Капитан проигравшей команды, назовем его X., забыл, что КВН игра. Он перепутал. Ему показалось, что все, чем он занимается в некавеэновское время, — игра, игрушки, так сказать, а КВН — это вам (нам) не игрушки, это работа.
Дальше события развивались так.
Капитан подошел к жюри и пожаловался. Последовал ответ, на редкость далекий от норм юриспруденции: «А, бросьте, подумаешь, в следующий раз выиграете — жизнь не кончается, КВН — тоже, да еще и не известно, не попало ли вам самим в суматохе лишнее очко…»
Капитан остался недоволен. Кликнув своих молодцов, на следующий день он отправился в молодежную редакцию. А там все заняты и все бегают и потому ответили еще короче: «Что делать? В следующий раз выиграете».
Капитан остался недоволен. Кликнув молодцов, он отправился к высшему телевизионному начальству. Начальство сказало…
Капитан остался недоволен. Говорят, что руководство и общественность его института к этому времени успели лишить капитана стипендии, а членов команды выселить из общежития; ректор же срочно выехал в министерство.
И капитан пошел в редакцию «Комсомольской правды». Но не в отдел игр (потому что — вы сами понимаете — это была уже не игра), он пошел в самый серьезный отдел. А сотрудники самого серьезного отдела сказали…
Капитан остался недоволен, он пошел к главному редактору. А главный редактор…
Капитан остался недоволен, он пошел в Президиум Верховного Совета, а там…
Когда я пишу эти строки, капитан X. выехал на Генеральную Ассамблею ООН, в Нью-Йорк. Он попросил мистера У Тана оставить ему полчаса для оглашения домашнего задания по написанию жалобы на жюри. В этой жалобе он собирается потребовать введения войск ООН в нашу ложу.
Вот, дорогие читатели, что случилось с человеком, который забыл, что КВН — игра!
Что до меня, то я считаю идеальным случаем единения жюри с соревнующимися командами ту знаменитую передачу «Аэропорт КВН», по поводу которой Реж-62 и Реж-65 вели спор.
Один из конкурсов этой передачи заключался в том, что по два человека от каждой команды — капитан и художник — должны были отправиться на машинах в аэропорт Внуково, там пересесть в реактивный лайнер ТУ-104, перелететь в нем в Ленинград, выполнив в воздухе задание, которое было заключено в конверте. Конверт имелся у прикомандированного к участникам члена жюри. Им и был я.
Это было стремительное и прекрасное путешествие.
На высоте десять тысяч метров в присутствии членов экипажа и пассажиров мы вскрыли конверт и прочли задание. Надо было за время полета изготовить художественный репортаж — отчет о путешествии и показать его телезрителям из Ленинграда во время следующей передачи (ею оказался. «Голубой огонек», передававшийся вслед за КВН).
Ребята работали напряженно и весело. Впрочем, я заметил, что художник одной из команд вытащил из кармана маленькие эскизы — шпаргалки. (Если бы я не был рядом с ним, я никогда бы этого не узнал). Пришлось учесть это обстоятельство.
В Ленинграде в аэропорту нас встретил живой Петр I на живом коне. Он задал командам несколько вопросов, прежде чем пустить их в свой знаменитый город. Вопросы были об истории и архитектуре этого города. Мне пришлось неожиданно вступить в разговор с «его величеством», то есть стать на какое-то время участником объединенной команды Москвы. Телекамеры показали нашу встречу.
Стремительный проезд на машинах по предновогоднему Ленинграду, и мы в студии Ленинградского телецентра.
Наше появление стало гвоздем «Огонька».
Мы подружились во время путешествия. Мы чувствовали себя одной командой, и никому и в голову не пришло усомниться в правильности моей оценки сделанных в воздухе рисунков, хотя полученное количество очков и определяло общий итог соревнований.
Это была прекрасная игра, точно пришедшая из книг Гайдара. Это был театр жизни, и мы радостно жили в предложенных нам обстоятельствах. И чувствовали себя так хорошо, что нас похвалил бы сам Станиславский!
Итак, что же я думаю о работе жюри?
Я думаю, что есть одно непреложное качество, без которого даже самый прекрасный специалист не может занять место за его столом, где бы КВН ни проводился — в Телетеатре или в небольшом кафе.
Это должен быть человек легкого характера, не только предрасположенный к юмору, но такой, в котором не умерло детство.
