Он начал снова, но на этот раз в него полетели бомбы со слезоточивым газам и листовки, в которых говорилось, что студенты-ревизионисты выступают против него и его предмета, и полиции пришлось очистить зал В то самое время, когда коричневорубашечники Гитлера срывали митинги, было неизбежно, что еврейская публика Иерусалима, естественно, считала одетых в коричневые рубашки бетарцов доморощенными нацистами. В 1926 г. Аба Ахимеир уже писал о необходимости уничтожения их противников, и, когда студенты предстали перед судом, их адвокат, видный ревизионист, с удовлетворением воспринял их характеристику еврейского нацизма.
«Да, мы, ревизионисты, преклоняемся перед Гитлером. Гитлер спас Германию. В противном случае она погибла бы в течение четырех лет. И если бы он отказался от своего антисемитизма, мы пошли бы за ним»2.
Конечно, многие рядовые ревизионисты во всем мире сначала смотрели на нацистов как родственных им самим — националистам и фашистам. В 1931 г. американский журнал «Бетар мансли» откровенно выразил презрение к тем, кто называл бетарцев нацистами:
«Когда провинциальные лидеры левого крыла мелкобуржуазного сионизма, подобные Берлу Локкеру, называют нас ревизионистами и бетарцами — гитлеровцами, — нас это нисколько не тревожит… Локкеры и их друзья преследуют цель создания в Палестине колонии Москвы с арабским, а не еврейским большинством, с красным флагом вместо бело-голубого, с «Интернационалом» вместо «Хатикви»… Если Герцль был фашистом и гитлеровцем, если еврейское большинство будет на обоих берегах Иордана, если еврейское государство будет в Палестине и разрешит экономические, политические и культурные проблемы еврейской нации, — если все это гитлеризм, тогда мы гитлеровцы» 3.
Ревизионисты были сионистами и как таковые разделяли фундаментальное согласие их движения с нацистами в том, что евреи никогда не могут быть настоящими немцами. Нацизм неизбежен и понятен. Этот взгляд хорошо был выражен Беком Фроммером, американским ревизионистом, в 1935 г.
Согласно Фроммеру, еврею «неважно, в какой стране проживает еврей, не имеет значения и этническое происхождение… Поэтому попытка еврея полностью отождествить себя с его страной фальшива; его патриотизм, несмотря на шумную саморекламу, ложен даже для него самого, и поэтому его требование полного равенства с теми, кто практически составляет костяк нации, естественно, создает трения. Вот откуда нетерпимость немцев, австрийцев, поляков и увеличивающийся прилив антагонизма к евреям в большинстве европейских стран… Нелепо еврею требовать, чтобы с ним обращались так же ласково, как, например, с тевтоном в тевтонской стране или поляком в польской стране, он должен откровенно признать, что он к ним не «принадлежит». Либеральная фикция совершенного равенства обречена, потому что она неестественна»4.
Ревизионисты заигрывают с нацистами
Подобно другим германским сионистам, ревизионистов интересовала исключительно Палестина, и во время Веймарской республики они ничего не сделали, чтобы организовать сопротивление Гитлеру. Когда нацисты в конце концов пришли к власти, ревизионисты истолковали победу как поражение их еврейских идеологических соперников и как подтверждение их собственных идей, как сионистских, так и фашистских.
Они пошли дальше, чем остальные члены ССГ и «Рундшау», и переняли стиль нацистов. Банкир Георг Карецкий, видя, как его богатые католические коллеги по Партии центра сотрудничают с торжествующими нацистами или вступают в их ряды, решил показать Гитлеру, что существуют сионисты, которые разделяют идеи нацистов. Он вступил в ряды ревизионистов и быстро стал лидером германского движения и попытался организовать путч в мае 1933 г. в главном здании еврейской общины Берлина. Это описано Рихардом
Лихтхеймом в его «Истории германского сионизма».
Карецкий «полагал, что сионисты упустили возможность возглавить германский иудаизм посредством революционного акта. С помощью некоторого числа молодых людей из «Бетара»… он в 1933 г. «оккупировал» здание еврейской общины. Однако его скоро принудили очистить здание, поскольку члены общины отказались пойти за ним. В результате этой глупой акции он был исключен из ССГ. Вначале Карецкий, вероятно, верил, что дух времени требовал такого акта и что вышедшие из моды концепции буржуазно-либеральных евреев необходимо изменить в пользу национально-сионистских взглядов именно таким насильственным путем. В последующие годы у него установились довольно предосудительные отношения зависимости с гестапо, которому он пытался рекомендовать себя и его группу «Бетар» как действительных представителей радикальной сионистской точки зрения, соответствующей национал-социализму» 5.
