Читаем без скачивания Игра с огнем - Анна Джейн

Пока мы вновь дружески препирались, у Димки зазвонил телефон. На звонке у него, как и всегда, стояла песня Noize МС, коим поклонником Чащин был уже пару лет.

«Затянись мной в последний раз», – так, по-моему, там пелось.

– Да? – сказал Дима тут же, увидев номер. – Привет. Слушай, я тут занят немного… Что-что? Кто у тебя умер? Собака? Эй, не плачь! Ты что? Успокойся! Одна дома? Все будет в порядке, не плачь. Что с ней случилось? Во-о-от как. Я сейчас не дома. Я занят, с друзьями. Я не могу приехать, – с некоторой запинкой выговорил парень. – Не плачь так, теперь она не мучается зато. Слышишь?

Я уставилась на разговаривающего. Это у кого там собачка умерла? Бедный человек… У меня в детстве тоже собака была, и когда она потерялась, я долго ревела. Несколько дней, и до сих пор помню.

Когда Чащин убрал телефон, я тут же поинтересовалась, кто ему позвонил. Мысли-головастики машинально продолжали вспоминать текст песни и угомонились только на словах «но если честно, во всем виноват я сам». С чем и расползлись по своим норкам.

– Это моя… знакомая, – нехотя отозвался Димка и нервно забарабанил пальцем по подлокотнику.

– У нее что-то случилось? – поглядел в зеркало заднего вида тактичный Смерч.

– Собака у нее умерла, – вмешалась я. – Ты что, глухой? Дим, это твоя девушка, да? Просто же знакомая не будет звонить и плакать… Да не стесняйся ты, это та девушка?

– Ну, да, та девушка, – вяло откликнулся Чащин. – Плачет, говорит, дома никого нет, а собака… А, черт!

Он резко вытащил телефон из кармана и перезвонил ей.

– Я сейчас буду, – произнес он отрывисто, – я сейчас приеду, только успокойся, хорошо? Дай мне минут пятнадцать, и я буду у тебя. Вот и славно, молодец, утирай слезки. Я что-нибудь придумаю. Пока…

– И почему я должен к ней ехать и жалеть? – выдохнул Чащин, пятерней взлохмачивая волосы. – Так, ладно, Смерч, останови около следующей остановки, пойду успокаивать. Жалко пса.

– Говори адрес, довезу до ее дома, – тут же предложил добрый Денис.

– Да она как раз неподалеку живет, – махнул рукой Чащин. Было видно, что он расстроен. – Не нужно. Блин, и что мне теперь делать?

– Купи ей что-нибудь сладкое, – посоветовал сочувственно Дэнни. – Она не захочет его, но сладкое успокаивает.

– Ага.

– Или сделай ей сладкий горячий чай или кофе, – продолжал Дэн. – Не забудь, что ей сейчас нужно твое крепкое плечо, и просто обними. Не говори ей, чтобы она не плакала, иначе будет рыдать сильнее. А, да, и заставь ее смотреть тебе в глаза.

– Зачем? – удивился Чащин. Впрочем, я – тоже.

– Она быстрее успокоится, серьезно. Сделай так, чтобы девушка не глядела в одну точку – иначе с рыданиями зависнет. Нужен контакт глаза в глаза. И хорошо, что это… всего лишь собака. А не человек.

– Это да. Но пса-то она тоже очень любила, – с горечью возразил парень. – Никогда не видел, как она плачет. Я вроде и ни при чем – собака у нее старая уже была, но слышу ее плач и чувствую себя подонком.

– Прерогатива женских слез, – задумчиво отозвался Смерч. – Они уменьшают уровень тестостерона в крови мужчин. Короче, делают нас слабее.

– Или злее, – возразила я, искренне жалея девушку Димки. – Федька всегда злится, когда кто-нибудь рядом рыдает.

– Злится, потому что не знает, что делать. Я тоже не знаю. Когда вижу плачущую девушку, хочу смотаться на другой конец города, – признался Смерчинский.

– Ха, тебе повезло, что я не плачу. – Я на секунду даже пожалела об этом. Какой арсенал для манипуляций! Но я не нарушаю свои принципы, не плачу при людях. – А как ее зовут, Дим? – с сочувствием в голосе спросила я приятеля.

– Кого?

– Твою подругу, которая тебя ждет!

– А-а-а… Это… Вика. – Он вздохнул.

– Не забудь ее потом мне показать. Мне интересно, какая она там у тебя. Да, Дмитрий, просто поддержи свою Вику, – подумав, сказала я. – Пожалей. Даже если она гордая, то в глубине души все равно хочет сочувствия из-за случившегося. Только это… с поцелуями не лезь и всем таким.

– Бурундукова, – устало отозвался бедный Чащин, которому предстояло успокаивать рыдающую девушку, – что за мысли? С первого курса удивляюсь извращенной направленности твоего мозга.

В это время Дэнв затормозил около нужной остановки.

– Эй, – похлопала я по плечу Димку, прежде чем он вышел из машины, – ты молодец, что о ней заботишься.

