Читаем без скачивания Трое в долине (СИ) - Лисина Александра

Я так заинтересовалась, что рискнула пойти дальше и подключила «прозрение», пытаясь в сумерках понять, что происходит в отдаленных участках лагеря. Там, где простое зрение пасовало или же ему мешали спешно возведенные строения, заклятие давало превосходный обзор и позволяло заглянуть гораздо дальше.

Правда, насчет сбоев Ларун не преувеличивал — даже здесь, довольно далеко от барьера и от нашего щита, я более или менее видела лишь то, что находилось на поверхности. Лагерь. Снующих по нему людей. Слабые остаточные эманации от недавно использованных или использующихся прямо сейчас заклинаний. Табун лошадей, предусмотрительно отведенный подальше от лагеря. С ленцой прогуливающихся вдоль его границ химер. Неспешно перелетающих с места на место грифонов… Ну и заметно окрепшую, совершенно отчетливую золотую нить, которая наглядно показывала, в какой стороне следует искать мастера Миррта.

Он, как и ожидалось, находился в одной из самых больших палаток почти на другом конце лагеря вместе с несколькими другими разумными. По-видимому, там и заседало командование, с которым мне, если честно, не очень-то хотелось встречаться.

А вот то, что находится у нас под ногами, в смысле под землей, и далеко ли простираются те коридоры, по которым, наверное, и сейчас бродят патрули из химер, я не смогла увидеть от слова «совсем». Под нами словно находился бездонный черный колодец без единого признака живых или, наоборот, мертвых.

Это было непонятно. Обычно заклинание не действовало настолько избирательно. Может, тут каменная порода толще, чем в той же долине Нол-Рохх? Или наш с Ником щит частично блокирует магию кольца? Но почему только в одном направлении? Может, я чего-то не учла? Или из-за барьера тут любая магия работает со сбоями?

— Пришли, — отвлек меня голос куратора, заставив оторваться от размышлений. Большая белая палатка, к которой тянулась золотая нить, и впрямь оказалась в прямой видимости. Топать до нее было еще минут десять, но, по-видимому, на этот раз Ларун посчитал нужным выдать инструкции заранее, поэтому остановился, обернулся и строго на нас посмотрел. — Ведете себя спокойно, на вопросы отвечаете так же, как в Управлении ИСБ. Если не спросят — молчите. Не отсвечивайте. Если спросят, старайтесь говорить по существу. Ваше мнение, домыслы, предположения и сомнения никого не интересуют, поэтому излагаете только факты и ничего, кроме них. Надеюсь, вы понимаете, что даже это не означает, что вы обязаны выложить ожидающим вас господам абсолютно все факты своей биографии?

Под его пристальным взором мы с ребятами дружно кивнули.

Само собой, о Норре мы не расскажем. И о кольце. И о том, что узнали про химер.

— Вот и молодцы, — позволил себе усталую улыбку куратор. — В случае чего просто молчите. Я прикрою. Пусть лучше вы чего-нибудь не договорите, чем ненароком сболтнете лишнее. Кстати, Линнель, вас там ожидает встреча с родственником. Сделайте вид, что испытываете к нему хотя бы толику теплых чувств, чтобы у остальных не возникло ненужных вопросов.

У Ника дернулась щека.

Неужто вместе со старшекурсниками сюда прибыл и господин ректор?!

— Вы меня поняли? — с нажимом повторил куратор, не отводя от Линнеля тяжелого взгляда.

Тот неохотно кивнул.

— Тогда пошли. Эти господа не любят ждать, а мы и так порядком задержались.

Признаться, последние фразы Ларуна мне совершенно не понравились, но все же Ник не зря был командиром нашей тройки. Быстро справившись с собой, он упрямо набычился и, взяв меня за руку, быстрым шагом направился к самой большой палатке.

Мы с Ланкой, выразительно переглянувшись, двинулись следом. Причем подруга, насколько я могла видеть, на всякий случай проверила, легко ли вынимаются кинжалы из ножен на поясе. Затем потерла запястья, на которых, вопреки всем законам, до сих пор не было утяжелителей, и кровожадно улыбнулась.

Я же обратила внимание на то, что вокруг нас как-то неожиданно стало людно. Казалось бы, в такой близи от ставки командования не должно быть лишнего народу. Однако возле последних палаток толклось довольно много молодежи, которая провожала нас полными любопытства глазами. А уже у первой линии караула — их возле нашей цели имелось целых два — я вдруг с удивлением заметила несколько знакомых лиц.

