Читаем без скачивания Прекрасный принц - Уэбстер К.

поскольку мы оба прекрасно знаем, что втайне ты всегда наслаждаешься этим. Так как я пойму, что подтолкнул тебя за грань, где даже тебе некомфортно?

Она удивленно вскинула брови.

— У тебя настолько большие планы на сегодня?

— Грандиозный финал. Все должно пройти по высшему разряду.

Наши взгляды встретились, и я даже мог сказать, в какой момент Эш поняла, что разговор шел не только про сегодняшний вечер. Ее лицо вытянулось. Эш нахмурилась, и в какой-то миг мне показалось, что она заплачет. Но это ведь была Эш, полная внутренних сил и неожиданностей. Проглотив свою очевидную печаль, она только выше подняла подбородок.

Эш вдруг шагнула назад, полы ее халата разъехались, открывая мне обнаженную плоть. Член уже болел от напряжения. Я еще сильнее ослабил узел галстука, лишь бы вдохнуть побольше воздуха. Эш была так чертовски соблазнительна, что буквально взывала к таившемуся внутри меня зверю. Мне захотелось подкрасться к ней, прижать к земле и получить от нее все, что она сможет мне дать. До последней частички. Я хотел насладиться этими моментами, ведь так скоро у меня их больше не будет.

— Ты поймешь, — выдохнула, наконец, Эш. — Ты всегда чувствуешь, когда мне достаточно. Ведь ты знаешь меня. И я верю, что как только поймешь, то сразу отступишь.

От ее безграничного доверия мне стало не по себе. Эш так наивно верила миру. Даже чересчур сильно для таких монстров, как я. Вот почему все мы на нее охотились.

«Так не оставляй ее одну, глупец».

Я уже ненавидел себя за то, что оставлю.

— Приступим, — выдавил я, сбрасывая пиджак. — На колени, служанка.

Эш выгнула бровь в той стервозной манере, которую я так любил, но мудро промолчала. Я отшвырнул галстук, а она, тем временем, позволила халату соскользнуть с плеч и образовать лужицу у ее ног. После чего грациозно опустилась на колени, ее грудь колыхнулась от движения. Видеть ее на коленях, обнаженной и ожидавшей только меня было почти невыносимо. Эш даже слишком совершенна. Идеально совместимая для меня в сексуальном плане. Жаль, что по всем остальным параметрам она никак не вписывалась в мой мир.

Я стал расстегивать пуговицы, с наслаждением наблюдая, как глаза Эш стали темнеть от вожделения. Она была так же одержима мной, как и я ею. Смертельная комбинация, поскольку ни один из нас, похоже, не имел достаточной силы, чтобы держаться на расстоянии. Мы продолжали по очереди попадать в одну и ту же порочную ловушку.

Сняв рубашку, я стал подкрадываться к Эш. Член, едва сдерживаемый брюками, почти уперся ей в лицо.

— Грязным девочкам место на полу, — я легко шлепнул ее по щеке. — Верно?

— Десять тысяч.

— Дорого, — усмехнулся я ее ответу.

— У тебя достаточно денег.

Запустив пальцы ей в волосы, я запрокинул ей голову.

— Ты этого не стоишь.

— Двадцать. Очень легкие деньги, Константин.

Сердце будто перешло на галоп. Я так много еще хотел с ней сделать. Именно с ней. Но наше время истекло. После этой ночи мне нужно будет вернуть концентрацию. Время игр закончилось.

— Думаю, таких, как ты, в народе называют золотоискательницами, — я обвил рукой ее горло, а потом рывком поднял Эш на ноги. — Я прав?

Ее глаза сверкали с вызовом, но я видел и обжигающее желание.

— Тридцать.

— Сними с меня штаны, шлюха, — я сдавил ее шею и с удовлетворением наблюдал, как стало багроветь ее лицо.

— Сорок, — хрипло выдавила Эш, начав возиться с моим ремнем. Она не сводила с меня взгляда, потому расстегивала все вслепую.

С моих губ слетел стон, когда она скользнула пальцами по пульсировавшей плоти.

— Такая нуждающаяся девочка, у которой проблемы с отцом. Это все, кем ты являешься, — я прикусил ее нижнюю губу с такой силой, что Эш заскулила.

— Пятьдесят, — она уже шептала из-за моей безжалостной хватки на ее шее.

Дождавшись, когда я уберу руку, Эш приступила к делу, начав стягивать с меня одежду. Я позволил ей снять брюки и боксеры. Затем обувь и носки. Наконец, я остался обнаженным, с кончика моего члена уже капало предсемя. Обхватив Эш за ягодицу, я притянул ее к себе.

— Какая же ты нетерпеливая потаскуха.

— Шестьдесят.

Я мрачно усмехнулся.

— К концу ночи ты станешь миллионершей. Отлично придумано, Золушка.

От моей похвалы она словно расцвела.

Чертова. Девчонка.

Решив положить конец ее самодовольству, я перекинул Эш через плечо и так сильно ударил по заднице, что услышал вскрик.

— Самая нуждающаяся соплячка, что я встречал.

— Семьдесят! — воскликнула Эш и ударила меня по заднице в ответ.

Я вошел в ее комнату, едва борясь с глупой улыбкой. Секс ведь не должен быть таким. С партнершей по постели не должно быть так… весело.

— Раздвинь ноги и покажи, за что я так переплачиваю, — приказал я и швырнул ее на кровать.

— Восемьдесят.

Я звонко шлепнул ее по бедру.

— Вот теперь восемьдесят.

Ее темные волосы растрепались, беспорядочно рассыпавшись вокруг головы, а пухлые розовые губы приоткрылись. Я мог бы любоваться этой женщиной часами. Мне хотелось съесть каждый миллиметр ее тела и всю оставшуюся жизнь существовать за счет полученной энергии. Я не понимал, почему и как Эш на меня так действовала. Но в этом была ее суперсила. Я был в этом уверен, черт возьми.

— Займись со мной любовью. Вот так, — пробормотала Эш. — Тогда я смогу все время смотреть на твое суровое лицо.

Вызов.

Эш напрашивалась, чтобы я укусил ее в ответ.

Она думала, что я снова стану ее героем и спасу этот день.

Я боялся, что эта чертова девчонка никогда не научится.

Схватив Эш за бедро, я резко ее перевернул.

— Нет.

Эш взвизгнула, когда я в очередной раз звонко ударил ее по ягодице, сопроводив все оскорблением. Буквально обезумев, я набросился на нее, кусая за плечи, шею и шепча все более жестокие фразы, а Эш продолжала вести счет.

Сто тысяч.

Двести.

Триста.

Четыреста.

Пятьсот.

Время летело слишком быстро. Я оказался внутри нее, когда мы досчитали до полмиллиона долларов. Я трахал Эш очень грубо, вдавливая лицом в матрас, чтобы не видеть ее черт. Потому что знал: если посмотрю ей в глаза, то отступлю. Переосмыслю свое решение. Черт, да я точно притянул бы ее к себе и обнял, решив держаться за то, за что не должен.

Ее рыдания только раззадоривали меня.

— Что, это для тебя слишком, Золушка?

— С тобой никогда не будет слишком.

Я обвил пальцами ее горло и стал сдавливать, напоминая, что был самым влиятельным человеком в городе, а она — лишь моя