Читаем без скачивания Два сапога – не пара - Вита Алая

успел спросить, как это чужое влияние перебить — Эаолай вдруг поднялся слитным движением, словно по телу прошла волна, навострил свои и без того острые уши, а потом плавно и быстро, как огромная ласка, метнулся в сторону.

Вернулся через пару минут обычным шагом, неся на руках сомлевшую Альбину. Занёс её под навес, положил на лежанку Гедеона, потом развернулся и ушёл, бросив напоследок в голову Макса: «Не волнуйся, она получила все ответы. Но ей нужно время, чтобы их осознать. Вам принесут материалы для подстилок на ночь и еду».

Ветки принесли барсуки, траву — кролики. А орехов натаскали белки. Чищеных. Впечатления были сюрреалистичные, когда пушистые зверьки без всякого страха совали добычу им по карманам, словно это дупло! Альбина, придя в себя, запищала от восторга и попыталась погладить «белочку». Тварюшка в ответ обежала её по кругу — поднялась по одной руке, перемахнула шею за спиной и спустилась по другой. И в следующий раз приволокла самый большой орех из всех.

— И что же ты, так всухомятку и питаешься? — спросил Макс у Шаца.

— А, нет. Пойдёмте покажу, где яблок можно набрать. Это мы уже сами. Просто орехи трудно достать. Это нам до завтра запас.

Отойдя подальше от селения, Макс пригласил Альбину поделиться знаниями, которые она получила. Чтобы потом не осталось вопросов, которые потребуют уточнения. Повторить подвиг у них может не выйти, да и экзамены скоро начнутся.

Девушка начала рассказывать, с трудом подбирая слова:

— Легенды гласят, что гемадил упал с неба… Наверное, метеорит… Шиды называют его «особым даром Вселенной». Потому что он спас их от опьянения силой… От… вырождения в… неприкаянных духов. Дал власть над собой…

Речь была не очень понятной, но Макс не задавал вопросов — не хотел сбивать девушку с мысли, которую и так сложно ухватить за хвост. Сначала надо дать Альбине шанс самой найти понятные слова.

— Эти камни не подвержены магии. И тем самым очищают разум для использования немагии. Которая является высшим порядком магии.

— То есть, по сути я был прав? — спросил Гедеон.

— По сути да. Но точнее будет сказать: если обычный маг манипулирует энергией, то немаг — информацией.

— Вот оно! — воскликнул Шац. — То, что я называл изнанкой. Структура, на которой держится магия. Её скелет.

— Магические линии? — уточнил преподаватель.

— Да, — подтвердила студентка. — Магические линии — это информационная структура магических полей. Точнее, не только магических, а вообще любых.

— То есть, мы с тобой можем ещё чего-нибудь сдвинуть, а не только мнение людей? — восхитился Гедеон.

— Ну… навряд ли. На другие поля влиять сложнее. И часто нет смысла. Грубо говоря, проще передвинуть прибор, который генерирует магнитное поле, чем пытаться это поле смещать.

— А шиды могут? — поинтересовался маг.

Альбина пожала плечами:

— Наверное. Но шиды, в основном, гармонизируют то, что нарушилось, удаляют раздражители, лечат заболевшее и прозревают последствия.

Пару минут ребята молча переваривая полученные сведения.

— Выходит правильней называть это инфомагией? — спросил Максим.

— Выходит, что так, — согласился Гедеон.

— А этими линиями всё-таки можно манипулировать напрямую? — данный вопрос мага очень интересовал, как наиболее перспективное направление развития для своих же студентов.

— Теоретически да, — ответила Альбина. — Но у нас пока «манипулятор» не вырос. У шидов он появляется после сотни лет, а они ведь живут поблизости от большого скопления гемадила. Можно сказать, у нас с Гедеоном способности в зачаточном состоянии. Поэтому и действуют только на людей. Но мне, если честно, страшно представить, будь всё иначе.

— И так не до смеха, если Джедай… то есть, Краузе подомнёт всех остальных министров, — проворчал Шац.

— А ведь, по идее, он тоже потомок кого-то, оставившего себе хороший такой кусок гемадила, — заметил Макс. — И наверняка выяснил его возможности намного раньше. И способности у него чисто по возрасту посильнее ваших. Наверное.

— Но чего он добивается? — всплеснула руками Альбина.

— Кох что-то вещал о переменах в правительстве, которые отразятся и на международной политике. Конечно, у него не было причин говорить правду…

— Но что ещё можно задумывать на таком уровне, когда у тебя и так есть и власть, и деньги? — закончил его мысль Гедеон риторическим вопросом.

— Больше власти и больше денег? — всё же ответила на него Альбина.

— Ну так а мы о чём? — мрачно усмехнулся Макс. — Украсть — так миллион, любить — так королеву… Завоёвывать — так весь мир.

— Но… — возразила девушка. — Зачем ему тогда охраняемые природные ресурсы с иностранным капиталом?

— О чём ты? — не понял Гедеон.

Макс пересказал ему то, что узнал от Коха. Подписка подпиской, а Шац с ними в одной лодке и должен знать всё.

Тут они как раз пришли к яблоневой роще… или саду? Яблок было много, но не все спелые.

— Вот жалость, не во что набрать, — посетовала Альбина. — Не ходить же сюда каждый раз?

Макс тут же попенял себе, как старшему. Как он так прокололся? Ко взлому готовился два дня. Про еду для Шаца в библиотеке и в портале подумал. А сами-то они собирались идти на сутки, но не взяли с собой ничего! Причём он даже не мог толком понять, что так застило ему мозги.

— Не волнуйтесь, всё учтено! — улыбнулся Гедеон.

Он оттянул оттянул переднюю часть широкой перевязи, которая свисала с правого плеча на левое бедро. Макс принял её за деталь местной одежды, потому что похожие были и на провожатом, и на его бабушке. Ткань-то цветастая, хоть и неяркая, со сложным узором, напоминающим кельтские иллюминированные рукописи. А оказалось, это нечто среднее между карманом и сумкой. Удобно, если подумать.

Глава 15

Поразмыслив пару минут за сбором плодов, Шац выдал:

— Ну смотрите, будь я на месте министра, имей я в своём распоряжении такое средство, и желай я захватить мир… Для начала его надо объединить. Или покорить все остальные страны. Конечно, сейчас законы везде почти одинаковые, как и уровень жизни, границы почти номинальны для граждан, и всё же, ресурсами своими каждый распоряжается сам и будет за них сражаться. Это значит война, а война — это риск и затраты. Остальные могут объединиться и задавить, как во вторую мировую. Либо, как