Читаем без скачивания Блатной конвейер - Кирилл Казанцев

Сергей еще немного выждал, восстанавливая дыхание, а Корень в это время занялся чем-то странным. Он ходил кругами по траве, потом поднял камень, величиной с кулак. Из кармана он вытянул носовой платок, в который было завернуто шило с длинным толстым жалом. В этот же платок он завернул камень, тщательно завязал на два узла, а потом, размахнувшись, закинул далеко в болото, туда, где зеленая ряска покрывала открытую воду. Сверток булькнул, подняв фонтан брызг и исчез под водой.

— Порядок, — изрек Корень. — Теперь какие у нас планы?

Хрустнула ветка, и все трое обернулись.

— Етическая сила! — немного напряженно рассмеялся Шурка Корнеев. — Вот это сюрприз! А ты тут откуда, Серж?

Надо сказать, выдержка у Корня всегда была исключительной. Даже сейчас он не подал вида, что растерян и до крайности удивлен. По его мнению, Резенкову тут взяться было просто неоткуда. Сергей увидел, как на лице старого приятеля отразилась напряженная работа мысли. Он прикидывал, а не случайно ли вообще в том мебельном цеху оказался Резенков, который к тому же, как выяснилось во время встречи, был судимым. И именно в тот момент, когда почти готов был план устранения Магомеда. Серега работал у Магомеда неизвестно кем на рынке, а потом оказался в той чертовой Лебедянке. А сейчас еще и на этой поляне. Кто за ним? Магомед? Фома? Менты?

Не меньшее удивление появление Резенкова вызвало и у Фофана с Баржой, но эти соображали не так быстро.

— Откуда вы, оттуда и я, — буркнул Сергей, делая вид, что устал, и усаживаясь на траву. — Машин не хватило, все рванули, как зайцы, вот и помчался в эту сторону, к дороге, да заблудился, чуть в болото не угодил. Хорошо, вас вот встретил. Ты, Баржа, я смотрю, все же вляпался, да?

— Ты откуда вообще тут взялся? — подозрительно поинтересовался Фофан. — Ты как в поселок попал?

То, что он сейчас будет врать, проверить нельзя. Сейчас нельзя, а завтра будет проверять поздно. Главное — врать убедительно и по-ихнему.

— Магомед велел, — отрезал Сергей. — Он всех собирал, и мне приказал там быть, только я чуть опоздал, когда разборка уже началась. А кто Магомеда завалил?

Резенков специально говорил уверенным голосом, фразы произносил жестко, как топором рубил. Такого голоса и таких интонаций ни Фофан, ни Баржа от него никогда не слышали. Они привыкли к послушанию с его стороны. А тут вдруг этот Серж вон как заговорил. Не Магомедом ли он был в цех приставлен поглядывать за ребятками Хохла? Кажется, поговаривали, что он в Екатеринбурге возле Магомеда мелькал.

— А почему нам не сказал, с нами не поехал? — как всегда, веско и невпопад спросил Баржа, натягивая мокрые кроссовки на мокрые носки.

— Так вы же, по-моему, еще с вчера туда уехали? — удивленно поднял брови Сергей. — А братву Магомед собирал ночью и утром. Через Вовчика.

Оба «быка» — и Баржа, и Фофан — стояли и смотрели друг на друга нерешительно. Явно Сергей был им помехой, но они не представляли, что с ним делать. Зато Корень смотрел на старого приятеля весело и с интересом. Железная все-таки выдержка у Корня. «Но, — подумал Сергей, — по-моему, он не понимает еще, что ему грозит».

Баржа с Фофаном обменялись какими-то мимическими знаками, смысл которых был известен только им одним. Наверное, решение было принято. И еще бы знать какое.

— Идеи есть? — спросил Сергей наудачу. — Как выбираться отсюда и как теперь себя вести? Кто за Магомеда теперь останется, кто расхлебывать всю эту кашу станет?

— Да, действительно, — поддержал Корень. — Долго мы плутать будем?

— Ты… — Фофан с открытой неприязнью уставился на Резенкова. — Куда шел, туда и иди. У нас свои дела, а у тебя, похоже, свои. Вот и хиляй, куда собрался.

Баржа смотрел на болото, и его бритый затылок шевелился. Что-то нехорошее он замыслил, не красотой же болотной растительности он любуется.

— Нет, а в самом деле! — вдруг оживился Корень. — Чего мы толпой ходим-то? Дело сделано, ноги мы унесли, а дальше можно и разойтись, каждому в свою сторону. Я вот дружка армейского встретил, мне бы поболтать с ним, пивка бы где попить. Мы ведь так и не посидели с ним, с тех пор как я его встретил.

