петиции, поданной на имя короля 13 января 1487 г.[619]
На основании этих данных поименно был установлен 191 участник битвы при Босворте (Таблица 14). Как и ранее, для реконструкции биографических данных, помимо указанных источников, использовались сведения, содержащиеся в сборниках официальных документов канцелярии и казначейства (Patent Rolls, Fine Rolls).
Почти 15 % установленных лиц составляют представители титулованной знати, и большинство из них сражались на стороне Ричарда III. Продолжатель Кройленда сообщает, что король разделил войско на три баталии. Д. Рамсей предположил, что сам король командовал центром, герцог Норфолк — левым флангом, а граф Нортамберленд — правым[620]. По мнению П. Хэммонда, герцог Норфолк возглавлял авангард, растянутый на 1500 ярдов (1,371 км), слева укрепленный отрядом графа Нортамберленда, тогда как сам Ричард III находился на холме позади них[621].
Шесть лордов до конца исполнили свой долг перед королем, либо погибнув вместе с ним на поле боя (Джон Говард герцог Норфолк, Уолтер Деверьё барон Феррерс), либо продолжив борьбу после восшествия Генриха VII на трон (Джон де ла Поль граф Линкольн, Фрэнсис виконт Ловелл, Джон барон Скроуп Болтон, Томас барон Скроуп Мэшэм).
Другие лорды сохраняли лояльность Ричарду III и сражались за него, но после поражения признали новый режим (Томас Говард граф Сарри, Уильям Беркли граф Ноттингем, Эдмунд Грей граф Кент, Ральф Невилль граф Уэстморленд, Джордж Тэлбот граф Шрусбери, Джон Туше барон Одли, Джон барон Грей Поуис, Генри барон Грей Коднор, Томас барон Дакр, Джон барон де ла Зош, Томас Фицалан барон Малтреверс, Ричард барон Фицхью, Ральф барон Грейсток, Джордж барон Ламли, Оуэн барон Огль, Джон Буршье барон Феррерс Гроби).
Некоторые из них (бароны Грей Коднор и Грейсток) и раньше, в 1461 г., также признали переход власти от Ланкастеров к Йоркам, хотя до того поддерживали первых. Отец Томаса Дакра, Хамфри барон Дакр, был ланкастерцем, но примирился с Эдуардом IV и был восстановлен в правах в 1473 г.
Поведение одного из высокопоставленных сторонников Ричарда III граничит с предательством: речь идет о Генри Перси графе Нортамберленде, своим бездействием в битве способствовавшем поражению короля. Некоторые исследователи усматривают в этом не только политические, но и личные мотивы: в 1460-е годы Генри Перси и Генри Тюдор были воспитанниками Уильяма барона Герберта и жили в его доме (Генри Перси женился на дочери барона Герберта); возможно, это подростковое товарищество могло повлиять на поведение графа Нортамберленда в битве[622].
Из представителей знати сторонниками Генри Тюдора были один граф (вторым был сам Генри Тюдор граф Ричмонд) и один барон, поведение которых обусловлено их родственными связями. Согласно описанию боевого построения армии Генри Тюдора, которое дает Полидор Вергилий, в центре командовал лучниками Джон де Вер 13-й граф Оксфорд (на правом фланге находился сэр Гилберт Тэлбот, на левом — сэр Джон Сэвэдж, а сам граф Ричмонд расположился позади них)[623]. Его отец, 12-й граф Оксфорд, и старший брат были казнены Эдуардом IV за участие в заговоре в 1462 г.[624] Самого 13-го графа Оксфорда в 1468 г. также обвинили в заговоре против короля, но в 1469 г. он получил «генеральное прощение»[625]. Вероятнее всего, его освобождению способствовал Ричард Невилль граф Уорик, на чьей сестре Маргарет Джон де Вер был женат. Об этом свидетельствует поддержка, которую в последующие годы граф Оксфорд оказывал своему шурину.
В июле 1469 г., накануне вооруженного конфликта с Вудвиллями, он в Сэндвиче присоединился к графу Уорику[626] и затем присутствовал 11 июля в Кале на свадьбе его дочери Изабели и герцога Кларенса, которая не была одобрена Эдуардом IV[627]. В мае 1470 г. граф Оксфорд присоединился к графу Уорику во Франции[628], а затем в сентябре вместе с ним вернулся в Англию[629]. 14 апреля 1471 г. граф командовал флангом армии ланкастерцев в битве при Барнете, но бежал из нее[630], став одним из наиболее титулованных английских эмигрантов. В 1473 г. граф Оксфорд с братьями захватили замок на горе Святого Михаила в Корнуолле, но в 1474 г. он сдался йоркистским командующим, был лишен парламентом всех имущественных прав[631] и отправлен в заключение в Кале. Однако в декабре 1484 г. графу Оксфорду удалось бежать из тюрьмы, после чего он присоединился во Франции к Генри Тюдору и стал одним из наиболее опытных его командиров.
Другим знатным сторонником графа Ричмонда стал Томас барон Стэнли, третий муж Маргарет Бофор. Именно его предательство на поле Босворта привело к гибели Ричарда III и победе Тюдора, о чем хорошо известно из источников. Именно матримониальная связь должна была выступать главным мотивом подобного поведения лорда (хотя следует отметить, что и при предыдущих монархах барон Стэнли не отличался большой щепетильностью в выборе средств).
Подавляющее большинство (более 70 %) известных нам участников битвы были рыцарями. К сожалению, о 77 из 108 рыцарей-йоркистов нет никакой информации. Среди оставшихся 31 выделяются те, кто занимал различные должности в центральном аппарате управления, при дворе или в графствах, имел личные связи с Ричардом III или другими известными представителями политической элиты.
К высшему эшелону последней относились следующие лица: сэр Роберт Брэкенбери из Дарема, шериф Кента в 1484 г.[632], констебль Тауэра в 1483–1485 гг.[633], член Королевского Совета в 1483–1485 гг.[634], вице-адмирал в 1484 г.[635]; сэр Уильям Кэтсби, канцлер казначейства в 1483 г. и член Королевского Совета в 1483–1485 гг.[636]; сэр Томас Монтгомери из Эссекса, племянник барона Садели, один из королевских телохранителей с 1461 г.[637], член Королевского Совета с 1475 г.[638]; сэр Ральф Эштон из Ланкашира, вице-констебль в 1483–1485 гг.; сэр Роберт Перси из Йоркшира, контролер королевского домохозяйства и личный друг Ричарда III еще со времен их общего воспитания в замке Миддлхэм[639]; сэр Ричард Рэтклиф из Йоркшира, член Королевского Совета Ричарда III[640]. К их числу можно отнести и Джона Кендэла, секретаря Ричарда III, хотя он и не был посвящен в рыцари.
Большинство из этих лиц разделили со своим сеньором-королем участь на Босвортском поле или были преданы смерти вскоре после битвы. Лишь сэр Томас Монтгомери примирился с новым режимом и продолжал заседать в Королевском Совете уже при Генрихе VII[641]. В отличие от лордов, обладавших самостоятельным политическим значением, эти рыцари должны были понимать, что падение Ричарда III неизбежно приведет и к их личному краху, поэтому не собирались идти на компромисс.
Отдельную группу составляют представители региональных элит, в разные годы занимавшие должности шерифов: сэр Роджер Уэйк, зять сэра Уильяма
