Это тебя невозможно не любить! — хотелось закричать Кэролайн. Слезы душили ее. Неужели он так ничего и не понял? Ее сердце стучит так сильно, что вот-вот выскочит из груди, а он рассказывает ей о своем острове!
— Если бы ты только видела всю эту красоту! — воскликнул он.
— Твой отец тоже жил там, — справедливо возразила Кэролайн. — И все-таки он остается.
— Это совсем другое дело, — улыбнулся Орландо.
Кэрри поникла. Конечно, другое. Джека Денвера держит здесь любовь женщины, а сердце Орландо свободно и стремится домой. Вот только как она будет жить без него?
— Мне будет тебя не хватать, — вымолвила Кэрри с жалкой улыбкой.
Ее голос дрогнул, и это заставило Орландо пристальнее посмотреть на девушку. Он увидел, что она смертельно бледна, а в глазах застыли слезы.
Неужели я что-то проглядел? — невольно подумал он.
— Не огорчайся, малышка. — Орландо засмеялся, чтобы скрыть свое замешательство.
Сотни маленьких воспоминаний нахлынули на него. Сущие пустяки по отдельности, вместе они составляли единую картину. Радостная улыбка, с которой Кэролайн всегда приветствовала его, глаза, загоравшиеся восторгом каждый раз, когда он обращался к ней. Она все время оказывалась рядом, маленькая, неуверенная в себе, краснеющая по любому поводу. Еще такой ребенок...
И в то же время взрослая привлекательная девушка. Орландо вдруг вспомнил их единственный поход в кино, когда он всерьез размышлял о том, что было бы здорово любить кого-нибудь вроде Кэролайн, держаться за руки в темном зале и украдкой целоваться... Тогда эта мысль казалась кощунственной, а Кэролайн — невинным ангелом по сравнению с Алисией. Орландо твердо знал, что не достоин ее, и не сомневался в том, что она смотрит на него как на приятеля.
Но сейчас отчаяние, написанное на лице Кэролайн, о многом сказало ему. О долгих бессонных ночах, о слезах в подушку, о блаженной надежде и невыносимом страдании, о чуде первой любви, озаряющей своим сиянием мир...
— Кэрри... — начал Орландо и замолчал.
Что теперь говорить? Он уже принял решение. Его ждут его каюта и долгое плавание, его остров и привычная жизнь. Разве он может отменить все это в одно мгновение из-за того, что прочитал сейчас в глазах этой девочки?
— Орландо, боюсь, тебе пора.
Джек незаметно подошел к ним и хлопнул сына по плечу.
— Да, — растерянно кивнул Орландо.
Кэрри всхлипнула. Орландо обнялся с отцом, попрощался с Сильвией и на одну секунду прижался губами к мокрой от слез щеке Кэролайн. А она по-прежнему не могла ничего объяснить ему...
Орландо подхватил свой чемодан и направился к трапу. Девушка смотрела ему вслед, и слезы катились из ее глаз, мешая видеть его.
— Я все-таки рассчитывал, что он останется, — вздохнул Джек, и эти слова словно разорвали путы, сковывавшие Кэролайн.
— Орландо! — закричала она и побежала за ним. — Я люблю тебя, Орландо!
Он уже поднимался по трапу, куда Кэрри попасть не могла, и осознание того, что драгоценные минуты уходят, придало девушке сил.
— Я люблю тебя! — закричала она еще громче.
Ее звонкий голос поднялся высоко над людьми, над пароходом, над пристанью. Любовь рвалась из ее сердца вслед за человеком, который уезжал на другой конец света, и в этот момент Кэролайн Паркер вдруг поняла одну простую истину. Где бы ни был Орландо, где бы ни была она, ее любовь всегда будет рядом с ним, потому что ей неведомы преграды и она живет по своим законам, не зная ни пространства, ни времени, ни уз, ни ограничений. Даже если они больше никогда не увидятся, это ничего не изменит для нее. В свое время она выйдет замуж, родит детей, будет уважать своего мужа, станет для него хорошей женой... Но любовь будет жить в ее сердце и даровать ей силы, а страдание сделает чуткой к переживаниям других людей.
— Я люблю тебя! — кричала Кэролайн и безумно надеялась, что он услышит ее.
В ней не осталось ни капли стыдливости, которая не давала ей говорить. Она жаждала, чтобы Орландо узнал о ее чувстве и помнил о нем...
И он услышал ее. Кэролайн видела, как он остановился на самой вершине трапа, замер и стал высматривать ее в толпе. Она запрыгала на месте и замахала руками. Кэрри была готова бежать по головам людей, пробиваться сквозь кордон охраны, лишь бы на минуту прижаться к его груди и почувствовать то, что женщина может ощутить лишь в объятиях любимого человека.
Орландо сложил руки у рта и прокричал что-то. Кэролайн чуть не заплакала от досады. Вокруг было слишком шумно, чтобы она могла что-либо расслышать! Но Орландо не сдавался, и страдание молодых людей тронуло сердца пассажиров. От одного к другому по цепочке передавались слова Орландо сверху вниз, и Кэролайн с тревожной надеждой ждала их.
— Он просит вас приехать к нему, — деловито сообщила ей полная дома в полосатом платье, из-за которого она казалась совсем необъятной. И тут же добавила от себя: — Все они одинаковы, эти мужчины. Только и знают, что требуют от нас жертв. Зачем вам, деточка, уезжать из цивилизованной страны неизвестно куда? Он вполне мог бы остаться тут, с вами, а не звать с собой...
Но Кэролайн не слышала рассуждений полной дамы в полосатом. Ее сердце трепыхалось как пойманная птичка. О каких жертвах может идти речь, когда любишь? Она была готова тут же купить билет на пароход, но это было невозможно. Придется ждать следующего, а потом терпеть долгое морское путешествие без него...
Вдруг Кэролайн рассмеялась. Как она глупа! Ведь можно полететь самолетом, и тогда она прибудет в Новую Зеландию намного раньше Орландо и будет ждать его там... Десятки возможных путей расстилались перед ней, и Кэролайн никогда в жизни не чувствовала себя такой счастливой. Она знала, что ничто ее не остановит — ни родители, ни расстояние, ни страх перед путешествием. Любовь настойчиво звала ее, и противиться ее зову Кэролайн не могла...
Эпилог
Паркеры пришли в ужас, когда Кэролайн сообщила им о своем решении отправиться вслед за Орландо. Миссис Паркер была уверена, что такое поведение неприлично для девушки, а жизнь на южном острове не подходит ее дочери. Родители наотрез отказались поддерживать дочь. Однако всегда послушная Кэролайн была непреклонна и, заложив свои немногие драгоценности, однажды вечером сбежала из дома. Через несколько месяцев они с Орландо поженились, и миссис Паркер была вынуждена признать свою неправоту.
Денверы были более подготовлены к такому развитию событий. Джек, ставший свидетелем сцены на пристани, не сомневался, что так оно и будет.
— Эта девочка поможет ему окончательно забыть Алисию, — сказал он жене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
