Читаем без скачивания Режиссерская энциклопедия. Кино Европы - Алова Л. А.

(Christian Wahnschaffe — Henneles melfahrt, Германия), 1922; "Колесо счастья" (Lykkehjulet), 1926. Сочинения: Gad Urban. Fielmen: Dens midler og maal. Kbh., 1919.

Библиография: Комаров С. Великий немой. М., 1994; Садуль Ж. Всеобщая история кино, т. 2. М., 1958;Теплиц Е. История киноискусства, т. I—2. М., 1968; Neeigaaid Е. Historienomdanskfilm. 1960; EngbergM. Danske stumfilm — de store aar. 1977.

ГАНАК ДУШАН

(Hanak Dusan). Словацкий режиссер и сценарист. Родился 27 апреля 1938г. в Братиславе. Как человек непролетарского происхождения был вынужден заслужить себе право на поступление в ВУЗ тяжелым физическим трудом, работая после окончания гимназии сначала на машиностроительном заводе, а после срочной службы в армии — шахтером в остравском угольном карьере. Поступив на режиссерский факультет пражской Киноакадемии (ФАМУ, 1960-1965), Г. снимает ряд документальных фильмов, отмеченных на отечественных и зарубежных смотрах киношкол ("Алькрон", "Задумчивость" и др.). Его студенческая работа "Шесть вопросов Яну Вериху" демонстрировалась в широком прокате. После окончания ФАМУ работал на братиславской студии короткометражных фильмов, снимая по собственным сценариям документальные фильмы, объединенные искренним интересом либо к человеческой личности, внутренней жизни человека и его экзистенциальным проблемам, либо к искусству. Многие его работы были награждены призами ("Учение", 1966, пр. международного жюри в Оберхаузене; "Обращение к тишине" об изобразительном искусстве и литературной деятельности душевнобольных, почетный диплом на Международном фестивале документальных и экспериментальных фильмов в Монтевидео; "Месса" о рождественской католической обедне в небольшом готическом костеле, 1969, пр. фестиваля молодого искусства в Париже).

В г. Г. становится лауреатом премии министра культуры ЧССР "За оригинальное обогащение современного словацкого документального кино".Сняв 12 короткометражных фильмов, Г. дебютирует в большом кино игровой лентой "322" (Большой приз МКФ в Мангейме, 1969), заставившей заговорить о нем как о глубоком философе и тонком стилисте. Созданная по новелле Яна Ионидеса с участием чеха Вацлава Логниского, сыгравшего здесь свою лучшую роль, и польской кинозвезды Люцины Винницкой, картина рассказывала историю фаталиста, который перед лицом смерти подводит итог своей жизни и приходит к выводу, что обнаруженный у него рак (322 — код рака в медицинском каталоге болезней) — возмездие за страдания, причиненные им своим близким. В финале фильма герой встречает мальчика, который учит его заново познавать жизнь, открывая ее элементарные проявления. "Я хотел говорить о людях, которые ищут место среди людей, ищут себя, — заявил режиссер в одном из интервью. — Ведь чаще всего человек пытается убежать как от других, так и от самого себя". Фильм был заметен даже на фоне лучших чешских картин-современниц и созвучен им не только изобразительной культурой (скорее среднеевропейской, чешской, чем словацкой), но и своей тематикой, символикой и многоплановостью. Экзистенциальная ситуация одиночества и отчаяния, которая встречается во многих чешских фильмах 60-х как основополагающая, характерна и для творчества Г. с той только разницей, что глубинной темой его фильмов становится поиск выхода из нее.

Период т.н. "нормализации", более либеральный в словацком кино, нежели в чешском, обернулся для Г. арестом его дебюта и запретом снимать игровые фильмы. Он возвращается в документальное кино и создает ленты о людях, нашедших себя в творчестве или в общении с другими: "Оставить след" о семье потомственных гончаров, "Полет синей птицы" о душе "неизвестного художника" с цитатами из Джемса Джойса (оба фильма были удостоены Главной премии национального фестиваля фильмов об искусстве АРСФИЛЬМ в Кромнер- жише, в 1971 и 1974 гг. соответственно). В 1972 г., вдохновившись пятью фотографическими циклами Мартина Мартинчека, Г. снимает одну из своих лучших работ "Картины старого мира", представляющую собой несколько вариаций на тему человека, который и в сложных жизненных обстоятельствах сумел сохранить внутреннюю свободу и не отдалился от самого себя. Однако герои фильма — старые люди с обветренными лицами, изрезанными морщинами, — и их одинокая жизнь в заброшенных горных деревнях быши неадекватно восприняты властями, увидевшими в фильме пасквиль на социалистическую Словакию. Картина была положена "на полку" и вышла на экраны лишь в 1988 г., завоевав ряд престижных наград, втом числе и международных (Гран-при фестиваля "Этнофильм" в Чадце, Чехословакия, 1988; Гран-при "Золотой сестерций", пр. публики, пр. жюримо- лодых, почетный диплом экуменического жюри на МКФ в Нионе 1988; пр. ФИПРЕССИ на МФ короткометражных фильмов в Лейпциге 1989; пр. за лучший фильм на МФ документальных фильмов в Мюнхене 1989 идр.). В годже своего создания картина стала причиной ухода Г. из документального кино и его почти четырехлетнего вынужденного молчания.