Сергей задумался. Посидеть-то они посидели. Не намек ли это сейчас лично для него, что присутствие быков нежелательно, а ему, Корню, лучше всего уйти с Сержем. Или он просто языком чешет без всякого смысла. И еще одна неприятная мысль вдруг пришла в голову Резенкову. Она была настолько ошеломляющая, что у него все внутри похолодело. А если он ошибся с самого начала? А если для Корня их армейское прошлое ничего уже не значит? А если он уже усвоил законы своей нынешней профессии киллера? И все его теперешние слова не более чем попытка усыпить бдительность Резенкова? Усыпить, а потом подгадать момент и убить. Просто эти двое еще этого не поняли. Не тот уровень переработки информации. Может, они в самом деле его телохранители, «быки», приставленные обеспечить выполнение им задания? Баржа с Фофаном, конечно, мужики здоровые, но с ними справиться можно, а вот если с ними против него будет еще и Корень, который имел такую же подготовку, как и Сергей, то его песенка спета.

Мысль промелькнула в голове, но лицо Резенкова ничего не выражало. Скорее всего потому, что он постарался эту мысль отогнать, не принять ее всерьез. Почему-то ему казалось, что такого просто не может быть.

— Ну, тогда давайте выбираться отсюда, — сказал Сергей, как будто и не слышал «советов» уголовников убраться подальше. — Куда двинемся?

Он поднялся на ноги и встал так, чтобы за его спиной было побольше открытого свободного пространства для маневра. Баржа неторопливо и ни на кого не глядя завел руку за спину. Жест был настолько красноречивым, что Сергей сразу понял: там, за ремнем, у него пистолет. И Баржа не намерен церемониться.

Корень все понял только сейчас или понял давно, но не подавал вида. Он среагировал мгновенно, как будто давно ждал этого момента. Бросился вперед, ногой ударил Баржу сзади под колено. Уголовник потерял равновесие и упал на одно колено. А Корень уже мертвой хваткой вцепился в его заведенную за спину правую руку.

Фофан, наверное, не ожидал такого поворота событий и на мгновение растерялся. Особенно из-за того, что Корень кинулся на его дружка. И эта заминка стоила ему дорого. Сергей рванулся к нему, преодолев разделяющее их пространство одним прыжком. Фофан отскочил в сторону, чтобы видеть обоих противников. И опять его подвело отсутствие опыта схваток со спецназовцами. Надо было или принимать боевую стойку, или уж сразу выхватывать из кармана нож с выкидным лезвием. И то и другое одновременно не получается. И у Фофана не получилось.

Пока он бестолково топтался, то двигая рукой в сторону кармана, то поднимая ее перед собой для защиты, Сергей провел обманный удар рукой и врезал боковой поверхностью стопы ему в коленную чашечку. Фофан оступился, охнул и попытался ответить мощным ударом кулака. Но Сергей увернулся и снова ринулся в атаку.

Несколько обманных движений, целью которых было заставить Фофана перейти из защиты в наступление. Он купился. Два сокрушительных удара с шелестом прорезали воздух, но каждый раз натыкались на поставленные блоки и соскальзывали в пустое пространство. Это был самый удачный момент для подсечки, и голова Сергея вдруг исчезла. Фофан не успел понять, что происходит, и попытался отступить, но было поздно. Мгновенно присевший и крутанувшийся на одной ноге Резенков крюком поддел ноги противника выше щиколоток. Фофан всей своей массой грохнулся на землю, взмахнув бестолково руками, как будто пытался удержаться за воздух. Сергей прыгнул сверху и еще в полете отвел правую руку назад. Удар в голову совпал с моментом приземления всего тела Сергея на тушу Фофана. От этого сила его увеличилась чуть ли не втрое. Глухо стукнулась о землю голова, и Фофан остался лежать без движения.

И только теперь Сергей повернул голову вправо, где Корень должен был бороться с Баржой. Или массы противников были слишком разными, или Баржа был абсолютно нечувствителен к боли, но Корень никак с ним не мог справиться. Он стоял на его ноге, выворачивал завернутую за спину руку и валил Баржу на спину. Но уголовник, рыча и матерясь, никак не поддавался. Сергей решил закончить эту возню быстро и без риска. Подвернувшийся камень весом килограммов в десять он обрушил на затылок Баржи в районе затылка. Тело тут же ослабло, обмякло и повалилось лицом в траву.

Сергей, уже улыбаясь, отряхивал руки, когда неожиданно грохнул выстрел. Он отпрянул и посмотрел на руки Корня. Тот держал пистолет, из ствола которого еще шел легкий дымок. На необъятной спине Баржи в районе левой лопатки расплывалось кровавое пятно вокруг аккуратной круглой дырочки на куртке.

— Ты… зачем? — выдохнул Сергей.

— Все затем же, — уже без обычной улыбочки ответил Шурка. — Жить хочется, вот зачем.