…вещь не перестает быть истинной оттого, что она не признана многими.
Спиноза
Невежество не есть аргумент.
Спиноза
Если, наконец, у вас при чтении явится сомнение в том, что я утверждаю, то я прошу Вас не торопиться со своими возражениями, пока вы не потратите достаточно времени на размышления. При таком отношении к делу я уверен, что вам удастся насладиться желанными плодами этого дерева.
Спиноза
Настоящая наука — это порой такой драматизм и такой накал страстей, какой не под силу самому яростному спортивному состязанию. Спор, дискуссия — это диалектика самой жизни, диалектика науки.
К. В. Станюкович
…за исключением очень немногих, люди обычно не могут увидеть исторической важности нововведения, которое так непохоже на все существующее… Трудности, стоящие перед изобретателями, увеличиваются еще и потому, что такие слепцы всегда могут отыскать других слепцов, которые благодушно будут уверять первых слепцов в их непогрешимой проницательности.
Уилсон
Нельзя же отрицать истину только потому, что она лично мне не совсем приятна.
Н. Г. Чернышевский
Когда ты хочешь показать твоему собеседнику в разговоре какую-нибудь истину, то самое главное при этом не раздражаться и не сказать ни одного недоброго или обидного слова.
Эпиктет
…чем более собеседник твой заблуждается, тем важнее и желательнее, чтобы он понял и оценил то, что ты хочешь ему доказать.
Эпиктет
При философской дискуссии больше выигрывает побежденный — в том отношении, что он умножает знания.
Эпикур
…если кто будет бороться с очевидными фактами, тот никогда не сможет получить в удел истинную безмятежность.
Эпикур
Глава V
НАУКА И ЗНАНИЕ
То, что достойно существовать, — достойно быть знаемо.
Ф. БэконОБРАЗОВАНИЕ•ПРОСВЕЩЕНИЕ•ПОПУЛЯРИЗАЦИЯ•НАУКА И ИСКУССТВО
«Войти в сонм богов доступно только любителю знания». Это сказал Платон более двух тысяч лет назад. «Знание есть сила, сила есть знание!» — провозгласил Ф. Бэкон, один из тех мыслителей, именами которых отмечена поворотная веха в истории цивилизации — Возрождение.
В начале социалистической эры великий Ленин, обращаясь к молодежи, говорил, что для построения нового общества надо взять всю науку, всю культуру, накопленные на протяжении всей истории, что надо обогащать свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество.
За годы Советской власти и «субъект» и «объект» знаний коренным образом изменились. В результате грандиозной культурной революции, совершенной в нашей стране, неузнаваемо переменился человек, лавинообразно возрос объем знаний, которые необходимо усвоить, чтобы быть на уровне современного научно-технического прогресса и достижений литературы и искусства.
Приведем одно свидетельство. Известно: наша страна — страна читателей, советский человек — это человек с книгой в руках. Знаменательным событием для всех советских книголюбов был собравшийся в октябре 1974 года в Колонном зале Дома союзов учредительный съезд Всесоюзного добровольного общества любителей книги. Интересную историческую параллель провел в своей речи на съезде делегат Казахстана. «Здесь, в этом зале, — говорил он, — еще в годы тяжких испытаний гражданской войны и интервенции на всю страну прозвучал ленинский лозунг „Долой неграмотность!“. Сейчас здесь собрались представители всех народов нашей великой страны, чтобы создать Всесоюзное добровольное общество любителей книги, книголюбов, которых в нашей стране столько, сколько людей, начиная с двухлетнего младенца, первый раз протянувшего руку к книжке-картинке, к книге, ставшей затем верным спутником на всю жизнь…»
Действительно, до Октября Казахстан был одной из отсталых окраин царской России. Из тысячи мужчин только 21 мог написать свое имя. Среди женщин, за самым редким исключением, грамотных не было. По данным переписи 1897 года статистики пришли к выводу, что если условия не переменятся, то для достижения всеобщей грамотности в Средней Азии потребуется 4600 лет.
