показалось наиболее интересным. А Ислейв сказал, что слышал сагу об Ингваре от какого-то купца, который утверждал, что сам взял ее при дворе конунга Свитьода. Глум взял от своего отца. А Торир взял от Клакки Самссона, но Клакки слышал, как ее рассказывали его старшие сородичи. И на этом мы заканчиваем эту сагу[311].
Раздел а) был, по-видимому, включен в основной текст как пояснение, ответ на вопросы, которые задавали люди, слышавшие разные устные версии генеалогии Ингвара. Автор Эпилога (или авторы: в тексте употребляется местоимение «мы», которое может свидетельствовать как о том, что его писали несколько человек, так и о том, что его автор говорит о себе во множественном числе, используя обычную формулу) пытается прояснить этот вопрос, для чего вводит новую информацию, почерпнутую, скорее всего, из труда Адама Бременского или его пересказа[312]. Он приводит данные о другом персонаже, Онунде, сыне Эймунда, и его толкования, понятные только человеку, хорошо разбирающемуся в генеалогии правителей Свеаланда, фактически еще более запутывают рассказ. Приводимые дополнительные свидетельства говорят о том, что автор Эпилога считал верным рассказ саги о роде Ингвара, восходящем к Эйрику Победоносному. В то же время, как несложно заметить, характеристика этой линии как побочной понижает знатность происхождения Ингвара.
Употребление латинской фразы, заимствованной, по-видимому, из сочинения Адама Бременского, свидетельствует, как кажется, о том, что этого раздела не было в *Vita Yngvari, положенной, возможно, в основу «Саги об Ингваре». Если бы данный фрагмент присутствовал уже в оригинале, то при переводе на древнеисландский язык он неминуемо был бы также переведен, как и все произведение. Его включение в текст следует отнести ко времени создания саги, когда перевод мог подвергаться редакторской правке.
Раздел б) по своему содержанию никак не согласуется с предыдущим. Создается впечатление, что он представляет собой фрагмент, намеренно изъятый из текста при переписке и позднее восстановленный уже в другом месте. Он является логическим продолжением рассказа о плавании отряда Ингвара среди высоких скал, искусственно нарушенного вставкой об обнаружении следов великана[313]. Восстановленный фрагмент в его полном первоначальном виде мог, вероятно, читаться следующим образом:
«Когда прошла зима, ведет Ингвар свое войско, все невредимое, из государства Юльва; и, пройдя недолгое время, подошли они к большому водопаду. От него так сильно вздымалась вода, что пришлось им пристать к земле. […] Там были такие высокие скалы, что они не смогли канатами вытащить корабль. Они повели свои корабли вдоль скал, там, где река и потоки стихали. В скалах там был небольшой проход, и там сошли они на землю, которая оказалась ровной и влажной. Ингвар велел тогда валить деревья и ладить [из них] орудия, чтобы копать, и они так и сделали; затем стали они копать, измеряя глубину и ширину рва от того места, где в него должна была влиться река. Работали они так долго, что месяцы миновали, пока они смогли там пройти на кораблях[314]. Так говорят некоторые люди, что Ингвар и его люди плыли две недели и не видели ничего, если только не зажигали свечу, потому что высокие берега смыкались над рекой, и было так, как если бы они находились в пещере все эти полмесяца. Но мудрые люди считают, что это не могло быть правдой, если только река не текла по таким [узким] ущельям, что их вершины смыкались, или если леса не были так высоки, что они соприкасались там, где были ущелья. Но хотя это и возможно, все же это не похоже на правду».
По-видимому, вынесенная в Эпилог информация о плавании среди высоких скал была исключена из основного рассказа автором саги как вызывающая сомнения. Однако наличие данного фрагмента в рукописи, которой он пользовался, все же обязывало его ввести этот эпизод в произведение. Поместив этот текст в Эпилог, автор саги не только сохранил его, но и ясно выразил свое отношение к нему.
Введение раздела в) Эпилога в сагу было обусловлено несколькими причинами. Во-первых, необходимо было назвать людей, причастных к созданию произведения. Я не вижу причин искать скрытый смысл в словах, приведенных в самом тексте: «А мы слышали, как рассказывали эту сагу, и записали ее на основе древних сказаний тех книг, которые монах Одд Мудрый велел сложить… (выделено мной. – Г. Г.)». Автор (или авторы) саги, не называя своего имени, подтверждает в них свое авторство и дистанцируется от Одда Сноррасона, сочинения или записи которого послужили источником «Саги об Ингваре» или ее части.
Во-вторых, существовавшая в древнеисландской историографии литературно-этическая норма настоятельно требовала от создателей саг подкрепления правдивости изложения ссылками на авторитеты и устные источники произведения[315]. Во многих сагах эта норма реализуется в виде традиционного упоминания «мудрых людей», которые не в последнюю очередь ассоциировались в исландском обществе с первыми историками – Сэмундом Мудрым и Ари Мудрым[316]. Включением данной формулы в текст, собственно, обычно и ограничивается верификация достоверности сказания. Такая же формула присутствует в разделе в) Эпилога: «Записали ее на основе сказаний тех книг, которые монах Одд Мудрый велел сложить по рассказам мудрых людей (выделено мной. – Г. Г.)».
Однако этим автор раздела не ограничился и привел имена людей, игравших заметную роль в культурной жизни исландского общества в конце XII в. Кто эти люди? Это в первую очередь Йон Лофтссон (ум. в 1197 г.) – не только светский лидер страны, но и внук Сэмунда Мудрого, к которому тяготели люди, интересовавшиеся историей Исландии. Вслед за ним упомянут интеллектуал и знаток языков, собиратель и рассказчик народных преданий Гицур Хальссон (1126–1206)[317]. Следующий персонаж – священник Ислейв, рассказавший Одду историю об Ингваре, которую он услышал от купца, почерпнувшего ее при королевском дворе в Швеции. За ним – Глум Торгейрссон или Глум Торгильссон (в этом имени в рукописях разногласия). Если первое имя неизвестно, то второе – Глум Торгильссон – авторы саг упоминают неоднократно, ссылаясь на него как на человека, рассказывавшего им о многих событиях[318].
Использование словосочетания «мудрые люди» в разделах б) («но мудрые люди считают, что это не могло быть правдой») и в) («записали мы ее на основе древних сказаний тех книг, которые монах Одд Мудрый велел сложить по рассказам мудрых людей») могло послужить тем логическим звеном, которое позволило автору Эпилога сохранить выпавший фрагмент, вставив его в финальную часть саги.
Наряду с эксплицитной отсылкой к мнению «мудрых людей» в разделе в) имеется и скрытая перефразированная цитата из авторитетного источника, каковым для средневекового исландца являлся историк Ари Мудрый.[319]
Сага об Ингваре
Enn þeir er uita þiciazt innuirduligar, auki uid, þar sem nu þiker a skorta («А те, кто считает, что они знают [об
