Читаем без скачивания Хазарский словарь (мужская версия) - Милорад Павич

„До нас, хазар, доходит лишь часть будущего, самая твердая и неудобоваримая, с которой труднее всего справиться, так что нам приходится пробиваться сквозь него, как сквозь сильный ветер, боком. Это будущее состоит из забродивших отбросов, и оно, как болото, затягивает нас все глубже и глубже. Нам достаются только заплесневелые и обгрызенные куски, только то из будущего, чем уже попользовались, что обтрепали и изгадили, а кто получает лучшие куски при общем дележе и растаскивании будущего — мы даже не знаем…“»

Эти слова станут более понятными, если иметь в виду, что каган не допускал к власти молодое поколение, пока оно не достигало пятидесяти пяти лет, причем это правило действовало только в отношении хазар. Остальные продвигались быстрее, потому что каган, сам хазар, считал, что те, другие, не представляли для него опасности ввиду своей малочисленности. В соответствии с правилами придворной жизни, должности в хазарской администрации не росли, а уменьшались в том случае, если освобождались теми, кто занимал их раньше, какими-нибудь ровесниками кагана или инородцами. Так что когда через год-другой новому поколению пятидесятипятилетних хазар приходил черед получать государственные должности, все они бывали или заняты, или настолько теряли значение и вес, что не было никакого смысла на них соглашаться.

В хазарской столице Итиль было такое место, где два человека (это могли быть и совершенно незнакомые люди), пройдя один мимо другого, получали имя и судьбу этого другого и продолжали жить дальше, обменявшись жизненными ролями, как шапками. Среди тех, кто ждет возле этого места очереди поменяться судьбой с другим, все равно с кем, толпилось больше всего хазар.

В военной столице, которая находилась в центре наиболее населенной хазарами части страны, награды и знаки отличия всегда поровну распределялись между представителями всех групп населения: всегда одинаковое число наград доставалось и грекам, и готам, и арабам, и евреям, жившим в хазарском царстве. Это же касалось и русских, и других народов, да и самих хазар, которые награды и сопутствующие им денежные выплаты делили с другими на равные части, несмотря на то что были более многочисленны. Однако в центрах южных провинций, где были греки, или западных, где поселились евреи, или тех, что на востоке, — с персами, сарацинами и другими народами, награды и отличия присуждались только представителям этих народов, но никак не хазарам, потому что эти округи или провинции считались нехазарскими, несмотря на то что хазар там не меньше, чем остальных. Так что в своей части государства хазары делят пирог со всеми, а в остальных частях никто не дает им ни крошки.

Кроме того, хазары, как самые многочисленные, несли на себе основной груз воинской повинности, хотя среди военачальников все народы были представлены равноправно. Воинам говорили, что лишь воюющие достигают гармонии и равновесия, все же остальное вообще недостойно внимания. Итак, обязанностью хазар являлось поддерживать целостность всего государства и воевать за него, пока евреи, арабы, греки, готы и персы, жившие в Хазарии, тянули свой край одеяла на себя, а вернее, на те страны, откуда они происходили.

По вполне понятным причинам в случае военной опасности описанные отношения менялись. Хазарам предоставлялось гораздо больше свободы, на них смотрели сквозь пальцы, начинали воспевать их славные победы в прошлом, ведь они были прекрасные воины, копьем и саблей могли орудовать даже держа их ногой, рубить двумя саблями сразу, правая и левая рука у них действовали одинаково ловко, потому что обе с детства были научены воевать. Все же остальные, стоит только начаться войне, присоединялись к своим государствам: греки вместе с ромейскими войсками жгли все на своем пути и требовали воссоединения с Грецией, с христианским миром, арабы переходили на сторону нашего халифа и его флота, персы выступали за отмену обрезания. Но после окончания войны все это забывалось, те звания, которые иностранцы получали на службе у хазарских врагов, признавались действительными и для хазарской армии, а хазарам опять приходилось довольствоваться производством окрашенного хлеба.

Окрашенный хлеб — это признак положения хазар в хазарском государстве. Его производили хазары, потому что в житородных частях страны жило чисто хазарское население, Голодные районы, рядом с Кавказским горным массивом, питались окрашенным хлебом, который продавался по чисто символической цене. Неокрашенный хлеб производили тоже хазары, но его продавали только за золото. И хазары имели право покупать только этот, неокрашенный, дорогой хлеб. Если же кто-то из хазар шел на нарушение и дерзал купить дешевый, окрашенный хлеб, что было строжайше запрещено, то это могло быть установлено по его испражнениям. Существовала специальная служба типа налоговой, которая время от времени контролировала хазарские нужники и наказывала преступников. 

ЖЕЛТАЯ КНИГА

Еврейские источники о хазарском вопросе

АТЕХ

АТЕХ (VIII век) — имя хазарской принцессы, которая жила в период иудаизации хазарv. Даубманнус *** дает и еврейскую версию ее имени со значениями букв имени At'h:

На основании этих букв можно получить представление и о самой хазарской принцессе.

