– Слушаюсь, сэр, но, думаю, в три ходки управимся!
– Я тоже так думаю. А этих… – капитан кивнул на тела пограничников, – выбросьте за борт.
55
Мулы неспешно брели по дороге, изредка отмахиваясь хвостами от приставучих оводов, и встряхивали головами, отчего Мартину казалось, что он вот-вот свалится.
– Ты раньше ездил верхом? – спросил Ронни, который тоже с трудом держался в седле.
– Ну, может, раза три или четыре – еще ребенком, – признался Мартин. – Но это был пони или жеребенок, я уже точно не помню.
– А мы раз лошадей умыкнули, хотели продать, но мужики нагнали, и мы едва ноги унесли.
– Эти да, народ суровый. Это в городе можно прощение вымолить, а деревенские прибьют.
Мартин попытался сесть как-то иначе, чтобы не так натирало седло, но за два часа, что они проехали верхом, он натер уже все свободные места, поэтому пришло время пройтись пешком.
– Давай спешимся, – предложил он.
– Давай, – согласился Ронни. – А то я уже задницу не чувствую.
И, обхватив шею мула, он неловко съехал на землю, а животное, почуяв свободу, рвануло повод, пытаясь сбежать, однако Ронни успел перехватить его другой рукой и повис на нем всем телом.
Мул недовольно всхрапнул, но остановился.
– В следующий раз я дам тебе в морду, – серьезно пообещал Ронни и поднес к глазам мула кулак, однако тот отвернулся, как будто это относилось не к нему.
– Коварный он у тебя, – усмехнулся Мартин. Его мул был более покладист, а может, просто чувствовал опытного человека.
Не выпуская повода, Мартин потоптался, проверяя, как ходят ноги. Ноги ходили хорошо и потертости на ягодицах пока не давали о себе знать, но все удовольствие от этой поездки они должны были почувствовать завтра утром, и на этот случай основательный старшина Ламтак положил в седельную сумку Мартина баночку со специальным маслом.
– Вечером натрете задницы и полежите, пока впитается, а потом можете спать.
– И не будет болеть? – с надеждой спросил тогда Ронни.
– Болеть все равно будет, но не будет кровоточить. Натереть в дороге задницу до крови – самое страшное. Солдат с натертой задницей уже не солдат.
Помимо этой фаянсовой склянки у Мартина с Ронни был полный дорожный набор с провизией, водой и даже запасом овса для мулов, на тот случай, если они заплутают или будут ехать в стороне от обжитых мест.
В качестве оружия напарники намеревались обойтись своими ножами, но старшина Ламтак настоял на усилении вооружения и дал им на пробу короткие абордажные мечи, однако, посмотрев, как Мартин с Ронни с ними обращаются, вздохнул и мечи забрал. Потом сходил к обозной телеге и вернулся с парой морских кортиков в деревянных ножнах, обшитых кожей.
– Вот, попробуйте эти, они даже детям по силам.
Мартин с Ронни взялись за удобные длинные рукоятки и вытащили кортики из ножен. Это было то, что нужно. Неширокие, в полтора пальца, лезвия клинков были длиной в локоть с четвертью.
Видно было, что оружие это прошло большой путь, на клинках имелись зазубрины и рубцы от встречи с другими клинками, и напарники ими остались довольны.
– Ладно, пошли дальше, – сказал Мартин и потянул мула за уздечку. – Тут до постоялого двора мили четыре осталось.
– Мы там заночуем?
– Скорее всего. Места пока тихие, нужно осмотреться, да и задницы полечить, если мы в ночь тронемся – толку с этого не будет.
– Это да, согласен. Слушай, подержи моего игривого, я в кусты отлучусь.
– Вяжи его к луке моего седла и беги. Я немного пройдусь, а то стоять больно.
– А как вязать-то?
– Ну как веревки вязал, помнишь?
– Морскими узлами…
– Вот и тут так же, – Мартин вытер с лица пот и остановился, ожидая, пока Ронни привяжет повод. Тот быстро сделал знакомый узел, выхватил из своей сумки кортик и с ним побежал в сторону кустов.
– Ну конечно, по нужде только с оружием, – засмеялся Мартин и снова потащил за собой мула, а за ним и второго скакуна.
Тем временем Ронни зашел под деревья, выискивая подходящее место, чтобы присесть. Он уже положил на землю кортик, чтобы не мешал, как вдруг увидел человека. Тот был в затертой моряцкой робе, вроде той, какая доставалась грузчикам в порту почти даром «на доноску». И в моряцких башмаках с высоким рантом, чищенных жиром со скипидарным маслом.
Одного мгновения хватило, чтобы разглядеть незнакомца, который наполовину был скрыт деревом, однако, потянувшись за кортиком, Ронни выдал себя шорохом, и на него из-за дерева уставились выпученные глаза чужака.
Затем тот зарычал и бросился на Ронни, замахиваясь тяжелым абордажным мечом.
Ронни проскочил под кустом, выдернул из ножен кортик, но прежде чем сообразил позвать Мартина, незнакомец рубанул по ветке над головой Ронни, однако тот присел и, сделав быстрый выпад, ударил злодея кортиком.
Узкий клинок звякнул о спрятанную кольчугу, и незнакомец отпрянул от неожиданности, а потом развернулся и умчался в чащу.
Тяжело дыша и оглядываясь, Ронни вышел из леса, а ему навстречу уже бежал Мартин с кортиком в руке.
– Что случилось? Кто кричал? – спросил он.
– Там моряк какой-то на меня напал…
– Чего он хотел?
– Прибить, чего же еще?!
– Он был один? – спросил Мартин, приседая и вглядываясь в заросли.
– Вроде один. Я его в живот кортиком ткнул, представляешь?
– Он ранен?
– Нет, на нем была кольчуга.
– Ты же сказал – моряк. Пойдем-ка отсюда…
Мартин взял Ронни за рукав и потащил к ожидавшим на дороге мулам, которые тянулись к траве.
– Он выглядел, как моряк, но под рубахой у него оказалась кольчуга, – продолжал Ронни, все еще оглядываясь и не убирая кортик в ножны.
– Хреново это, – сказал Мартин, приходя в себя после этого нежданного происшествия. – Если моряк в кольчуге, то это не моряк.
Он подобрал повод своего мула и потащил его по дороге, оглядываясь и не выпуская из рук кортика.
– Так ты и нужду не справил? – спросил он.
– Нет, – покачал головой Ронни. – Но мне как-то расхотелось, я об этом и думать забыл.
Усталости у путников как не бывало, они бодро шагали по дороге, готовые к немедленной обороне, если кто-то снова на них нападет.
Они не замечали птичьего пения, лесных цветов на обочине и хорошей погоды, зато вздрагивали от каждого шороха в чаще и снова убыстряли шаг.
– Как думаешь, он за нами следил? – спросил Ронни, когда они в таком темпе отшагали около мили.
– Не знаю, – вздохнул Мартин. – Может, просто разбойник.
– Он был в кольчуге, с коротким мечом, Мартин! Я никогда не слышал, чтобы разбойники и воры отправлялись на дело в кольчугах. А ты?
– И я тоже, – вынужденно согласился Мартин.
– Значит, они уже все знают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
