Скачет она как заведённая, и не важно — где? И по крышам, и по заборам, и по сараю — как будто по ровнёхонькой земле! И так быстро может ускакать в неведомые дали — мне только и приходится бегать за ней!
А что у этой Мирочки с шерстью творится! И как только я её не вычёсываю — всё равно там одни колтуны, да ещё собирает все колючки и репья! Время стричь козочку уже прошло — к зиме их не стригут, животное замёрзнет, а шерсть длинная, и пух богатый. Вот его мне и приходится тщательно вычёсывать, заодно и распутывая козью шубку.
Миру надо выпускать на выгул — просто носить ей травку в загончик не вариант. Она всё затопчет да и вообще сорванное и брошенное на землю есть не будет, только если сложить большой высокой ароматной травяной кучкой. И даже так Мирабель предпочитает пастись на просторе.
Несколько раз я буквально в последний момент спасала свою козу от падения с обрыва. Чуть сама не сорвалась. В общем — устроила мне леди Мирабель (вы же поняли, что я это в честь директрисы из Академии?) весёленькую жизнь!
Глава 49. В ожидании
Альмугеш постоянно приговаривала, что коза — это хорошо, будет от неё и молочко, и шерсть. Но пока от этой козы одни только проблемы!
Когда Мирабель злится, она всё норовит воткнуть в тебя рога! Только и гляди, как бы уберечь свои бочки! Это долго меня тревожило, пока Мира не “угостила” хорошим тычком в бок, а после и рожками под зад ненаглядного Паву. Про Ахао и говорить нечего — Мирочка его невзлюбила всей своей козьей душой с первого взгляда. Так и появилась у меня моя личная козочка-охранница!
Мирабель не подпускала ко мне чужих, поэтому всем обращающимся приходилось сначала “договариваться” с моей козой, а потом уже со мною. Моя сторожевая козочка меня уже не раз спасла, пока я дремала на солнышке, а ко мне подкрадывался какой-нибудь расшалившийся отрок.
Методом проб и ошибок я поняла, что коз вполне можно дрессировать, и Мирка начала выполнять мои несложные команды. Ну вроде как — “к ноге”, например. Или — “бодать”. Козы очень умные!
Альмугеш объяснила, что шерсть коз лучше, мягче и дороже, чем овечья, но эту шерсть вполне могут попортить насекомые, поэтому мне надо приготовить для своей Мирабель защитных оберегов.
Вот так я начала свою заботу о козе. Пока козочка заботилась обо мне. И оберегов я ей понаделала, и заодно узнала, что они такое и как работают. Мне ещё хотелось сделать один для Кыся. Я же на козе потренировалась, а что? Альмугеш намекнула, что своеобразные “обереги” друг для друга у нас с Кысем уже есть — и показала на мои плечо и запястье.
Мне много раз предлагали привязать Мирабель: кому это надо — весь день её пасти? Пусть сама себе на привязи гуляет по травке. Но я предпочитала, чтобы козочка всегда была под моим присмотром. Очень уж она у меня необычная охранница. Стричь её предстояло только весной, а пока я вычёсывала пух и собирала его, чтобы что-нибудь потом спрясть.
Так как я ученица ведьмы — для меня это самое подходящее занятие — прясть. Тем более, это очень хорошо успокаивает нервы. А я нервничала, ожидая Кыся.
Я изготавливала для деревенских носки для больных ног, пояса на спину, платки, рукавицы. Шила, пряла, вязала, плела обережное кружево — это всё пользовалось большим спросом, и к нам за таким товаром охотно шли люди. Взамен приносили что-то съестное, с огорода или, что более ценно — продукты с города. Соль, сладости, специи. Альмугеш ни в соседние деревни, ни в город никогда не выходила. Нечего ведьме там делать — говорит она.
А Кысь всё не возвращался.
Я уже начала всерьёз беспокоиться. Несколько раз подходила разговаривать к его друзьям, спрашивала — нормально ли это, так надолго исчезать? Ответ был такой — Кысь охотник. Деревня в принципе живёт с огородов и с заготовки того мяса, пушнины и шкур, что приносят охотники. Так что исчезнуть перед зимним сезоном, когда зверя почти совсем не будет — это, вообще-то, в порядке вещей. Мне бы надо привыкать.
