Читаем без скачивания Врата «Грейвз» - Деннис Берджес

Я удержался от того, чтобы сказать ей, что с затылка она выглядит так же прекрасно. Стэнтон или любой другой, заглянув через дверь, без труда понял бы, кто она.

– У меня есть пистолет, Чарли. Я оставлю его вам. Это очень милая игрушка тридцать восьмого калибра.

– Вам он может понадобиться больше, чем мне. Здесь вокруг люди. И медсестра останется в палате на всю ночь.

– Как удобно, – сухо сказала она, – Может, лучше остаться мне? Пистолет-то у меня. – Затем ее голос смягчился. – Простите, Чарльз, у меня нет права на…

– Я тоже ревную, Адриана, каждый раз, как вы идете домой. – Я ожидал увидеть на ее лице удивление и негодование, но на нем была только легкая улыбка. – Ну вот. Я сказал то, что не следовало, – признал я.

– В который раз, – сказала она. – Кажется, мы говорим слишком много из того, что не следует, Чарли. И возможно, еще больше оставляем несказанным, – добавила она. – Но давайте вернемся к Роберту Стэнтону. Если я его увижу, я его не узнаю, но он, возможно, узнает меня. Какого человека мне стоит остерегаться?

– Крупного, атлетически сложенного, лет сорока, – сказал я. Потом замолчал и попытался вспомнить, как он был сегодня одет. – Да, и такой же бушлат, что и на Лизе Анатоль в четверг вечером!

– Может, это тот же самый бушлат? – спросила Адриана.

– И тот же, что был на невысоком человеке, следившем за вами до «Улана».

– Скорее всего Анатоль и следила за мной, но она была одна. Я в этом уверена.

– Но Стэнтон мог привезти ее в Лондон и одолжить бушлат, – сказал я.

Я задумался, есть ли у Стэнтона машина.

– Возможно. В этом есть смысл: оба они входят в список Гассмана.

– Когда я выберусь отсюда, я займусь самим Гассманом, – сказал я.

– Каким образом, Чарли? Куда еще мы можем обратиться, где еще не были?

– Я хочу удостовериться в том, что он действительно умер.

– Опять? Все говорят, что он умер. К настоящему времени он давно бы умер от старости, Чарли, а в его случае еще и от сифилиса. – Адриана покачала головой.

– Возможно, вы правы, но я не могу избавиться от мысли, что тот, кто написал письмо, слишком уж хорошо знал Гассмана. Каким бы это ни казалось невероятным, я все еще хочу убедиться, что не он сам за этим стоит. Пока я заперт здесь, я хочу, чтобы вы узнали, где он похоронен.

– Это трудности не составит.

– И я хочу попросить вас о другой услуге. Мне нужен гостиничный номер или небольшая квартира недалеко от «Капитана». Снимите ее на чужое имя. Набейте ее бинтами и болеутоляющим. Купите продуктов. Я хочу выбраться отсюда как можно скорее, но мне потребуется надежное укрытие, чтобы поправиться. Я в опасности как здесь, так и по старому адресу. И по той же причине я сомневаюсь, что вы с Фредди в безопасности.

– Фредди согласен с вами. Он заставил меня носить с собой пистолет везде и сам делает то же. Я принесу и вам.

– Раздобыть его не так просто в короткий срок.

– У Фредди целый арсенал: и пистолеты, и револьверы, а в охотничьем домике еще есть охотничьи ружья, – сказала она.

– Так Фредди охотник? – спросил я насмешливо. Это просто вырвалось, и я тотчас, же пожалел, что сказал это.

Адриана ощетинилась:

– Не будьте ослом, Чарли! Вы еще скажите мне, что удивляетесь его военным заслугам и наградам Он мужчина, Чарльз, настоящий мужчина. То, что он отличается от вас в чем-то одном, не значит, что он совсем не похож на вас. Попытайтесь быть не таким, как все остальные идиоты, ладно? – Ее лицо горело, она сжимала кулаки.

– Простите. Я действительно немного похож на всех остальных идиотов, Адриана. Полагаю, что я так же ограничен, как и все они, хоть мне и не нравится так думать. Фредди хороший человек, и иногда я забываю, что он ваш муж.

– Именно! – огрызнулась она. – Вы слишком часто забываете об этом. – Переводя дыхание, она смотрела в пол. Потом подняла глаза, и ее лицо стало спокойным. Она тихо продолжала: – Фредди тоже об этом забывает: чаще всего он думает, что он мой отец. – Она протянула руку и похлопала по бинту на моей руке. Потом добавила: – Я тоже об этом забываю, особенно с тех пор, как стала общаться с вами. – Адриана отняла руку и запустила ее в сумочку. Она вытащила пистолет – тридцать восьмого калибра, военный вариант с четырехдюймовым стволом. – Мне придется дойти до вокзала Виктория, а потом опять пешком идти домой. Лиза следовала за мной в оба места в четверг, и Стэнтон может сделать это сегодня. Что с тобой сделают, если застрелишь человека за то, что на нем бушлат? – серьезно спросила она.

