Да и это всё такая ничего не стоящая хрень по сравнению с тем, что Гулька, наконец, вырвав ступни из плена моих рук, уселась рядом, крепко обвила мою шею тонкими грациозными руками, и сейчас зацеловывает мне лицо, в отместку за щекотку покусывая скулы, нос, подбородок.
Плевать мне, что за стенами этого дома. Да даже этой комнаты...Хочу только здесь и сейчас.
Перетягиваю Гулико к себе на колени, в паху стремительно накаляется. Полутьма, мягкий мелькающий свет экрана и осознание, что мы только вдвоём - действующие безотказно афродизиаки.
Но Гуля ловко выворачивается, кидает в меня попкорном из миски, и снова занимает своё место на другом конце дивана, вытянув стопы и сложив их мне на бедра. Хитро смотрит, улыбаясь, когда гладит пальчиками на ноге мне пах. Сучка...Чувствует ведь, что уже стоит...Я вот отлично чувствую...
- У меня ступни гудят, - с намеком вздыхает, поудобней растекаясь по дивану.
Делать нечего - усмиряю свой порыв сразу перейти к сексу и массирую ей стопы, проминая каждую точку. Гулёна блаженно урчит, улыбаясь и периодически прикрывая глаза. Взгляд её направлен вроде бы на экран, но такой уже поплывший - поплывший. Как, похоже, и у меня.
Тоже отупело смотрю сериал, ни хрена не понимая, что там происходит вообще. Кровь уже вся вниз стекла, пах печёт. Особенно, когда Гуля периодически гладит мой член стопой через домашнее трико. Во рту уже давно скопилась вязкая слюна, в голове кружит отборная пошлятина, уводя сердечный ритм минимум за сотку. Воздух в нашем полумраке на двоих загустел так, что вдыхать его выходит только очень шумными глотками.
Но мы продолжаем пялиться в этот чертов экран, делая вид, что ничего не происходит и варясь в своих ощущениях. Нам некуда торопиться - вся ночь впереди. Обожаю тихие домашние вечера, я говорил?
- Лёв, мне послезавтра в Краснодар надо, с Тихорецким по поводу антрепризы встретиться, - хрипло сообщает Гулька полушепотом, так и смотря не на меня, а на экран.
По голосу четко ловлю, что она возбуждена, и, похоже, уже сильно. В ответ жаркой волной окатывает, повышая мой собственный градус, мягко бьёт в пах. Сжимаю её ступни в руках, веду по внутренней стороне пальцами - ей уже не щекотно, по женскому телу проскальзывает совсем другая дрожь, чуть повыше тонких щиколоток проступают мурашки. Вижу их и понимаю, что всё, я уже наигрался. Так и в штаны можно кончить, в конце концов.
- Я тебя отвезу, - бормочу, начиная гладить её ноги выше.
- Зачем? Я сама, - хрипло откликается, тут же с бока переворачиваясь на спину и немного разводя бедра, словно приглашая потрогать там.
А от таких приглашений, знаете ли, не отказываются...Кстати, о чем мы там говорим? Как-то сложно сосредоточиться...
- Затем, что далеко, что трасса уже отпускниками забита, и что мне тоже надо будет в Краснодар, - перечисляю севшим голосом, трогая внутреннюю сторону Гулиных бёдер через тонкую ткань леггинсов - от жара её кожи ладонь словно горит.
- А тебе зачем в Краснодар? - шепчет, дрожа ресницами, когда накрываю рукой её промежность и давлю, растирая, - М-м-м, - подаётся бёдрами навстречу, и ткань под моей ладонью отчетливо становится влажной.
Блять...Инстинктивно пережимаю свободной рукой через штаны рвущийся на свободу член. Гуля стопой отталкивает мою руку и обводит дернувшийся от счастья ствол пальцами ноги. Никогда не считал себя фут-фетишистом, но, кажется, ошибался - так клинит сейчас.
- Да машину мне пригонят завтра, как раз...заберу, - с трудом поддерживаю разговор.
- М-м-м, - мычит всхлипами то ли в ответ на мои слова, то ли на то, что пальцами я проталкиваю в нее ластовицу трусиков вместе с леггинсами, от которых пора бы уже избавляться. Наклоняюсь и целую её коленку.
Пьяно улыбается с закрытыми глазами и шепчет, кусая палец на левой руке, а правой зарываясь мне в волосы.
- Давай ещё поболтаем, так интересно...- подкалывает мягко.