Я понятия не имею, к чему мне надо привыкать, а к чему нет. Я беспокоюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поэтому я уже спланировала сама идти в лес. Я же ведьма, как-никак, я должна почувствовать своего избранного. Как-нибудь справлюсь. У меня есть смутное предчувствие, что если я сильно захочу, я смогу найти Кыся. Как если бы мы были связаны.
Сны мне больше не снятся.
Наверное, мой Кысь действительно очень далеко…
Глава 50. Долгожданное возвращение на рассвете
Приближение зимы чувствовалось всё явственней, и моё беспокойство росло. Ранним утром я сидела у дома, на сваленных в кучу дровах для растопки печи, наслаждалась первыми лучами солнца и гладила Мирабель по мягкой нежной шерстке на голове между рожками. Пригревшись, я задремала. И, к своему удивлению и даже счастью, увидела необычный сон. Как если бы Кысь вернулся, сел рядом, обнял меня, положил свою голову мне на плечо. Я даже почувствовала знакомый запах, чьё-то дыхание рядом. Резко открыла глаза!
Кысь сидел рядом и спал, действительно положив голову на моё плечо. А ещё он держал меня за руку. Чуть-чуть повернувшись, я смогла уткнуться носом в его макушку. И я его разбудила. Он откинулся, но… нет, не проснулся. Растянулся на поленнице, устроив голову на жёстком дереве. Мне захотелось сделать какую-нибудь глупость. И если бы я не постеснялась, я бы что-нибудь такое сделала. И я всё-таки быстро клюнула Кыся губами в щёку. Он открыл глаза, приподнялся, отпустил мой руку и обхватил меня обеими руками за талию, прижимая к себе. Мы так пролежали несколько долгих секунд. После Кысь освободил одну руку и положил ладонь на голову проснувшейся и смотревшей на него чуть настороженно Мирабель. Моя коза-охранница это ему позволила! Ну надо же! Удивлённая, я наблюдала, как Кысь гладит Мирабель по тому самому мягкому месту на козьей голове — между рожек, и Мира ему позволяет. Ещё и млеет при этом — коза-предательница!
— Да ладно, мне можно, — как будто прочитал мои мысли Кысь. Потом снова покрепче обнял меня.
— Как ты здесь?
— Хорошо, — не особо стесняясь, я вдохнула его запах. — Скучала без тебя.
По легкому движению от меня я поняла, что смутила Кыся. Но сама ничего такого не чувствовала. Я действительно соскучилась. Имею право.
— Я научилась прясть. Плести кружева, вязать, — начала перечислять я. — Готовить согревающие мази, снадобья от обморожения — много чего.
— Не теряла времени даром, — улыбнулся Кысь, усаживая меня на колени и устроив обе ладони у меня на животе, а свой подбородок на моей макушке.
— А ты чем занимался? — я попробовала повернуться. — Ты что, с пустыми руками?
— Нет конечно, — как-будто немного обиделся он. — Я много всего принёс. Ещё шкур, готовые туши чуаху, много мяса. Что-то в леднике, остальное у мамы. Она позвала деревенских женщин, ты пойдешь помогать?
— Угу, — кивнула я. — Конечно, пойду.
— Ты ученица ведьмы, наверное, занята здесь, — Кысь потёрся подбородком о мои волосы.
— К Акейше меня всегда отпустят, — я повернулась к нему, подставив щёку, теперь чувствуя его дыхание у себя на шее и ухе. — А ты опять горячий. Ты не заболел?
— Нет, — Кысь меня оттолкнул от себя, поднимая, поставил на ноги. — Нам пора, Ай! У нас осталось не так много времени.
— Ты о чём? — испугалась я, повернувшись к нему лицом. Кысь был очень грустным.
— Нельзя больше тянуть, Ай. На той стороне тоже прошло довольно много времени… Тебя ищут.
— Откуда ты знаешь, что меня? — в первую очередь спросила я, хотя мне интересно, что Кысь имеет в виду, говоря о “той стороне”? Он туда переходил? Через тот самый временной карман, про который мне рассказывал?
— Ищут Айану, — он помедлил. — Айану из Академии Магии. Это ведь ты, так? И твои магические портреты есть у охотников и сыщиков. Наверное семья, в которой ты служила, очень важная. Лес на той стороне прочёсан до последней щепки…. Но, — он опять грустно взглянул на меня. — Они не видят всех скрытых троп и ходов и очень сильно беспокоят лесных обитателей. И зверей, и духов… Это может нехорошо закончиться.
