто тогда, по вашему мнению, забрал часть документов из вашей папки, если она вообще была?
- Я не знаю.
- Кому вы показывали эти документы?
- Я уже отвечала на этот вопрос.
- Отвечайте.
- Никому. Теоретически, их могла видеть моя коллега Юлия, с которой мы сидим в одном кабинете.
- Кто с вами связывался с целью получения оригиналов документов?
- Что вы имеете ввиду? – Таня посмотрела на женщину в сером костюме, которая задавала ей вопросы.
- Отвечайте на вопрос.
- Никто со мной не связывался.
- Вы получали денежные средства от сотрудников завода «РАКОН», или посредников, представляющих интересы завода «РАКОН»?
- Нет, - слова проваливались в горле.
А вопросы все не заканчивались. Все они сходились на идеи, что Таня получила какие-то денежные средства или какую-то услугу в обмен на документы. И скоро докажут, что именно так все и было.
Выйдя из здания, Таня вытерла потекшую тушь и быстрым шагом пошла по улице. Она не замечала лиц людей, ее тело било озноб. Резко повернув во двор старой школы, где уже около пяти лет шел ремонт, Таня закричала. Ее крик боли и страха ударялся по пустым стенам здания и оглушал обратной волной.
Она почувствовала себя сейчас такой одинокой и безпомощной! Впервые в своей жизни.
Глава 23 часть1
«Какой у тебя номер?».
«427».
Таня положила телефон на тумбочку и очередной раз посмотрела на себя в зеркало, щеки горели румянцем, глаза блестели. Она быстро поправила майку и юбку на себе, покрутилась, посмотрела, как выглядит сзади. Все так, как она и планировала. Сердце тревожно постукивало в груди в предчувствии встречи.
Она прилетела в Москву вчера поздно вечером, успела заселиться в отель и немного пройтись по вечерним улицам одна. Он предлагал приехать к ней прямо ночью, сразу, как прилетит из Екатеринбурга. Просил, чтобы она оставила дверь номера открытой, а он среди ночной тьмы проскользнул бы в ее комнату и сразу под одеяло, чтобы сладко будить ее, ласкать, заставлять стонать на весь этаж, а потом утром исчезнуть, чтобы, когда она проснулась, у нее осталось лишь приятной воспоминание от проведенной дикой чувственной ночи с незнакомцем.
Но, внутри Тани вчера полыхала битва, она сомневалась правильности ее приезда, она злилась на него, злилась на себя, ей было бесконечно стыдно, что она обманывала Андрея, выдумав поездку к родственникам. Но она ничего не могла поделать, она хотела его видеть, побыть еще раз рядом с ним, иметь возможность побыть на его территории, чтобы хоть из щелки заглянуть за дверь, где было его настоящая жизнь. Ей так безумно этого хотелось, там много надежд было в ее сердце, там далеко была ее логика и здравый смысл. И вчера в душе был полный раздрайв, она попросила дать ей отдохнуть ночью и приехать уже утром.
Стук в дверь.
- Обслуживание номеров!
Сердце готово было выскочить, все внутри замерло, она так ждала этой встречи. Улыбаясь, она открыла дверь. Это был он, с хитрой улыбкой.
Быстро проскользнув в комнату, он нагнулся
