пожалуй, посмотрю. Взгляну хоть на свой новый бизнес.
— О! — девушка просветлела, — а можно с тобой?
— Я быстро, — я отрицательно мотнул головой, — оставайся в библиотеке и продолжай работать над тем, что я поручил тебе.
— Но мы давно никуда не выбирались! — она захлопала большими глазами.
О предки… Тома-тома… Она говорит так, будто мы с ней пара. Хотя я всегда держу дистанцию и соблюдаю личные границы. Девочка же, вечно стремиться их нарушить.
— Сосредоточься на работе, — я поднялся со своего места из-за большого стола.
Тома же работала, лежа на широкой кушетке. В основном она перебирала свитки и время от времени потягивала апельсиновый сок, из стаканчика на лакированном журнальном столике.
— То что ты делаешь, — я направился к выходу, — очень важно сейчас.
— Да-да, — Тома грустно потупила взгляд, — я помню, свитки по снологии, все дела. Их нужно просмотреть как можно больше.
— Я куплю тебе мороженое, — улыбнулся я.
— Клубничное, — девушка поджала губки.
Насколько я знал, серверная которая перешла мне в собственность после дуэли приносила прибыль в основном за счет сдачи в аренду этих самых серверных мощностей.
Неплохой такой пассивный доход. Она представляла из себя цокольный этаж полный оборудования и двух или трех сотрудников из простолюдинов, которые работали посменно и обслуживали технику.
Серверная располагалась в одном из небольших офисных зданий, что стояли вблизи городского центра.
На чистом синем небе горело жаркое солнце. Время подходило к двум часам дня, и светило уже забралось достаточно высоко. Было жарко, и очень не хватало свежего летнего ветерка. В городе же, где всюду раскаленный камень, температура ощущалась еще более высокой.
Я подъехал к зданию офиса, который высился между каким-то местным банком и маленьким трехэтажным торговым центром.
Проблемы начались почти сразу же, потому что подъезжая, я увидел большую грузовую газель, в которую неизвестные грузили аппаратуру, подозрительно напоминающая компьютерное оборудование.
При этом я знал, что в этом офисном здании не было никого, кто бы занимался бизнесом, хоть как-то связанным с компьютерной техникой.
Подъехав к машине так близко, что перегородил рабочим подход к открытому кузову, я вышел.
— Извините, господин, — проговорил один из грузчиков, — вы не могли бы отъехать, у нас тут, как видите, — он указал на своих коллег, которые вытягивали из здания стеллажи, мебель и технику, — работа!
По недовольному лицу работяги было видно, что он очень хотел бы мне нагрубить, но дорогая машина (хоть и не в лучшем состоянии сейчас, после частичного ремонта), а также проводник на поясе, тут же охладили его спесь.
— Нет. Не мог бы.
— Это почему же? — выпучил глаза рабочий.
— Руки прочь от моего имущества, — холодно сказал я.
Работяга же открыл еще и рот. Его товарищи стали растерянно переглядываться.
— Как это ваше? Его Высочество княжич Сикорский, — сглотнул рабочий, — это он заказчик работ. Мы не думали…
— Старший где? — строго спросил я.
Грузчик пожамкал пересохшими губами, потом ответил:
— Внутри он, и человек Его Высочества. Следят за демонтажом серверной.
— Отлично. Я переговорю с ними, а вы разгружайте машину.
Теперь глаза округлились у всех грузчиков. А тот, с которым я разговаривал даже растерялся.
— Как это, разгружать-то? У нас же другая работа.
— Разгружай-разгружай, — ухмыльнулся я, — Его Высочество за все платит.
— Ну… ну ладно, — глаза грузчика испуганно забегали, — просто, — он несмело посмотрел на меня, — как бы нам ни попало за это.
— Да что ты съежился-то? — кивнул я ему, — расправь плечи. Я понимаю, что вы лишь исполнители и не трону вас. Разгружайте и ничего не бойтесь. А я пока что переговорю с вашим начальством.
Работники переглянулись еще раз, и несмело, но все же принялись освобождать кузов. Я же пошел внутрь. Войдя в широкий холл быстро нашел лестницу вниз, на цокольный этаж, а там и помещение серверной. Дверь была раскрыта, а внутри что-то буйно обсуждалось.
— Вы все обесточили! — кричал худощавый парень в мешковатых брюках и такой же просторной футболке, — каждая минута, пока серверная не работает, мы теряем деньги!
— А вместе с тем, — вмешалась низкорослая и пухленькая девочка в джинсах и клетчатой рубашке на черный топ, — мы теряем нашу зарплату!
— Если будешь возникать, — ответил ей высокий молодой дворянин, одетый в темные брюки и белую рубашку с подкатанными рукавами, — вылетишь отсюда, как пробка из бутылки! Твоего приятеля-дрыща это тоже касается!
— Но господин Сикорский теряет деньги! — не отступала девушка.
— Господин Сикорский в курсе.
— Возвращайте все на места, — вошел я, а за мной группа из трех грузчиков. Те протиснулись вперед и стали расставлять аппаратуру туда, где была.
Худощавый парень и девушка удивленно округлили глаза. Молодой дворянин и простолюдин, видимо, прораб: усатый мужик в клетчатой рубашке и кепке, изумленно смотрели на происходящее.
— Какого хера? — изумился дворянин, — че за черт?!
Он приблизился к одному из грузчиков, и схватил за руку.
— Ты отупе… — не успел он закончить.
— Руки, — наставил я на него свой проводник.
— Что? Да кто ты такой? — высокомерно выпятил он грудь, но руку все же опустил и отступил.
— Продолжайте, ребята, — обернулся я к рабочим.
Грузчики несмело принялись за дело.
— Простите, господин, — приблизился усач, — а что происходит-то?
— Грабеж, вот что происходит! — Сморщился молодой дворянин, — ты кто такой, что вмешиваешься в наши дела?
— Просто я устраняю недоразумение, — обратился я к усатому, заигнорив мелкую сошку, — меня тут грабят, а я защищаю свою собственность.
— Грабят?! — дрогнул голос усача, — как это, грабят? Мы, что ли, грабим?
— Вы исполнители, по приказу Сикорского. А я, — я извлек из кармана джинсов смартфон, — собственник этого имущества. И честно выиграл его в дуэли.
Протянув телефон экраном вперед, я показал уведомление и приложенные к нему электронные документы о переходе собственности усатому. Тот полминуты хмурился и всматривался в экран. Забавно пыхтел.
— И правда, — сглотнул он, — переход права совершился. Шевелись ребята! — прикрикнул он на грузчиков, — разгружайте быстрее и уходим. Нам не нужны проблемы с законом.
Грузчики посмотрели на начальника, переглянулись и принялись за работу смелее.
—
