Ему кажется, что он сейчас что-то докажет всем вокруг.
Дурачок, мне плевать на тебя.
Еле сдерживаюсь, чтобы не показать ему рукой неприличный жест.
Сокол обходит меня и начинает удаляться.
Пытаюсь разобраться в своих чувствах.
Ревность? Разве она бывает, если девушка не твоя?
А что, собственно, ты хотел?
Укоряю себя.
Не ты ли провозгласил «первым делом самолеты»? Хлебай теперь лаптем.
Да пошли они все! Смотрю на стрелку спидометра. Волга идет на скорости сто десять.
Злюсь на себя. Сбрасываю газ. Мимо проносится осенний пейзаж, деревья кое-где начинают желтеть.
«Листья закружат, листья закружат и улетят», — несется в голове грустная песня.
Напиться, что ли?
Да пошли вы! Она взрослая девочка, в конце концов. Имеет полное право ходить на свидания с кем хочет.
Имеет-то, имеет, а вдруг этот козлина из другой банды, которая убила Давида Махарадзе?
Ж
Сокол все это время маячит где-то далеко, впереди, изредка скрываясь за поворотами и вновь появляясь.
К концу первого круга сходит с дистанции и останавливается прямо рядом со Славой.
Издалека вижу, как к ним подходит Саша. Сам принимаю вправо и тоже схожу с дистанции, съезжая с трассы. Слава дал указание сделать один круг.
Кто-то следующий заезжает на трек.
Подъезжаю к ним, останавливаюсь и, не глуша машину, выхожу из салона.
Саша улыбается, хочет поздороваться. Она чудесно выглядит. Немного смущена — прикрывается, держит перед собой дамскую сумочку в прямых руках, опущенных вниз.
— Что-то у тебя мотор не тянет, — вмешивается ее новый друг, не давая ей слова, сказать, — ну-ка открой капот.
Кто тебя спрашивает, умник? Ты вообще на хрена сюда приперся?
На моей машине, с моей девушкой? Тут же поправляю себя насчет принадлежности машины и девушки. Первым делом самолеты.
Полностью игнорирую Сашиного знакомого. Он выше меня на голову и на столько же глуп и бестактен.
— Привет, Саш. Очень удивлен, но рад тебя видеть на полигоне. Как ты?
— Привет, Каменев, как видишь, у меня все хорошо.
Наверно «как видишь» относилось к ее новому парню. «Вижу»? Да хорошо вижу, что он козел.
Не глядя на «козла», обращаюсь к Славе:
— Прости, я на секунду чуть больше сотни проехал, засмотрелся на лес и набрал сто десять. Ничего?
— Ничего, — Слава чувствует напряжение, и сам лезет в салон открывать капот.
Не сразу понимаю его суету. Соображаю, что он по-дружески замечает важные детали и не позволяет «козлу» выпендриваться, ведь если бы я полез открывать капот, то это означало бы, что я выполняю указания «козла».
Перехватываю капот, не давая ему прикоснуться к Волге. Он по-деловому располагается у крыла, пытаясь меня оттеснить.
— Слышь, друг. Ты отойди в сторонку, — очень медленно и выразительно, с агрессией, произношу, нахмурив взгляд, — как-нибудь без тебя разберемся.
«Козел» бычится, с его лица сходит его фирменная лучезарная улыбка. Он пока стоит. Нарывается. Прикидываю расстояние до его челюсти по прямой.
Средняя дистанция, моя любимая. Если он сейчас не отступит, то я готов ему засадить прямой правой.
Судя по тому, как он себя ведет, вряд ли он умеет драться. При этом помню, что никогда нельзя недооценивать
Молодой человек, отойдите. Не видите, вы мешаете? — Слава смотрел на парня.
— Ладно, — он отшагнул назад и посмотрел на меня — ты же Александр Каменев?
— Допустим.
— Меня зовут Гарик Щербаков, у меня к тебе есть деловое предложение.
— Спасибо, но вынужден отказаться.
— Это еще почему?
Я не ответил. Он переглянулся с Сашей и снова натянул на себя свою фальшивую доброжелательную улыбку, может, способную обмануть Сашу и других девушек, но не меня.
— Мой ответ не покажется вам приятным, любезнейший.
Я намеренно обращался к нему на вы. Как-то я подглядел такой риторический прием у князя. И тут было важно не то что говорят, а как говорят.
— Да, перестань… — он поймал мой спокойный взгляд, вызвавший улыбку на лице у Саши — … те лезть в бочку. Я взаимовыгодное сотрудничество предлагаю. Мне нужно форсировать движок на гоночной шестерке. Говорят, что вы…
— Товарищ Щербаков, не утруждайте себя. У нас совершенно нет времени на чужие двигатели.
Саша закатила глаза:
— Каменев, да ты послушай Гарика, вы все равно сейчас сидите на подсосе без дела. Я узнавала, денег ждете, чтобы Волгу вашу подготовить. Гарик может решить все ваши проблемы.
— Искренне тронут заботой, но мы не нуждаемся в решении наших проблем.
«Красавчик» Гарик туповато посматривал с меня на Сашу
— Кстати, можно уточнить, Саш, кто же так подробно тебя информирует о состоянии наших дел? — спросил я Сашу.
Она мельком перевела зрачки на Славу и тут же вернулась ко мне. Слава опустил голову еще ниже, углубился в изучение двигателя и сделал вид, что мой вопрос его абсолютно не касается.
— А что? Это уже государственная тайна? Нельзя поинтересоваться, как у вас дела?
— Всё понятно. Еще раз от души благодарю за заботу. Еще вопросы есть? Слав, с моей стороны все сухо.
— Зря ты так к людям, Каменев.
Я ждал, что она сейчас добавит, что она пошла ко мне навстречу, когда я в ней нуждался. Но она промолчала.
Гарик что-то шепнул ей на ухо и отвел в сторону. Она стреляла глазами в нашу сторону и что-то ему отвечала.
Я уперся руками в капот и стал сверить Славу глазами.
Он ответил, не поднимая головы:
— Не, ну а что ты на меня так смотришь? Я же не мог послать ее на три буквы, когда она мне позвонила. Я ей сразу сказал, что ты не согласишься. А я — как ты! — и тут же добавил, может, возьмемся? Ведь, правда, без дела стоим и деньжат поднаберем на Волгу, а?
— Только не говори мне, что это твоя идея.
Поняв, что я не стану его прессовать, Слава поднял в голову.
— Не-е, ты что? Это, конечно же, идея не моя. Я, бляха-муха, этого Гарика знать не знаю. Почём мне знать, что у Саши есть знакомый, которому нужно перебрать двигатель? Она сама предложила.
Похоже, что он говорил правду. Мои размышления прервал стремительно приближающийся Глеб:
— Здрасте! Я Глеб! — он протянул руку Гарику, но даже не посмотрел в его сторону. Наш новый член команды вовсю пялился на Александру.
— Саша, а это Гарик.
— А, да! Извини, братишка, очень приятно.
Только сейчас он понял, что