Он должен кратко, остроумно и изящно излагать свои мысли по поводу конкурса и никогда не ограничиваться лишь сообщением количества очков.
Он должен быть готов к любой неожиданности и к импровизации.
Его профессия должна мягко и неназойливо проявляться в том, что он говорит.
Я думаю также, что председатель жюри необходим, иначе мы, как люди вежливые, начнем уступать друг другу право судить тот или иной конкурс, а драгоценные секунды уйдут.
Вот так.
Ведущие. Мы предупреждали вас, дорогие друзья, что противоречия будут подстерегать вас на каждой или почти на каждой странице этой книги. Вот и сейчас, стоило чуть дольше положенного задержаться в ложе жюри, как на нас нацелилось сразу несколько разных точек зрения. Жюри — представители зрителей. Они не должны знать ничего заранее! Жюри — представители авторов — они обязаны все знать заранее! В жюри все равны! Ну, уж нет, иначе возникнут еще одни соревнования! Пусть жюри будет организовано по принципу демократического централизма! Сколько голов, столько умов… И пусть жюри спорит, а пока… Пока мы познакомим вас с мечтами Марата Гюльбекяна, редактора.
Глава X
МЕЧТЫ РЕДАКТОРА, ИЛИ ЗДОРОВЫЙ КВН!
Вы, конечно, любите помечтать? Я тоже, тем более что, как показала статистика, за последнее время мечты почти все чаще и чаще сбываются. Давайте помечтаем вместе. Закроем глаза. Вот так. И представим, что сегодня 15 сентября 1975 года — воскресенье. Его мы с вами решили провести в одном из больших городов страны, ну, скажем, в Веселовске.
Наш ультраскорый электропоезд подлетает к городу Веселовску. Мы сидим в удобных, мягких, вращающихся креслах. Перед нами у выдвижного столика вмонтировано небольшое световое табло с микрофончиком.
Чу! Табло засветилось: «Внимание! Уважаемые пассажиры! Вам забронирован двухместный комфортабельный номер… Угадайте, в какой гостинице? Знаете ли вы гостиницы нашего города?» — «В гостинице „Турист“», — выпалил я. «Неправильный ответ, с вас штраф», — строго заявило табло. «В самой веселой гостинице города», — спокойно ответил мой сосед.
«За остроумный ответ вы получите свободное такси. Правильный ответ — в гостинице „Смехотрон“. Напоминаем, не забудьте оставить свои вещи. Не беспокойтесь и не утруждайте себя. Они будут доставлены в гостиницу к вашему приезду».
Мы сошли на перрон и огляделись. Здание вокзала было выполнено в форме вопроса. Не успели мы появиться на привокзальной площади, как многочисленные радиодинамики, расположенные вокруг, разразились гомерическим хохотом. Как и все, мы невольно засмеялись.
В гостинице нас приветливо встретил портье и, протягивая нам ключи от номера, спросил: «Угадайте, какой ваш номер?» — «Двадцать пятый», — поспешил мой сосед. «Ай-яй-яй, молодой человек, ни капли находчивости». — «Сорок шестой», — осторожно ответил я, сам не понимая, из каких соображений. — «Нет, не отгадали, сорок второй. Возьмите, а жаль, мы могли бы угостить вас прямо в номере нашим фирменным завтраком».
После кратковременного отдыха в комфортабельном отеле мы отправились знакомиться с городом.
Первое, что сразу же бросилось в глаза, — это удивительное веселье, царившее на каждой улице и площади города. Вскоре мы поняли, в чем дело.
Оказывается, в городе господствует «вирус» КВН. Во всех кинотеатрах демонстрируются телевизионные передачи соревнований КВН, начиная с 1961 года.
В драматических театрах известные актеры проводят театральную викторину между левыми и правыми рядами зрительных задов. А в Большом оперном театре уже который месяц не сходит со сцены премьера оперы «КАВЭНиана» композитора Ю. Саульского. Но больше всего нас поразили магазины. В продовольственных и промтоварных вас одаривали любой вещью, для этого нужно было всего лишь ответить на несколько вопросов, касающихся выбранного предмета.
Ну, скажем, вы хотите купить свежую белугу. Вам предлагается ответить на следующие вопросы: «Где и в каких водах водится эта рыба?», «Откуда произошло выражение „реветь белугой“?» и т. д.
В общем КВН и его разновидности господствовали везде и во всем.
Порядком уставшие и утомленные от остроумия и находчивости жителей Веселовска, мы покидали этот удивительный город.
