моё терпение... зачем она это делала?
— Ты поедешь со мной, — на выдохе. Провёл языком по губам и всё же ослабил хватку на её волосах.
Девчонка судорожно вздохнула и сделал попытку отдалиться, но моя рука всё ещё удерживала стройную талию. Я ни без труда заставил себя отпустить её. На время. На короткое время. Я ведь столько месяцев ждал. Подождать ещё денёк... это ведь такие мелочи.
— Я никуда с тобой не поеду...
Не очень уверенно, но всё же...
Она действительно осмелела? Или на неё так подействовал эффект неожиданности?
— Завтра... — процедил, расстёгивая на чёрной рубашке верхнюю пуговицу.
— Я никуда не поеду с тобой.
Чётко. Но всё ещё неуверенно. Даже смешно.
— Дам тебе время до завтра. Соберёшь свои пожитки и поедешь со мной. — Я сделал шаг, едва не наступая ей на ноги. Занёс руку над её лицом и дёрнул за узел платка, всё ещё висевшего на тонкой шейке. С её губ сорвался тёплый воздух, и я тут же ощутил его на своём подбородке... — иначе я спалю здесь нахер всё! Я не оставлю живого места от этой богадельни. Ты поняла меня?
Удовлетворённо наблюдал за тем, как буйство в её глазах сменяется испугом, а затем разочарованием. На смену ему приходит смирение. Дааа... уж его-то я не спутаю ни с чем. Хотя, уверен, что это не надолго. Пройдёт время, и Кира снова покажет мне свои зубки.
— Я не слышу, — не сводя глаз с полных, слегка дрожащих губ. — Ты поняла меня? Здесь будет выжженная земля.
— Поняла, — сквозь плотно стиснутые зубы.
И этого было достаточно. Пока что.
— Вот и умница, — довольно улыбнулся перед тем как провести своей шершавой ладонью по бархатистой коже. Бля... я действительно скучал по ней.
Не знаю что это было. Такое развлечение? Что меня привлекает в ней? Ведь ничего особенного... ничего из того, чего бы не было у других женщин. Ничего из того, что меня привлекало в них. Абсолютно не мой типаж... но меня скручивало от удушья, когда смотрел в её глаза. Рвало на части, когда она сбежала. И сейчас... сучка... у меня от тебя дыхание перехватывает.
Это физика... просто нужно было насытиться. Ею.
Я отошёл в сторону, позволяя Кире обогнуть меня. Что она и сделала. Обошла и, скрестив под грудью руки, засеменила по узкой и пыльной дороге. Не оглядываясь. Спешно шагала, зная, что я следую за ней. Я и не скрывал этого. Молча шёл следом, снова пряча руки в карманах брюк. Подальше от неё. Потому что мои инстинкты не должны быть сильнее рассудка. Во всяком случае, не здесь и не сейчас.
Я просто шёл. Сначала позади, а после поравнялся со своей находкой.
Внутри я чувствовал облегчение. Словно с плеч упал многотонный груз. Я уже предвкушал. Смаковал каждый предстоящий момент. Мысленно я уже был в ней. Чёрт... так глубоко... задрать бы до талии эту дурацкую юбку и...
Тряхнул головой, прогоняя неуместные фантазии, и слегка оттянул брюки в районе напрягшегося паха.
А ведь хотел ей дать пару дней продыха.
Но стоило ей выйти на крыльцо и все планы полетели к чертям.
Пару дней слишком много.
— В пять утра ты должна быть готова, — разбавил повисшую тишину, рассматривая гордый девичий профиль.
Она остановилась. Повернулась ко мне и, спустя пару секунд, ответила:
— Зачем? Сколько времени уже прошло, Клим? Я ведь никому ничего не рассказала. Я и не собиралась... я просто хотела начать жить заново.
— Здесь? — не сдерживаю усмешки, взглядом огибая местность.
— Это имеет значение? Я просто пыталась всё забыть. Я же говорила...
Я видел как сбивалось её дыхание. Как нервно её пальчики сминали собственные плечи. Мне бы сейчас хотелось приблизиться и положить ладонь на её грудь. Мне до охерения хотелось почувствовать, как бьётся в эту минуту её сердце. Наверняка очень быстро...
— В пять утра ты должна быть готова, Кира. Неужели до тебя так туго доходит?
* * *
Кира
Мой взгляд на секунду метнулся на дорогу. Недалеко снова показался автомобиль Сергея. Кажется, он отвёз тётю Нюру и теперь возвращался.
Не надо.
Уезжай.
— Кто это? — услышала вопрос и перевела своё внимание на Клима. Он возвышался надо мной на целую голову. Холодный взгляд лишь подтверждал то, что ему ничего не стоит сравнять это место с землёй. Как он и обещал. И Сергей может попасть под эту гребёнку.
— Никто, — отрицательно покачала головой, давая понять, что не собираюсь обсуждать с ним ничего из того, что не должно его касаться.
— Никто возвращается за тобой? — Клим мягко обхватил мой локоть и потянул меня к себе. Снова. Так близко.
Убрал меня с дороги, и наши ноги утонули в высокой траве. Это неправильно, но я позволила его руке снова лечь на мою талию. Не для себя. Для Сергея, который с каждой секундой был ближе.
— Тебе решать, Кира, — голос Клима проносится над моей головой, — и жизнь твоего хахаля в твоих руках, милая.
Конечно... мне не нужно было объяснять два раза. Я и так прекрасно поняла, что он имел в виду. Задрав голову, я перехватила его взгляд. Его глаза сейчас были цвета неба: такие же сочные. Завораживающие. Единственное, что не давало в них увязнуть — лукавство. Ему доставляло удовольствие моё замешательство. Мой страх и гнев вызывали в нём неподдельную радость. Я бы даже сказала: упоение.
Когда автомобиль Сергея поравнялся с нами, мои пальцы невольно дрогнули. Напряглись, крепче прижимаясь к горячей мужской груди. Его — тоже. Я почувствовала давление в области локтя. А его ладонь по-хозяйски спустилась на поясницу.
Развернувшись к затормозившей машине, я перевела своё внимание на водителя.
— Всё в порядке? — Сергей слегка наклонился, высовываясь в окно. Его глаза просканировали Клима, а затем вернулись ко мне.
— Да, — я кивнула для убедительности. Мои ноги буквально вросли в землю. Ком в горле разрастался, и я едва не начала давиться от нехватки воздуха.
Только после моего исчерпывающего ответа, взгляд Сергея снова нашёл Клима. Это молчаливое противостояние мужских глаз заставляло мой пульс ускоряться до той скорости, что мне смело можно было предсказывать тахикардию. Пульсация в горле усиливалась, а моё состояние вполне можно было назвать предобморочным.
— Вечером мы с Алексеем привезём молоко, — не глядя на меня произнёс