– Да, точно, – болезненными глазами посмотрел на меня он, словно не у его неведомой мне девушки умерла собака, а у меня.

– Ты крутой чувак, – стараясь поддержать приятеля, сказала весело я, – как только к ней придешь, она перестанет плакать! Рассмеши ее, и все дела!

Он, на прощание пожав руку Дэну и расстроенно кивнув мне, молча вылез из машины и убежал, не оглядываясь. А я пересела на переднее сиденье, поближе к Дэну.

– А я никогда не видела его девушку, – задумчиво сказала я, пристегиваясь. – Мне прям интересно, какая она. Он нам ее покажет?

– Не думаю, – вновь поехал вперед Смерч.

– Почему?

– Тебе точно не покажет. Он не из таких, кто будет заставлять ревновать.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я, открывая бутылку с минералкой и делая глоток.

– Ты ему нравишься, – отозвался Дэнв, перестраиваясь в другой ряд. Он сказал это очень не вовремя – я подавилась и только чудом не облилась.

– Димке? Очень смешно, – покачала я головой, прокашлявшись. Вообще-то это было не очень смешно. Потому что в кафе Чащин вел себя очень странно. И Ник тогда сказал, что думал, будто мы – пара.

– Я не смеюсь, – вздохнул Денис. – Я говорю тебе то, что вижу.

– Я немного думала об этом, но… Да неправда это! Мы – друзья.

– Это ты его считаешь другом, глупый мой Бурундучок, – грустно улыбнувшись, отозвался Дэн.

– Думаешь, я не смогу спросить его об этом прямо? – несколько рассердилась я. Или занервничала?

Орел, вальяжно разлегшийся на крыше машины, недовольно перевернулся, подтянулся и, опустив голову, заглянул в окно, уставившись немигающим взором на нас двоих. Монстрик повторил его маневр и тоже уставился на нас, высунувшись в противоположное окно. Стекло не было преградой для обоих обладателей крыльев – любопытный клюв и любопытная пасть с легкостью просовывались сквозь него.

– Нет, я серьезно могу у него спросить насчет этого.

– Сможешь, Чип. Ты смелая и порой безрассудная, – все также спокойно отозвался брюнет. – Только подумай, к чему это приведет? Ты спросишь, он ответит правду, потому что твой внезапный вопрос его обнадежит. И в результате вы не сможете общаться, как прежде.

– Почему? – не слишком-то укладывалось у меня в голове, как могло случиться такое, что я стала нравиться Чащину. Чащину! Тому, кто воровал у меня конспекты, пугал, ржал, обзывал, участвовал вместе со мной в КВН и делал кучу пакостей.

– Потому что он для тебя только друг, – отозвался Денис. – Он хороший парень, веселый, надежный.

– Я знаю и без тебя, что хороший. А откуда ты знаешь, что он просто друг, может, он мне нравился тоже? А?

– До этого ты любила Кларского и вообще никого вокруг не замечала, Маша.

– А что мне мешает полюбить Димку сейчас? – с вызовом спросила я. Ответ мне понравился до усиления пульса.

– Я.

Я с изумлением посмотрела на его четко очерченный профиль – синие глаза устремлены на дорогу – и поняла, что щек легонько коснулся жар. И сразу же вспомнился вчерашний холодный дождь и поцелуи под ним.

– Ты всегда мешаешь, – пытаясь скрыть неуверенность, произнесла я. С Димкой перестать общаться мне вовсе и не хотелось, а в словах Дениса была логика. – Так почему мы не сможем общаться, если он мне просто друг?

– Потому что ему нужны будут твои отнюдь не дружеские чувства. – Дэн на несколько секунд повернулся в мою сторону, глядя на поток машин. – Ты готова дать ему то, что он хочет? Нет, – сам же ответил он на свой вопрос.

– Так, все. Завязываем с этими разговорами. Иначе мы поссоримся, – честно предупредила я Смерча.

– Да, как скажешь. – Дэн стал отстраненным, и мне это не понравилось. Показалось, что тонкая светлая, светящаяся в бархатной темноте нить, связывающая нас, стала истончаться. А этого мне совершенно не хотелось! Чтобы Смерч не обижался, я положила руку на его ладонь, сжимавшую руль, и проговорила не своим голосом:

– Ладно, мешай.

– М-м?

– Можешь мешать, Смерчинский.

Вместо ответа он склонился к рулю и поцеловал мою ладонь. Я этого совершенно не ожидала, и жар на щеках стал сильнее. Как же не хватает вчерашнего ливня, чтобы остудить его!

– Какой ты все-таки ребенок, Маша.

– Помоги мне повзрослеть, – подмигнула я ему неожиданно для себя. – И это… Я все еще помню про все твои обещания, особенно про то, что ты обещал после зачетов… – Мой взгляд случайно упал на панель приборов, на которой зелеными цифрами высвечивалось время. – Я же опаздываю домой! – возопила я.

– Опаздываешь? Сейчас доставлю тебя домой в лучшем виде, зайка моя, – тут же отозвался Дэн, заметно повеселевший.