Это уже было слишком для Жаботинского. Он не уделял большого внимания Германии в последние веймарские годы.
На протяжении 1929–1933 гг. его прежде всего занимали английские предложения по Палестине, которые были ответом на кратковременные, но кровавые бесчинства, в значительной степени вызванные ревизионистскими провокациями у Стены Плача. Как и многие правые, Жаботинский не думал, что, придя к власти, Гитлер будет в такой же степени антисемитски настроенным, каким он казался, когда был в оппозиции. Это объяснил Шмуэль Мерлин, генеральный секретарь НСО: «Он не паниковал, но считал, что Гитлер изменится или уступит давлению юнкеров и большого бизнеса»6.
Однако к марту 1933 г. Жаботинский понял, что Германия была теперь неумолимым врагом еврейства, и он был в ужасе от шутовства Карецкого7. Он спешно написал Гансу Блоку,
предшественнику Карецкого на посту председателя германских ревизионистов:
«Я в точности не знаю, что случилось, но заигрывание с правительством или его представителями и идеями я счел бы просто преступным. Конечно, кто-нибудь может переносить свинство, но приспосабливаться к свинству запрещается, а гитлеризм остается свинством, несмотря на энтузиазм миллионов, который производит впечатление на нашу молодежь; все это очень сильно напоминает то, как энтузиазм коммунистов производит впечатление на других евреев»8.
«Тройственный союз: Сталин — Бен-Гурион — Гитлер»
Жаботинскому также приходилось иметь дело с проблемой фашизма Ахимеира в Палестине. Заигрывание с Муссолини было приемлемо, но пронацистская линия — преступление. В 1933 г. он писал Ахимеиру, употребляя сильнейшие выражения:
«Статьи и заметки о Гитлере и гитлеровском движении, появившиеся в «Хазит хаам», представляются мне и всем нам ножом, воткнутым в наши спины. Я требую безоговорочного прекращения этого безобразия. Находить в гитлеризме некоторые черты «национально-освободительного» движения — значит проявлять полнейшее невежество. Более того, при нынешних обстоятельствах весь этот детский лепет дискредитирует и парализует мою работу… Я требую, чтобы газета безоговорочно и безусловно включилась не только в нашу кампанию против гитлеровской Германии, но и в пашу травлю гитлеризма в полнейшем смысле этого слова»9.
Жаботинский поддерживал антинацистский бойкот с самого начала, и его страстное разоблачение своих сторонников в Палестине заставило их повиноваться; вскоре они, восхвалявшие Гитлера как спасителя Германии, начали критиковать ВСО за ее отказ принять участие в бойкоте. Главной целью их нападок был Хаим Арлосоров, руководитель политического департамента Еврейского агентства, который, как было известно, вел переговоры с нацистами. 14 июня 1933 г.
Арлосоров вернулся из Европы. 15 июня «Хазит хаам» поместила статью, содержавшую неистовые нападки на Арлосорова со стороны Йоханана Погребинского. Статья называлась «Союз Сталина — Бен-Гуриона — Гитлера». Это странное заглавие связывает две центральные темы пропагандистской линии ревизионистов: лейбористские сионисты готовили заговор с целью установления прокоммунистического арабского режима и в то же самое время намеревались продать евреев нацистам. Необходимо пространно процитировать статью
Погребинского, так как она проливает свет на последующие события:
«Мы читали отчет… о беседе с г-ном Арлосоровым…
Среди других бессмысленных слов и глупостей, которыми отличается этот красный шарлатан, мы обнаруживаем утверждение, что еврейская проблема в Германии может быть решена только посредством компромисса с Гитлером и его режимом. Эти люди… решили теперь продать честь еврейского народа, его права, его безопасность и достоинство во всем великом мире Гитлеру и нацистам. По-видимому, этих красных шарлатанов встревожил успех бойкота против германских товаров, который был провозглашен великим вождем евреев при жизни нашего поколения В. Жаботинским и который был поддержан евреями всего мира…
