– А вы полевыми цветами. – Он зарылся губами ей в волосы.
Кензи снова подняла голову.
– Слушайте, а вы, часом, не собираетесь меня соблазнить?
– А что, если это так? – Он храбро выдержал ее взгляд.
– В таком случае могу сказать, что наполовину вам это уже удалось.
– Только наполовину? – Он до ушей расплылся в улыбке.
Между ними пробежала невидимая искра.
– Ну-у... может, чуть больше, – призналась Кензи.
– Так как?.. Сначала выпьем еще по рюмочке... найдем какое-нибудь укромное местечко и полюбуемся мумиями фараонов Двенадцатой династии?
Кензи невольно представилось его литое тело.
– О да! – хрипло откликнулась она, чувствуя, что вся горит.
– Это хорошо. Потому что больше всего мне сейчас хочется поднять тебя на руки и кое-чем заняться.
Словно сомнамбула, Кензи потянула его к себе. На ее лице появилось какое-то странное, незнакомое ему выражение.
– Ну? – мягко спросил он. – Пошли?
Колени у нее внезапно подогнулись, и Кензи почувствовала, что тонет в бездонной голубовато-зеленой глубине его глаз.
– Да! – яростно выдохнула она. – Пошли! Прочь отсюда!
Глава 17
Роль хозяина имеет свои недостатки.
А положение такого завидного жениха, как принц Карл Хайнц, порождает дополнительные трудности. Все проявляют к тебе повышенный интерес, и приходится хоть как-то за него расплачиваться.
Невозможно, например, уделять, как бы того ни хотелось, все внимание одной-единственной персоне, в данном случае Зандре. И тем не менее теперь, когда Карл Хайнц честно протанцевал с полудюжиной избранных дам, он был преисполнен решимости положить конец собственным реверансам. Так что, проводив на место Нину Фейри, Карл Хайнц извинился и, умело лавируя между танцующими парами, двинулся в сторону Зандры, которую ни на миг не упускал из виду.
– Живо! – решительно скомандовал он. – За мной!
И не успела Зандра опомниться, как он повел ее через толпу, поминутно раскланиваясь налево-направо с друзьями и знакомыми и всем своим поведением давая понять, что да, конечно, он счастлив их видеть, но в данный момент решительно не способен остановиться и поболтать. Таким образом Карл Хайнц быстро вывел Зандру из танцевальной залы и увлек прямо к выходу.
– Ищи свое пальто! – проговорил он, извлекая из нагрудного кармана крохотный мобильный телефон.
– Ты что, убегаешь с собственного приема? – воззрилась на него Зандра.
– Вот именно. Сейчас вызову водителя, а эти прилипалы пусть теперь сами развлекаются.
Он стремительно пробежался пальцами по кнопкам.
– Живее, живее, а то налетит какой-нибудь стервятник, и тогда пиши пропало.
– Ну что ж, если ты уверен... – Зандра смущенно посмотрела на него.
– Еще как уверен! – Прижав телефон к уху, Карл Хайнц зорко следил за вновь прибывающими и рано уходящими гостями.
Отыскивая среди роскошных манто свою потертую рокерскую куртку, Зандра подумала, что Дина, должно быть, будет недовольна ее исчезновением. А впрочем, вряд ли. Ее подруга слишком занята собой. А с Кензи они увидятся завтра...
Натянув куртку, Зандра подошла к Карлу Хайнцу, который уже ждал ее у двери.
– Машина сейчас будет. – Он небрежно сунул мобильный в карман и, увлекая ее наружу, сбежал вниз по широкой лестнице.
Моросящий дождь превратился в ливень, так что обоим пришлось прикрыться куртками.
Мгновение спустя они, заливаясь смехом, как школьники-прогульщики, нырнули в его «бентли».
– Ну, что это за новый клуб? – спросил Карл Хайнц водителя.
Тот посмотрел на него в зеркало заднего вида.
– Да, ваше высочество. Как только вы позвонили, я порасспрашивал других шоферов. Этот клуб называется «Дантов ад». Он в Гринич-Виллидж.
– Отлично! Поехали.
Безраздельно завладев Зандрой, Карл Хайнц позволил себе беспечно откинуться на кожаном сиденье, запах которого неизменно напоминал ему, как прекрасна и удивительна жизнь.
– Ну, наконец-то! – «Бентли» плавно влился в поток машин на Пятой авеню. Круговые движения дворников и свет фар, отражающийся на мокром асфальте, создавали впечатление, будто они плывут по широкой сверкающей реке. – А я уж было испугался, что мы вообще не останемся наедине. Как насчет того, чтобы выпить? У меня тут мини-бар...
– Пока не надо, спасибо. – Зандра ослепительно улыбнулась. – О, Хайнц, как же здорово все получилось! – Она порывисто пожала ему руку. – У меня такое ощущение, будто мы не виделись целую вечность!
– Это и правда так, – с улыбкой подтвердил он. – Ты и представить себе не можешь, как я обрадовался твоему появлению. Вот уж кого меньше всего я ожидал сегодня увидеть.
– Если ты рад, то и я рада. – Внезапно ее улыбка померкла и Зандра замолчала.
– Что-нибудь не так? – забеспокоился Карл Хайнц.
– Вспомнила о твоем отце. Это правда, что ты сказал за ужином?
– Боюсь, что да, – уныло вздохнул он. – Врачи говорят, что долго он не протянет.
– Мне очень жаль.
– К сожалению, этого можно было ожидать, – философски пожал плечами Карл Хайнц. – Ведь отец очень стар.
– Да, но... – Зандра не договорила и неуютно поежилась, чувствуя, что, как бы он ни храбрился, на самом деле ему сильно не по себе.
Как это похоже на кузена, подумала она, никогда не жалуется, не хнычет. Его выдержке можно позавидовать. По крайней мере на людях всегда готов примириться с неизбежным...
...со смертью.
Не в силах унять дрожь, Зандра выглянула в окно. Позади остался гигантский массив Центрального парка, засияла своими непристойными огнями Плаза, замелькали роскошные здания и вывески на Пятьдесят девятой улице. Зандра механически читала названия. Мягкий шорох колес на мокром асфальте был почти не слышен.
– Зандра? – послышался негромкий голос Карла Хайнца.
Она обернулась. По их лицам стремительно пробегали огоньки – отражения магазинных витрин, мелькающих словно окна встречных поездов.
– Давай забудем на сегодня об отце. Хоть по всему миру стон пройди, ему это не поможет.
Зандра набрала в грудь побольше воздуха, задержала дыхание и медленно выдохнула.
– Тут ты прав. – Она пристально посмотрела на него. – Слова Дины засели у тебя в голове, не так ли?
Он промолчал.
Зандра погладила его по руке.
– Право, Хайнц, тебе действительно пора подумать о наследстве. Пока еще не поздно.
Ее слова прозвучали так серьезно, что он не удержался от улыбки.
– Ценю твою заботу, но и с этим можно повременить хотя бы до утра. Ну ладно, хватит обо мне. – Он хлопнул в ладоши. – Давай-ка лучше о тебе потолкуем. Что, все еще разбиваешь сердца да хулиганишь, так что крестную Джозефину того и гляди хватит удар?