Лишь в 1976 г. режиссеру удается на время вернуться в игровое кино и снять в духе поэтики менцелевс- ко-грабаловских фильмов "Розовые сны", поэтическую историю первой любви молоденького почтальона к юной цыганке. Полная романтических сумасбродств и разочарований, смешанная с грустью, ностальгией и мягким юмором, картина напомнила времена взлета чехословацкого кино в 60-х. Трагикомедия имела большой успех у публики и критики дома и за границей (премия чехословацкой кинокритики за 1976 г.; Гран-при и пр. зрителей и Ассоциации кино и искусства на II МКФ в Ales, Франция).

В 1978 г. Г. становится лауреатом премии Союза работников театра, кино, радио и телевидения за кинематографическое творчество в целом. На волне успеха он создает своеобразный телевизионный парафраз своего дебютного фильма "322" — "Доктор Йорге" по одноименному роману Ф. Наморыо поисках любви и человеческих контактов, близкой смерти и любви кжизни, после чего вместе со сценаристом Душаном Ду- шеком, соавтором сценария "Розовые сны", приступает к подготовке фильма "Я люблю, ты любишь" (1980), полной экзистенциальных мотивов истории о старом холостяке, который пьет, потому что его не любят женщины, и которого не любят женщины, потому что он пьет. Этот зачарованный круг безысходности, неизбежно порождающий размышления об общественно-политической ситуации в современной Словакии, приобрел в фильме трагикомический оттенок не в последнюю очередь благодаря великолепным работам чешской актрисы ИвыЯнжуровой и польского актера Романа Клосовского. Картина подверглась жесткой критике со стороны официальных органов до 1989 г. пролежала "на полке". Показанная на МКФ в Берлине в 1990 г., она по - лучила "Серебряного медведя".

Экзистенциальные мотивы пронизывают и последующие фильмы режиссера с той лишь разницей, что он анализирует их на материале женских характеров и судеб. К непростой доле современной женщины, желающей реализовать себя не только в семье, Г. обращается в фильмах "Тихая радость" (1985) и "Частные жизни" (1990), где главную роль психологически тонко исполняет одна из самых обаятельных словацких актрис театра и кино Магда Вашари- ова, ставшая после распада Чехословакии послом Словакии в Австрии. Высокое профессиональное мастерство режиссера и актрисы, универсальность поставленных проблем и их глубокий психологический анализ в фильме "Тихая радость" были отмечены сразу тремя призами: за режиссуру, лучшую женскую роль и премией студенческого жюри, — на международном фестивале авторских фильмов в Сан-Ремо (1986).

Самым амбициозным проектом Душана Ганака, к которому он, как обычно, сам писал сценарий, стал полнометражный художественно- документальный фильм "Бумажные головы". Созданная с финансовым участием пяти стран (Германии, Словакии, Франции, Чехии, Швейцарии), благодаря чему она сразу попала на экраны почти всей Европы, картина снималась в течение 4 лет и обошлась спонсорам в 4,7 млн. французских франков. "Бумажные головы" — это бутафорские портреты вождей из папье-маше, которые было принято носить наряду со знаменами и лозунгами на политических праздничных манифестациях. Самовлюбленные, как нарциссы, гротескные и высокомерные — таковы "бумажные головы", неотъемлемые от почти полувековой истории Чехии и Словакии, под какими бы лозунгами она ни развивалась. Опираясь на визуальную память общества, представленную хроникой, репортажами, документальными фильмами, которые вопреки своим сомнительным свидетельствам остаются магическими документами чешской и словацкой истории с конца второй мировой войны вплоть до новой посткоммунистической эры, Г. раскрывает жестокость, разрушительные последствия господства идеологий и их феноменальную способность мгновенно трансформироваться, прослеживает, как меняется менталитет человека и его поведение во времена диктаторских режимов. Финал фильма тревожно пессимистичен. Картина заканчивается словами одной из жертв коммунистического режима: "Сегодня у власти те, кто и раньше был там. Оппозиция ликвидируется. Это нормализация. Очередная после той, что начиналась в 1968 году...".