– Это зависит от того, кто ты, – сказал я. – В вашем случае, полагаю, рискнуть стоит. Если кто-то в бушлате приблизится к вам на расстояние в десять футов, стреляйте в него. И я прошу вас не просто угрожающе наставить на него пистолет и выкрикивать предупреждения. Я прошу вас именно стрелять. В центр груди, и не допускайте, чтобы расстояние было меньше чем десять футов, – это примерно как от вас до окна.

Выражение ее лица сказало мне, что я снова присоединился к рядам полных идиотов. Словно желая быть терпеливой с раненым, она глубоко вздохнула, прежде чем ответить:

– Я знаю, Чарльз, нас всему этому учили перед тем, как отправить во Францию. Я никогда не забуду того, что сержант сказал на уроке самообороны. Он сказал, что первое и важнейшее для самообороны – это желание убить нападающего. Он сказал, что без этого все остальные средства бесполезны. «Тогда можете просто лечь на пол, леди». Он не был джентльменом.

– Но он был мудр. Будьте осторожны, Адриана н принесите мне сегодня пистолет, если сможете.

– А еще разыскать могилу Гассмана, снять вам комнату и превратить ее в больницу. А как вы надеетесь убедить их выписать вас, Чарльз? Ваша рана требует недели в больнице, никак не меньше.

– Я не собираюсь просить их и не собираюсь оставлять свой контактный адрес. Есть еще одна просьба. Принесите мне рабочую одежду и шерстяную кепку, – сказал я, Подумал немного и прибавил; – И прочные ботинки десятого размера. Когда все будет готово, я планирую выйти отсюда в часы приема, когда многие приходят и уходят. Мне потребуется сильный человек, чтобы опереться на него. Лучше нанять кого-нибудь: Фредди узнают и вспомнят о нем, когда обнаружат, что я исчез. Я, наверное, даже не расскажу об этом сэру Артуру. Чем меньше людей знает, где меня искать, тем лучше.

– Вы не доверяете ему? – спросила Адриана.

– Конечно, я доверяю ему, но не могу сказать, что доверяю всем его суждениям – по крайней мере не в вопросе моей жизни.

Адриана обдумала список моих просьб.

– У меня есть ключ. Я могу взять в квартире вашу одежду.

– Даже не приближайтесь к ней! Мы не знаем, где они поджидают и даже кто они. Фредди не намного крупнее меня. Возможно, вы сможете принести мне что-то из его одежды.

Она убрала пистолет в сумочку и направилась к двери.

– Не волнуйтесь, – сказала она мне на прощание.

Я повернулся к окну и увидел, что облачный день сменился темнотой. Через два часа Милли пришла ко мне на ночь. Мне достался морфий, а ей – чашка кофе и детектив.

Глава 18

– Опасность! Какая опасность?

– Если бы опасность можно было предвидеть, то ее не нужно было бы. страшиться, – с самым серьезным видом пояснил Холмс.

Проснувшись в понедельник, я на мгновение поддался панике. Милли исчезла, как и ее кресло. Яркий свет из окна подсказал мне, что уже давно утро, но мне потребовалась целая минута, чтобы разглядеть часы. Было пятнадцать минут десятого. Я проспал более двенадцати часов. Милли исчезла, но я жив, значит, мы все сделали правильно. Пошевелившись, я обнаружил, что чувствую боль, но она вполне переносима. Потом я увидел, что с моих рук пропали бинты. Я пощупал лицо и понял, что и оттуда они исчезли. Кое-что еще было не так, и только через мгновение я понял, что нахожусь не в той комнате, в которой остался с Милли. Тогда я вспомнил о пропавших из памяти Таунби шести годах и стал беспокоиться, не потерял ли и я десяток лет.

Сегодня должно быть двадцать третье января 1922 года. Интересно, так ли это?

С этими размышлениями я стал медленно садиться и опускать ноги на пол. Когда я сдернул с груди, одеяло зашуршал большой листок бумаги, и я обнаружил записку под своей ночной рубашкой:

Дорогой мистер Бейкер,

мне пришлось снять с вас бинты и вернуть в прежнюю палату перед тем, как пришла новая смена. Оставить вас там значило бы для меня лишиться работы. Друг помог мне переместить вас назад прямо на кровати незадолго до шести. Он наблюдает за вашей палатой из коридора. Он никуда не уйдет до моего возвращения. Я приду проведать вас до Полудня.

Я почувствовал облегчение. Оказалось, что я довольно легко могу встать на ноги и даже медленно пройтись без посторонней помощи, хотя это было и не совсем удобно. Я осторожно открыл дверь и выглянул в коридор. Так и есть: на стуле в нескольких футах от меня сидел санитар. Едва увидев меня, он встал и подошел.