крупиц тепла. Выдохнула облачко пара и задумчиво посмотрела, как оно тает в воздухе.
Всокре клубы тумана поглотила чернота. Бессознательно потёрла холодные ладони в попытке согреться и шмыгнула носом. Разогнать бы росистую морозь чарами, отогнать от себя ледяную стену, да никак — словно иссякли все силы разом. Осталось только противное липкое чувство, которое преследовало меня с тех самых пор, как в спешке покинула захудалый арильский городок, и вот наконец — настигло.
Неужели я о столь многом грезила? Небольшая лавка с травами, тихое местечко, где зима не длится большую часть года, пушистая мурлыка, встречающая посетителей и... свобода — вот и весь предел мечтаний. Но, видимо, есть на свете вещи, которым не суждено сбыться.
Закрыла глаза, возвращаясь в далёкие дни детской поры. С точностью до мелочей вспомнила задний двор графа, где матушка проводила большую часть времени, помогая по хозяйству. Там вечно сновали рабочие и гордо расхаживали домашние птицы, которым была доступна эта вольность, в отличие от дойных коров и розовощёких поросят. И если прислуги графа меня изредка поругивала только ключница, переживавшая, что лишний рот прозябает в праздности, то недовольные гуси практически каждый день норовили ущипнуть визжащую девчонку за мягкое место, при этом грозно шипя и нахохливаясь. Правда, после того, как мне исполнилось пять лет и проявились первые признаки чародейского дара, моих извечных противников пару раз охаживал хворостиной, чтобы не донимали, дворовой дядька — Кулиш, приставленный самим графом.
С тех пор и питаться мы стали лучше, и залатанная одежда куда-то потихоньку исчезла. Как же я радовалась! Думала, что добрый владелец особняка пожаловал матушке большую плату, и теперь мы ни в чём не будем нуждаться. Каково же было узнать горькую правду.
Когда мама была совсем плоха, она подозвала меня и рассказала всё как есть — без утайки.
— Услуга за услугу, милая. — Произнесла матушка так спокойно, словно речь шла о вещи, имевшей небольшую ценность. — Граф дал нам кров и еду, а мы обязаны ему многим больше. Так будет лучше, поверь.
Как бы долго я спорила с ней и отчаянно плакала, доказывая всю несправедливость этого решения, если бы не знала, что мама тяжело больна.
Слепо протянула руку вперёд, словно можно было сквозь время коснуться её бледного лица, на котором бездонным болотным омутом лихорадочно сияли глаза. Тонкие губы плотно сомкнуты, сдерживая внутренний стон, рвущийся из груди. Испарина выступает на обветрившейся коже. Платок как обычно покрывает густые волосы, скрывая их от взглядов любопытных мужчин.
Если бы ты знала, матушка, что это наш последний разговор, сказала бы ты больше несмышлёному ребёнку?
До крови прикусила губу, пытаясь вернуться в настоящее.
— Ведина! Ведина!
Мужской голос, неожиданно разорвавший тишину, пропал, а затем в ночи раздалось душераздирающее покашливание.
— Чёртова мошкара! Я, кажется, комара проглотил.
— А я говорила, что горланить бессмысленно, — деловито заявила Изи. — Проще мне перекинуться и с высоты посмотреть.
— Я разочарую тебя, любимая, напомнив, что пока что из пернатых ты можешь перекидываться только в канарейку, а не в орла?
— Предлагаю вернуться и отыскать того демона, с которым она танцевала. Зуб даю, что без их огненного племени тут не обошлось. Подловим его и разговорим. — Воинственно произнесла Нуала.
— Сомневаюсь, что это верное решение. — Спокойно возразил северянин. — Если Изабелла описала его достаточно точно, то он смахивает на высшего демона. А потому угрожать ему как-либо неразумно.
Очнувшись, от накативших удушливой волной воспоминаний, поспешно бросилась в сторону говоривших. Запутавшись в витиеватых дорожках, ломанулась прямиком через кусты и, призывно размахивая руками, закричала, надеясь, что буду услышана (почему-то придумывать отговорки в случае, если они укокошат огненноволосого, вовсе не хотелось).
— Ребята, я здесь!
Прикрывая рукою глаза, выбралась на широкую тропинку, обсыпанную мелким гравием, и попыталась стряхнуть с себя многочисленные веточки и листочки. Тьфу и ещё раз тьфу! И как только травоядные едят эту гадость?
— Изи, Демиан! Идите сюда — мы её нашли. — Воскликнула Нуала и вместе с Мейрионом встревоженно подбежала ко мне.
Вскоре рядом появилась запыхавшаяся парочка вампиров.
— Если ты хотела поиграть в прятки, снежинка, то, уф, надо хотя бы разобраться в том, кто водит. А уже потом прикидываться лешим и организовывать засады в кустах. — Улыбнувшись, проворчал инкуб.
— Я не хотела вас пугать, простите. — Попыталась вытащить из красных локонов удивительно цепкую веточку. Изабелла тут же поспешила мне на помощь. — Просто захотелось немного подышать свежим воздухом.
— Ведина, — льдистые глаза северянина встретились с моими. — Ты чего-то недоговариваешь...
— Если это тот демон тебя обидел, — угрожающе-тихо начала говорить тёмная эльфийка, — то только скажи.
— Да нет же, вовсе нет.
Хотя и с ним было довольно странностей, но запустил эту череду семейных долгов и мрачных тайн точно не он.
Нахмурившись, посмотрела на ребят. Не пожалею ли я о том, что собираюсь сейчас сказать? Татиус ясно дал понять, что опасность следует за мной по пятам. И кто знает: не сделаю ли я своих друзей мишенью?
— Будем расценивать эту секундную заминку, как пару мгновений, во время которых ты собираешься с мыслями, снежинка. — Фыркнул Демиан, обиженный моим недоверием.
Решительно вздохнула. Одной мне не справиться с этой загадкой.
— Проще показать, чем сказать, — произнесла и вытянула ладонь.
А затем мысленно обратилась к своей внутренней магии, радостно отозвавшейся на силовой импульс. Пламенная и ледяная сферы, одинаково равные, взмыли вверх, вращаясь сначала медленно, а затем всё сильнее и сильнее — до тех пор, пока не слились воедино, образуя причудливую игру света.
Изабелла восторженно выдохнула и удивлённо посмотрела на меня.
— Как ты это делаешь? Я думала, что твоя истинная стихия — огонь, а всё остальное лишь вспомогательные элементы.
— Сама не знаю, — призналась честно. — До сегодняшнего дня силы жили словно по-отдельности, а сейчас что-то изменилось. Как будто бы рухнул невидимый барьер, разделявший их.
— Так в чём проблема? — Беспечно пожал плечами инкуб. — Октупус должен на руках качать такого сильного мага. Это ведь небывалая удача — в совершенстве овладеть двумя противоположными стихиями.
— Или проклятие, — глухим голосом произнёс Мейрион и задумчиво набросил мне на плечи тёплый камзол.
— О чём ты говоришь? — Нуала вопросительно перевела взгляд на мужчину. — Боюсь, я не настолько сильна в магии, чтобы понять, о чём сейчас идёт речь.
— Речь о запретной магии. — Ни секунды не поколебавшись ответил Мейрион.
И я задумчиво посмотрела на северянина, в очередной раз задаваясь вопросом: сколько ещё неразгаданных тайн скрыто в этом человеке? Откуда ему столько известно?
— А можно поподробнее для тех, кто не силён в вашем