Ныне Казахстан по объему промышленной продукции занимает третье место среди союзных республик, одновременно Казахстан — один из крупнейших зерновых районов СССР и крупнейшая животноводческая база на востоке страны. Особенно возросло значение республики в сельском хозяйстве страны с освоением 25 млн. га целинных и залежных земель. В Казахстане есть Академия наук с 26 научно-исследовательскими институтами по всем ведущим отраслям естественных и общественных наук, 44 высших учебных заведения, в том числе 2 университета, 7900 библиотек с общим фондом около 70 млн. экземпляров. На каждую семью в Казахстане в настоящее время приходится 30 книг. Таких документальных иллюстраций на тему образование в СССР можно привести много. Напомним только следующие итоговые данные, которые получены в результате всесоюзных переписей 1939 и 1970 годов. По первой из них в городах среди работающих лиц со средним и высшим образованием было 24,2 %, по второй — в 1970 году — их стало 75 %, в сельском хозяйстве в 1939 году — 6,3 %, в 1970 году — более 50 %- Такова объективная, выраженная языком цифр, характеристика тех, кто ищет знаний.
Чтобы охарактеризовать объект познания, возьмем более длительный отрезок времени. Около ста лет назад О. Конт подразделял все науки на семь категорий — от математики до социологии. На протяжении столетия наука продолжала непрерывно разветвляться, выделяя многочисленные обособленные области. Этот процесс не остановился и сейчас, но вместе с ним наблюдается и обратное весьма примечательное явление: синтез наук, их интеграция.
В последние годы особенно плодотворными и перспективными оказываются отрасли знания, развивающиеся на стыке двух или нескольких наук. Так, проблемы атомного ядра охватывают вопросы физики, химии, биологии, многочисленных технических наук и т. д. Интенсивные точки роста науки наблюдаются в таких областях, как биофизика, биохимия, биоорганическая химия, молекулярная биология, химическая физика, физическая химия, математическая лингвистика и математическая логика и т. д. И вот одной из новых функций образования, просвещения, популяризации знаний является взаимная информация ученых и инженерно-технических работников о научных проблемах, достижениях и новых методах исследования, применяемых в самых разнообразных областях знания.
Синтез наук ставит новые проблемы. Еще недавно в шутку говорили: «Этот математик отказывается высказывать суждение о задачах равнобедренного треугольника, он специалист по равностороннему». Широта познаний, некогда называвшаяся энциклопедизмом, долгие годы третировалась как «дилетантизм». Но сегодня биология, например, не может развиваться без физики и химии. Ученый обязан заглядывать в сопредельные области, использовать достижения других наук. И все же, затрагивая смежную область, ученый считает своим долгом извиниться перед коллегами, даже когда речь идет о популярном произведении. Вот выдержка из предисловия Дж. Томсона — крупного английского физика, лауреата Нобелевской премии за работы в области квантовой механики — к опубликованной им в 1955 году книге «Предвидимое будущее»: «В некоторых разделах своей книги я вышел за рамки теорий, в которых я могу претендовать на какие-либо профессиональные знания. Прошу тех, в чьи заповедные угодья я вторгся, простить мне мою опрометчивость. И если отдельные трофеи, о которых я пишу, существуют только в моем воображении, то, по крайней мере, такое браконьерство не причиняет никакого ущерба законным владельцам, тогда как случайный пришелец может порой увидеть то, что является одновременно и неожиданным и реальным».
Приведем еще один документ необычайной человеческой силы и большой искренности. 1 декабря 1964 года, в день, когда в Индии скончался всемирно известный английский генетик, член Королевского общества Джон Холдейн, по телевизионной программе в Англии было передано его заявление — автонекролог.
«В очень значительной степени я был дилетантом, и это совершенно очевидно. Могу сказать, что я немного занимался почти чистой математикой и отважился даже сунуть нос в астрономию. Но я не стыжусь того, что я дилетант, ведь иногда это оказывается весьма полезным…
Если меня не забудут полностью через 100 лет, я не удивлюсь, если меня будут вспоминать за нечто такое, о чем я даже не упомянул сегодня. Возможно это будет, например, письмо в „Обсерваторию“, озаглавленное „Просто ли связаны пространство и время?“».
