Барбара засмеялась и обхватила Патрицию за талию.
— Твоя беда, Патриция Фэрчайлд, состоит в том, что в детстве ты была лишена развлечений. Ты все время вела слишком праведный образ жизни.
Патриция скептически усмехнулась.
— Неужели эти мудрые слова исходят из уст женщины, которая не снимает с головы платка только потому, что у нее слишком коротко острижены волосы?
Барбара скорчила забавную гримаску, и на ее щеках снова появились ямочки.
— Должна признаться, я вела себя очень глупо. Я понимаю, почему все обращались со мной как с ребенком. Больше ни за что не надену этот отвратительный красный платок!
— Тогда я не против отправиться с тобой в путешествие, — насмешливо сказала Патриция.
Барбара с чувством сжала ее руку и радостно засмеялась.
— Надо поторопиться, иначе можно опоздать.
Глава 20
— Если мистер Стивен узнает о том, что я сделал, мне от него крепко достанется, — пожаловался Абрахам, когда они приблизились к пристани.
Барбара сморщила маленький носик.
— Это сущая ерунда, Абрахам. Ты прекрасно знаешь, что Керкленды не секут своих невольников. Томас говорил, что они выступают за освобождение всех рабов в Виргинии.
— Но если он меня не высечет, то отправит на плантацию. Что тогда делать? Старый мистер Керкленд всегда заботился обо мне.
— Абрахам, ты и впрямь веришь, что хозяева могут послать тебя в деревню? — раздраженно спросила Барбара. — Не беспокойся. Мадам Фэрчайлд им оставила записку, в которой все объясняет. Разумеется, они не станут тебя наказывать за нашу провинность.
Девушки ступили на причал. Абрахам протянул Патриции две сумки с одеждой.
— Будьте осторожны, — предупредил он. — Двум хорошеньким белым леди небезопасно находиться одним на пристани.
— Мы сейчас же идем на корабль. Смотри, вот он, — уверенно сказала Барбара, указывая на «Либерти», пришвартованный по соседству. — Теперь тебе лучше исчезнуть, Абрахам, и спасибо за помощь.
Патриция проводила взглядом отплывающую лодку, которая быстро исчезла в ночи, и почувствовала, как внутри у нее все затрепетало.
— Не думаю, что следует торчать на причале. Кто-нибудь может нас увидеть, — прошептала Барбара.
— Почему ты говоришь шепотом? Вокруг ни души, — спросила Патриция, тревожно оглядывая пустынную пристань.
— Давай подойдем поближе к кораблю. Вероятно, Дэниел нас ждет, — тихо сказала Барбара.
Обе женщины с опаской приблизились к «Либерти». На борту не было заметно никакого движения. Они спрятались за ящики, приготовленные к погрузке.
— Где же Дэниел? — поинтересовалась Барбара после продолжительной паузы. — Прошло уже почти полчаса.
— А зачем нам его ждать? — спросила Патриция. — Мы можем сами легко проникнуть на борт. Я наблюдала за вахтенным. Сейчас он ушел в другой конец корабля.
— Думаешь, стоит попытаться? — прошептала Барбара с сомнением в голосе. — Давай еще подождем. Я не хочу, чтобы нас поймали.
— Если мы сейчас же не поднимемся на корабль, вскоре на палубе соберется вся команда. Близится время отплытия.
— Хорошо, но постарайся не шуметь, — предостерегла Барбара.
— Почему бы нам не подняться прямо по трапу, как это делают все матросы? — предложила Патриция. — Сейчас так темно, что невозможно ничего различить. Давай шевелись, если решили идти.
— Думаю, нам не надо держаться за руки, — сказала Патриция, отцепившись от Барбары. — Часовому это может показаться странным.
Барбара захихикала.
— Не смеши меня, Патриция.
Она затряслась, стараясь сдержать смех. Патриция чуть было тоже не расхохоталась. Она попыталась зажать Барбаре рот ладонью, когда они ступили на палубу, но смех вырвался из горла девушки.
— Стой! Кто идет? — окликнул вахтенный, приближаясь.
— О нет! — застонала Патриция. — Что нам теперь делать?
— Это я, Дэниел, — ответила Барбара низким голосом, подражая юнге. — Я помогаю дамам отнести багаж. Капитан хочет устроить их внизу, прежде чем мы отплывем.
Матрос пытался их разглядеть в тусклом свете.
— Где ты, Дэниел? Я тебя не вижу. — Внезапное появление на пристани кареты привлекло его внимание. — Ладно, поскорее проводи их вниз, потому что сейчас появится капитан.
— Благодарю, приятель! — крикнула Барбара. Они поспешили скрыться, прежде чем матрос подошел к борту.
— Куда нам теперь идти? — прошептала Патриция.
— Пойдем пока в каюту Тома. Он будет занят на палубе до отплытия, — предложила Барбара.
— Думаю, в трюме будет безопаснее.
Барбара покачала головой.
— Я не хочу спускаться вниз. Знаешь, мы можем спрятаться в одном из баркасов.
Услышав звук приближающихся шагов, Патриция схватила Барбару за руку.
— Пожалуй, нам лучше поскорее отсюда убраться.
В панике они нырнули в каюту Тома Сазерленда. В комнатке было темно, и девушки забились в угол. Они поняли, что их план рухнул, когда дверь резко открылась и в каюту проникла полоска света от висящего в проходе фонаря. Томас Сазерленд подошел к койке и бросил на нее мешок со своими вещами. К счастью девушек, он тотчас удалился, закрыв за собой дверь, и каюта снова погрузилась во мрак.
— Слава Богу! — воскликнула Барбара. — О Патриция, нам все удалось!
— Мы еще не отплыли, — предостерегла ее Патриция.
— Да, но я уверена, теперь все будет хорошо, — восторженно сказала Барбара.
Вскоре девушки привыкли к темноте. Судя по звукам, доносившимся сверху, судно готовилось к отплытию. Наконец послышался скрежет выбираемого тяжелого якоря. А когда корабль, подгоняемый попутным ветром, вышел в открытое море, усталые Патриция и Барбара погрузились в сон.
Длинные ресницы Патриции затрепетали, прежде чем она наконец с усилием открыла глаза. Ее взгляд остановился на черных сапогах, потом проследовал выше, к мускулистым икрам и черным панталонам, плотно облегающим крепкие бедра. С недобрым предчувствием она подняла глаза и встретилась с парой других, синих и потемневших от гнева.
Патриция села и удивленно огляделась. В памяти всплыли события минувшей ночи. Барбара все еще спала рядом с ней на полу каюты, хотя сквозь иллюминатор уже пробивался тусклый дневной свет. Патриция увидела также Тома, стоящего рядом с озадаченным выражением лица. Он был явно смущен, чего нельзя было сказать о Стивене.
Атмосфера каюты, казалось, накалилась от его неистовой ярости. Все прежние вспышки его гнева, свидетелем которых была Патриция, казались лишь слабым подобием того, что она наблюдала сейчас. Стивен протянул к ней руку и дернул так, что она упала на колени. Патриция инстинктивно съежилась, уверенная, что, будь она мужчиной, Стивен не колеблясь ударил бы ее.
