Читаем без скачивания Земли Дарвая - Анна Ль

 - Я говорю, что совершенно с тобой согласна – ты дурак.

 - Просто таким способом я решил заставить тебя уйти.

 - И чем это, собственно я тебе так помешала.

 - Помешала?! Нет, ты не можешь мешать. Не было дня, чтобы я не вспоминал о тебе, не мечтал снова увидеть…

 - Садан…  – Я не сдержалась, бросилась к нему, и думайте обо мне что хотите.

 - Иста, - он обнимал меня и гладил по голове как маленькую, - милая, ты ведь даже не представляешь насколько здесь опасно. А я… я не смогу тебя защитить. Лучше будет, если ты вернешься…

       Ну конечно, кто ж даст спокойно поговорить? Кому есть дело, что мы год не виделись? Уж точно не убийцам. Чувство угрозы обожгло холодом затылок и стекло ручейком по спине. Я повернулась. Прямо мне в грудь летела стрела, и увернуться было невозможно. Но на последних метрах она вдруг вильнула, как изрядно подвыпившая девица облегчённого поведения, и ушла куда-то в сторону океана. Но рассмотреть я её всё же успела, стрела была эльфийская. Эльфийская???

       Садан, кажется, даже не заметил ничего. Он всё так же просто стоял со мной в обнимку.  Наблюдается подавленность и апатия, что и рождает невнимательность и заторможенность реакций. Причины будем выяснять позднее, сейчас необходимы действия.

 - Быстро наверх! – Я пулей взвилась в ночное небо. Откуда стреляли я, примерно, могла рассчитать, ориентируясь на траекторию полёта. На высоте семи-восьми метров обнаружилась небольшая площадка, едва-едва одному места хватит. На стене рядом какие-то значки. Определённо, здесь имеется дверь. О Великий Дух, и они говорят о какой-то безопасности! Да здесь ходов больше, чем в гнилом пне, изъеденном жуком-древоточцем.

 - Садан, куда ведёт эта дверь…Садан? – Я оглянулась. Его не было рядом, он всё так же стоял на балконе внизу, положив руки на перила и опустив взгляд в черноту пропасти.

 - Садан. – Я опустилась и взяла его за руку. Он опять был словно восковый манекен, уйдя куда-то внутрь себя.

 - Я же говорил, что не смогу тебя защитить. Будет лучше, если ты уйдёшь…

 - Ага, наша песня хороша, начинай сначала. Кончай здесь рассусоливать, надо выяснить, кто в нас стрелял. Стрела-то была эльфийская, но я ни за что не поверю, что это Лон. Короче, открывай дверь.

 - Эльфийская?! – Садан аж передёрнулся весь. Глаза оживились. Ну, пусть так. Когда в тебя стреляют, конечно, неприятно, но если это позволяет вытащить твоего друга из состояния близкого к каталепсии, так я могу ещё и попозировать.

       Мы на рысях ворвались в зал, где остались мои спутники и магистры. Оказалось, что последние дипломатично удалились, позволив нам с королём выяснять отношения без свидетелей. Правда, не забыв обеспечить команду провизией: пара здоровенных кувшинов и несколько свёртков с чем-то съестным были аккуратно складированы в уголке. А вот мои бойцы, способные, в случае необходимости, вести активные боевые действия трое суток к ряду без сна и отдыха (проверено на практике), поголовно спали. Странно. Даже Белый мирно посапывал, развалившись у стены. В стороне валялся лук Лондарниэля, стрелы были рассыпаны.

       Конечно, в первую очередь я бросилась к эльфу. И трусила его как любимую грушу до тех пор, пока он не начал подавать признаков жизни.

 - Немедленно просыпайся, поганка ты лесная.

 - Пе-е-рес-та-а-нь ме-е-ня-а  тру-у-сить. – Я перестала. – На минуту всего глаза прикрыл.

 - Да ты дрых как последний сурок!

 - Ладно, признаю, заснул. – Он обернулся. – То есть заснули…. Все?!

 - Вот именно! Что это за сонное царство? Отвечай немедленно! – Но Лону было не до меня. Именно в этот момент он заметил, в каком непотребном состоянии его оружие.

 - Кто? Кто брал?

 - Это ты мне скажи! Меня этот вопрос интересует до чрезвычайности. Особенно если учесть, что пока ты здесь изображал из себя спящую красавицу, в меня стреляли, и именно из твоего лука!

       За последующими действиями принца лесов, несомненно, интереснее всего было наблюдать Белому. Лон, стоя на четвереньках, буквально, обнюхал и лук, и колчан, и стрелы. Потом такие же исследования были произведены по всей комнате. Уже через минуту мы знали, кто оказался незадачливым убийцей. Причём уже во второй раз.

 - Садан, вызови ребят. И пусть прихватят её с собой. Надо, в конце концов, разобраться, за что девочка так меня не любит.

 - Я не могу.

 - Да что с тобой такое? То не могу, это не могу. Я, конечно, понимаю, столько смертей, силы противника велики. По неволе начнёшь комплексовать, а там и до депрессии недалеко. Но всему есть предел. Значиться так, я сама вызову магистров, а пока они будут сюда добираться, ты мне подробненько расскажешь, откуда, как говорится, у парня испанская грусть. Возражения не принимаются!

       Дружину решили пока не будить, поэтому слушателей у Садана было всего двое. Да и рассказ получился более чем короткий. В один «прекрасный» день он почувствовал внутри себя нечто. И это нечто забирает его силу. Причём только тогда, когда он этой силой пользуется.

 - Понимаешь, пока я ничего не делаю, и оно молчит. Но стоит мне хоть в малейшей степени попытаться использовать магию, как сила словно утекает в бездонный колодец. Оно пожирает её. Мне приходится постоянно себя контролировать, если я ошибусь, то вместе с моей силой оно сожрёт и меня самого, я это знаю.

 - Понятно. Значит, в разборках крутых магических авторитетов ты не участвуешь. Опять всё самой….

 - Иста, я по-прежнему советую…

 - Стоп! Если ты ещё раз скажешь, что мне надо уйти, я тебя чем-нибудь стукну! А теперь помолчите, мне надо подумать.

       Пока я ходила взад-вперёд и строила различные планы по поводу предстоящей кампании по обезвреживанию противника, эльф, вооружившись кувшином с водой, выводил из спячки дружину. Не придумав ничего путного (я всё-таки рассчитывала на помощь Садана, а теперь получалось  таковой не предвидится), я села в уголок. Отломила кусок пирога, плеснула в стакан из второго кувшина и стала наблюдать за побудкой. По комнате разлился аромат незнакомых фруктов и каких-то трав, весьма приятный. В тот же момент Лондарниэль втянул носом воздух, в одно движение оказался рядом, и выбил кружку у меня из рук. Я даже спросить ничего не успела, он сразу пресёк все вопросы:

 - В этом напитке яд!

 Как говорится, приехали!

       Мы сели в кружок, я восемь магистров (Кавот тоже пришёл, оказывается, он был в городе, узнавал новости) и Садан. Дружина расположилась у стены. Замзанну, уже дважды стрелявшую в меня, мы оставили на балконе под присмотром Белого.  Первой слово взяла я и коротко обрисовала картину.