Aleph — первая буква ее имени — означает Верховную корону, мудрость, то есть взгляд вверх и взгляд вниз, как взгляд матери на ребенка. Поэтому Атех не нужно бьтло пробовать семя своего любовника, чтобы знать, родит она мальчика или девочку, ведь в тайне мудрости участвует все, что наверху, и все, что внизу, и она не поддается предварительному расчету. Алеф — это начало, он охватывает все другие буквы и знаменует собой начало проявления семи дней недели.

Teth — девятая буква еврейской азбуки, и ее цифровое значение обычно «9». В книге «Темунах» Teth означает Шаббат, из чего следует, что он находится под знаком планеты Сатурн и божественной передышки; кроме того, эта буква означает и невесту, если Суббота — это невеста, что вытекает из фразы в Jesch. XIV, 23; а также имеет связь с подметанием метлой, а это означает разрушение и утрату безбожности, но кроме того — является признаком силы. Принцесса Атех помогла еврейскому участнику известной хазарской полемики @, а на поясе она всегда носила череп своего любовника Мокадасы аль-Сафера **, который кормила перченой землей, поила соленой водой и в глазные отверстия его сажала васильки, чтобы он мог на том свете видеть голубой цвет.

«Не» — четвертая буква имени Бога. Она символизирует руку, мощь, сильный замах, жестокость (левая рука) и милосердие (правая), а также вьющийся виноград, посаженный на земле и прикрепленный к небу.

Принцесса Атех в хазарской полемике была очень красноречива. Она сказала: «Мысли с неба завеяли меня, как снег. Я потом едва смогла согреться и вернуться к жизни…»

Принцесса Атех помогла Исааку Сангари ***, еврейскому участнику хазарской полемики, тем, что своими доводами опровергла слова представителя ислама, и хазарский каган склонился в сторону еврейской веры. Существует мнение, что Атех писала стихи и они сохранились в «хазарских книгах», которыми пользовался Иуда Халеви ***, древнееврейский автор хроники о хазарской полемике. Согласно другим источникам, именно Атех и составила сборник, или энциклопедию, о хазарах, содержащий обширную информацию об их истории, вере, о людях, читающих сны V. Все эти сведения были собраны и распределены в циклы стихов, расположенных в алфавитном порядке, так что и полемика при дворе хазарского владыки была описана в поэтической форме. На вопрос, кто, по ее мнению, победит в споре, Атех сказала: «Когда сталкиваются два ратника, побеждает тот, кто будет дольше лечить свои раны». Как на дрожжах, рос потом «Хазарский словарь» вокруг сборника принцессы, о котором в одном из источников говорится, что он назывался «О страстях слов». Если это действительно так, принцесса Атех была первым автором этой книги, ее прасоздателем. Только в первоначальном словаре на хазарском языке еще не существовало нынешних трех книг, это был один словарь и один язык. От того, первоначального, до настоящего дошло очень немногое, столько же, сколько грусти доходит от одной собаки до другой, когда она слышит, как дети подражают лаю.

То, что каган благодаря принцессе Атех принял молитвенное покрывало и Тору, разъярило остальных участников полемики. Поэтому исламский демон в наказание сделал так, что принцесса Атех забыла свой хазарский язык и все свои стихи. Она забыла даже имя своего любовника, и единственное слово, оставшееся в ее памяти, было название плода, похожего по форме на рыбу. Но прежде чем это произошло, принцесса Атех, предчувствуя опасность, приказала собрать как можно больше попугаев, умеющих произносить человеческие слова. Для каждой статьи «Хазарского словаря» во дворец был доставлен один попугай, и каждого заставили заучить по одной статье, так что в любое время он, зная наизусть соответствующие стихи, мог воспроизвести ее. Разумеется, стихи были на хазарском языке, и попутай их на нем и декламировал. После того как хазары порвали со своей верой, хазарский язык стал стремительно исчезать, и тогда Атех выпустила на свободу всех попугаев. Она сказала: «Летите и научите других птиц этим стихам, потому что здесь их скоро никто не будет знать…» Птицы разлетелись по лесам Черноморского побережья. Там они учили своим стихам других попугаев, те учили третьих, и так пришло время, когда только попугаи знали их и говорили на хазарском языке. В XVII веке на берегах Черного моря был пойман один попугай, умевший декламировать несколько стихотворений на каком-то непонятном языке, который, по утверждению хозяина попугая, царьградского дипломата Аврама Бранковича *, был языком хазар. Он приказал одному из своих писарей постоянно записывать все, что произносит попугай, надеясь таким образом получить «попугайские стихи», то есть поэзию принцессы Атех. Вероятно, именно таким путем «попугайские стихи» и попали в «Хазарский словарь», изданный Даубманнусом…