Ба! А что здесь делает ан Дорио вместе со свой шайкой? Райн? Эстин… ну точно, вся тройка в сборе! И как назло, тоже меня заметили! У Алика при виде нас глаза стали круглыми, как два блюдца. Он толкнул локтем засмотревшегося в сторону ведьмака, тот в свою очередь пихнул отвлекшегося колдуна, и через пару мгновений эта троица уставилась на нас так, словно привидение увидела.

— Вот шакалы, — процедила Ланка, которой ан Дорио вдруг исподтишка показал неприличный жест. — Урыла бы гада, да боюсь, за драку в расположении части нас на целые сутки упекут в карцер.

— Не обращай внимания, — вполголоса посоветовала я, на всякий случай прикрыв подругу с правого бока. — Поглумится и отвалится, как коровья лепешка.

— Да уж конечно, такой отвалится… скорее, будет цепляться и вонять до последнего.

— Не отвалит сам — я помогу, — бросил через плечо Ник, даже не глянув в сторону придурков. — Они думают, их сюда позвали, потому что считают лучшими на курсе. Поставили в один ряд с выпускниками. Еще и прибежали сюда на сильных мира сего посмотреть. Из-за палаток подглядывают… ну как дети малые. Думаю, они сильно удивятся, когда узнают, что нужны старшим коллегам лишь в качестве живых накопителей.

Ларун на это ничего не сказал, хотя, полагаю, все прекрасно расслышал. А там уже и нам препираться стало не к месту, потому что мы наконец добрались до цели и, беспрепятственно миновав оба караула, вплотную подошли к злополучной палатке.

Глава 14

Прежде чем зайти, Ларун еще раз остановился и окинул нас придирчивым взглядом. Но, видимо, нашел наш внешний вид приемлемым, поэтому без предупреждения отдернул плотный полог и вошел внутрь.

Мы молча шагнули следом.

Внутри, благодаря магическим светильникам, оказалось достаточно светло, но из-за многочисленных перегородок доступного обзору пространства оказалось не так уж много. А первое, что мне бросилось в глаза, это большой стол, возле которого почему-то не было стульев, и небольшая группа людей, которые при нашем появлении одновременно повернули головы и кто с любопытством, кто с укором, а кто с одобрением уставились на нашу тройку.

Эрта Торано я, естественно, узнала сразу. Без штатного балахона и в походной одежде он, правда, смотрелся иначе, чем у себя в кабинете, но военная форма лишь подчеркнула его могучую стать и крепкую фигуру, а заодно придала еще больше суровости чертам его лица, сделав похожим на настоящего боевого офицера.

Отца Риона мы тоже уже знали, поэтому на его приветственный кивок, как будто он старых знакомых встретил, я ответила с некоторым смущением.

На мастера Миррта, стоящего дальше всех от двери, только раз посмотрела и тут же отвела глаза — побоялась себя выдать. Злюки, правда, рядом не увидела, но не сомневалась, что наша хитрюга непременно пасется поблизости.

Еще среди присутствующих находился, к моему вящему удивлению, Норман Доверо, старший брат нашего Ларуна, карающая длань императора, как его еще иногда называли, и по совместительству глава из самых могущественных имперских управлений. Он при виде нас вообще расплылся в широчайшей улыбке, и впрямь как добрый дядюшка. Но никто этой улыбкой не обманулся, потому что прекрасно знали, какой за ней скрывался хищный оскал.

А вот последнего мужчину я раньше видела только на картинках в учебниках. Господин Танор Агилар. Военный советник его величества Дамиана Второго. Фактически второе лицо в государстве, высший чиновник, главнокомандующий и человек, обладающий властью не меньшей, а подчас и большей, нежели сам император.

На картинках его, правда, всегда изображали более старшего возраста и намного более грозным, чем в жизни. А на деле выяснилось, что у него и взгляд далеко на такой грозный, и лицо не такое худое, и губы он вовсе не поджимает, словно в преддверии выговора… и вообще господин Агилар оказался очень даже приятным, ухоженным, лишь слегка седеющим мужчиной средних лет с аккуратной бородкой, тонкими чертами лица и проницательными глазами, в которых угадывался вполне ожидаемый вопрос.