народа Аелис были свои причины на закрытие источников магии. Саротт Ре Анселмет каким-то образом смог захватить в плен повелителей народа Аелис. Их всегда двое — повелитель и повелительница, и новые, если и рождаются, растут и вступают в силу не меньше тысячи лет, поэтому народ не мог потерять их. Их заставили под угрозой гибели повелителей завалить все источника магии для того, чтобы уступающий в силе род Ре Анселмет смог одержать победу и захватить власть в стране. — Маг жестко выругался.
Я нежно погладила его по руке, успокаивая. — Люди всегда стремятся к власти и влиянию в любом из миров, и порой любыми способами нам этого не изменить, любимый. Маг кивнул, я продолжила. — А нельзя магам самим как-то освободить заваленные источника магии? — Поинтересовалась я.
— Нет. Маги пытались, но они только обваливаются вновь. Только народ Аелис — хранители магии и существа, способные повелевать камнем и землей, могут вновь очистить их. Но сейчас народ Аелис ослаблен, как никогда прежде. Думаю, даже им для этого понадобится поддержка их Повелителей.
— И где же нам теперь искать их повелителей? Как их освободить? — Задала я вопрос, который сам напрашивался.
— Галес Ди Госнер считает, что они заточены здесь, в столице, под дворцом короля. Но за эти сто лет никто не находил и следа их темницы.
Я, перебирая серые локоны Энгера, произнесла. — Моя Ави может находить тайники, и народ Аелис, имеющий такую тесную связь со своими повелителями, не может не знать где они находятся. Почему же они молчат? Или хотя бы сами не спасают их?
— Не стоит удивляться их недоверию к людям, мы не принесли им ничего, кроме горя. А по поводу спасения, я думаю если они до сих пор не освободили их, значит, просто не могут.
Я заглянула в грозовые глаза мага. — Мы можем как-то помочь им?
— Не знаю, Элиса. Не знаю. Мы с Астиром пытаемся это выяснить. Вчера мы пытались поговорить с представителями народа Аелис, которые живут в его доме как гости, не как слуги, но они упорно молчат, как будто и не слышат нас.
Упрямый гордый народец, обиженный и почти уничтоженный людьми и магами этого мира. Их можно было понять. Но ведь я смогла понять и простить Ди Госнирса за его измену, может и нашим народам это когда-нибудь удастся. Я улыбнулась, ловя себя на мысли, что уже считаю мир Ширака родным и размышляю как его полноправная жительница. Я слегка дернула мужа за волосы. — Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем.
Маг взглянул на меня с улыбкой. — И говоря о планах, у меня есть одна идея по поводу сегодняшнего вечера. — Он требовательно притянул меня к себе.
Я, смеясь, укусила его за шею. — Не поделишься?
— Не только поделюсь, но и покажу. — Прошептал маг многообещающе.
***
Энгер Ди Госнир
Когда Элиса, наконец, заснула на моем плече, я осторожно вышел из комнаты и вернулся в свой кабинет. Никогда прежде, несмотря на то, что рядом со мной всегда были самые красивые и популярные девушки Ширака, я не испытывал ревности. Ни их ужимки, ни флирт с другими мужчинами, ни даже встречи, не имели для меня ни какого серьёзного значения. Даже поведение Амелоты, которую я в последнее время приблизил к себе, не заставляло меня ревновать, я знал, что она была любовницей короля, и я знал, что как только наш любимый король Авердус Ре Анселмет вновь потеплеет к ней, она бросит меня со скоростью запущенного огненного снаряда. Хотя, разве можно бросить того, кто и не удерживает? Амелотта все еще надеялась родить ему наследника и тем самым упрочить свое положение в обществе. Я даже понимал ее, по-своему мы выгодно использовали друг друга, я, спасаясь от своего навязанного брака, она от скуки и одиночества. Но когда в моей жизни появилась она, Элиса, нет, Эсса, все сразу изменилось.
В тот первый день, когда я увидел ее там, среди бескрайнего поля цветов, я не собирался забирать ее в столичное поместье, в моих планах было лишь вернуть ее назад в дальний пустующий дом. Но тогда ее независимость, ее борьба за свободу и притязания этого крестьянина впервые заставили меня потерять контроль и изменить свое решение. Я ревновал ее со всем безумием страсти уже тогда, еще не в силах найти название своему чувству. Когда же я понял, как сильно люблю ее, страсть и страх потерять ее, порой лишают меня разума.
Теперь когда она, наконец, доверилась мне, я не позволю даже тени угрозы помешать нашему союзу. Этого Камиля Раздана нужно найти и наказать как можно скорее. Я вообще не понимаю, как посмел он подойти к моей женщине, моей возлюбленной и жене.
Кроме того, меня волнует письмо, полученное днем от королевы Йонетты. Она точно что-то задумала, потому что в приказном тоне приглашает нас с женой на бал, посвященный ей самой. Пропади пропадом вся эта гнилая семейка! Но мы не можем сейчас высказывать неповиновение, только не сейчас, когда мы почти нашли доказательства преступления короля и его рода перед всей Вандерией. Придет время и король и его семья расплатится за все горе, которое они принесли Шираку. А пока нам с Элисой нужно соблюдать особенную осторожность.
***
Элиса
Когда я проснулась, Ди Госнира уже не было в постели, и я ощутила даже некоторое разочарование, проснувшись одна. Откинувшись на подушки, я размышляла о том, как изменилась моя жизнь всего лишь за пару недель и думала о том, как же она будет выглядеть через еще пару недель, через месяц или год. Мои размышления прервал стук в дверь, я обернулась и увидела, что в комнату вернулся Энгер
— Ты еще в постели? — Спросил он, подходя ко мне и склоняясь над подушкой. Внезапная детская радость залила мое сердце и я сама не зная чему рассмеялась.
— Почему ты такой хмурый? Что-то случилось? — Поинтересовалась я, всмотревшись в лицо мужа.
— Случилось. Но мы с этим справимся. — Произнес мужчина, проводя ладонью по моим волосам и притрагиваясь к лицу. Я привстала на постели, перехватывая его ладонь и удерживая ее в своих руках. — Королева Йонетта Ре Анселмет приглашает нас на бал во дворец. И приглашает крайне настойчиво, так что у нас не остается возможности отказаться. — Произнес раздраженно Ди Госнир.
Я задумалась.
— Элиса была с ней раньше знакома? Зачем мы ей понадобились?
Маг перевел взгляд на дверь и тяжелым голосом через силу произнес. — Амелота подруга королевы Йонетты, по крайней мере она изображает дружбу.