- О чём? - отупело ведусь.
- О чём хочешь, - бархатно мурчит, царапая ноготками мне кожу головы и выгибаясь навстречу, пока веду губами вверх по её бедру, - Спроси у меня...что-нибудь...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Беру паузу, потому что мыслей нет, кроме того, что я остро чувствую запах её возбуждения, усиливающийся с каждым пройденным сантиметром вверх по бедру. Вот что можно спросить в такой ситуации?
- Гуль, а ты почему с Ломидзе развелась?
47. Лёвка
Твою ж…Вот это я идиот!
Мысленно страдальчески стону и выписываю себе пару приличных апперкотов, чувствуя, как Гуля вся деревенеет в моих руках. Буквально сносит исходящей от неё ментальной ледяной волной отчуждения.
В повисшей гробовой тишине обреченно даю заднюю - выпрямляюсь, перестав целовать женские бёдра, и снова сажусь в Гулиных ног словно нашкодивший кот. Встречаемся глазами – в её взгляде чёрная мутная топь. Вообще непонятно, о чем думает, но точно не о том, какой я находчивый.
Где там заявку подавать на получение премии Дарвина. У меня неплохие шансы выиграть…А ведь мог уже почти трахаться…
- Считаешь, не надо было разводиться? – с иронией выгибает Гулико черную бровь, легонько толкая пяткой мой погрустневший, так и стоящий в трико член.
- Просто не могу представить причину, твоя была инициатива или его? - снова перехватываю её стопу и ласково, но крепко сжимаю, смотря Гульке в глаза. В самой глубине её расширенных зрачков я улавливаю какую-то тревожную, звенящую как натянутая струна эмоцию, но не могу её разгадать. Или это просто блики от плазмы играют так…
- Его, - бросает Гулька с каким-то вызовом, выдерживая мой взгляд в упор.
Улыбается, поставив локоть на спинку дивана и подперев ладонью щеку. Дергает ступней, чтобы отпустил, а потом лезет мне стопой под футболку, пальчиками на ноге поглаживая живот.
- Не верю, что он мог от тебя отказаться, - бормочу хрипло, расслабляясь.
Кажется, пронесло. Пощечин не будет, громких хлопаний дверьми тоже. Точно не после того, как она снова гладит мой пах второй ногой.
- Ну ты же сам отказался, не помнишь? – ядовито мурлычет Гулико, продолжая едва заметно улыбаться.
Так, стоп. Перехватываю её ступни снова, сажусь прямее и вперяю в Гулю тяжелый предупреждающий взгляд. Улыбается, сверкая чёрными глазами. Улавливаю посыл – есть два варианта провести вечер – заниматься любовью без лишних слов или ковыряться во всяком засохшем уже, старом дерьме.
В общем, выбор очевиден…
Молчим, разговаривая глазами. Вижу, как Гульку постепенно отпускает – выражение лица становится мягче, улыбка из хищной снова становится чувственной, черные глаза затягиваются соблазнительной поволокой. Подаётся ко мне, наклоняясь, и целует в губы легко – легко. Так невесомо, что вкус её губ как ощущение есть, а самого поцелуя будто и не было. Снова откидывается на диванные подушки, смотря на меня из-под полуопущенных густых ресниц.
- Лёв, скажи, - совершенно другим, мечтательным тоном говорит, будто только что не кусалась кошкой, - Вот если бы у тебя была машина времени, ты бы куда переместился?
- У нас конкурс идиотских вопросов? – хмыкаю я, любуясь тем, как она снова расслабленная и по-домашнему тёплая.
Смеётся.
- Нет, ну серьёзно! Вот представь, нашёл бы ты машину времени, и тебе бы разрешили одно перемещение…Ну ладно, три, - великодушно разрешает побольше помечтать мне Гуля, показывая три пальца на правой руке, - Вот чтобы ты хотел посмотреть?
- А ты? – снова лениво проминаю её маленькие ступни, тоже откидываясь на диванные подушки.
- Ну…я бы посмотрела на какой-нибудь бал, - медленно загибает пальцы Гулико, - Проверила бы, точно ли существовали Адам и Ева…
- Там же наверно год точный надо вводить, как бы ты проверила? – фыркаю.
- Нет, там управление по событиям, - тут же возмущается Гулька тем, что я пытаюсь добавить хоть какой-то логики в её фантазию.
- Ну и какое бы ты событие ввела? – выгибаю бровь, - Вырывание ребра с целью сделать женщину.
