Следом за ширококостным игапом семенил мул Фундинула. На этот раз гном выбрал животного гнедой масти с большими белыми пятнами на спине и боках, оттого этот всадник выглядел еще комичнее.
– Кто это, генерал? - спросил граф с некоторым беспокойством, уж слишком броско смотрелся зеленоватый орк в новой красной поддевке и синих штанах.
– Это мои старые добрые солдаты, граф.
– Здравствуйте, имдресс Фрай! - поздоровался орк с выглянувшей из кареты Генриеттой.
– Здравствуйте, Углук! Здравствуйте, Фундинул!
– Рад вас видеть, госпожа Фрай! - крикнул гном, судорожно хватаясь за уздечку - у него давно не было верховой практики.
– Привет, Хуберт! - Углук хлопнул молодого Фрая по плечу.
– Здравствуй, Углук, - ответил тот. - Не ожидал тебя здесь увидеть.
– Да разве твой папаша без меня обойдется? Никогда!
– Тебе бы только хвастаться, бочка винная! - одернул его Фундинул. - Не обращай на него внимания, Хуберт, дядя Углук со вчера никак не прочухается.
– Неправда, недоросток, я давно уже в полном порядке! - возразил Углук и так дыхнул, что игап протестующе затряс головой.
– Смотри, Углук, никак это Ева? - воскликнул пораженный гном, увидев девушку в мужском костюме верхом на лошади.
– Здравствуйте, - засмущалась та.
– Ева? Я тебя не узнаю, как быстро ты выросла, - развел руками орк, едва не заехав Фундинулу по физиономии.
– Осторожнее, громила! - рассердился гот.
– А как ладно сидит в седле, ну точно ейный папаша. И меч при ней, три фута, как любит его милость…
– И все же девица с мечом да верхом на мардиганце… это уж слишком, - добавил Углук, когда они с гномом обогнали карету.
Наконец живописный дуэт поравнялся с Каспаром и де Шермоном.
– Позвольте представить вам, граф, моих друзей, - первым заговорил Каспар, не позволяя Углуку начать изливать свою радость по поводу встречи. - Это Углук, грозный рубака и большой любитель поесть.
– Здравствуйте, ваше сиятельство, рад, что… - начал было орк, но Каспар перебил его:
– А это - Фундинул, мастер на все руки, а совместно с топором страшная сила. Даже когда они с Углуком стоят против множества врагов, у тех все равно мало шансов.
– Приятно с вами познакомиться, господа, - учтиво произнес де Шермон, немного пугаясь Углука. Если видеть гномов ему приходилось, то орков - никогда. В памяти графа всплыли детские страшилки про орков-людоедов и про то, что клыки у них, как у кабанов, растут наружу.
Еще больше графа смущала приветливая улыбка Углука, который хотел немедленно пообщаться с графом, но пока молчал из уважения к Каспару Фраю.
– Как ты назвал своего нового мула, Фундинул? - спросил Каспар.
– Рябчик, ваша милость, видите, какой разноцветный. - Гном погладил мула по гриве.
– А почему, позволите спросить, вы ездите на муле, господин Фундинул? - поинтересовался граф, чтобы начать разговор и разогнать свои детские страхи.
– Гномы боятся лошадей, ваше сиятельство. Если подковать надо, то это еще ничего, можно стерпеть, а как в морду ей глянешь, так прямо обмираешь весь, - пожаловался Фундинул. - Но его милость догадался мне мула предложить, и у нас все сложилось. Однако другие гномы даже на муле верхом ездить отказываются, это только я такой смелый.
– А у вас, господин Углук, что за лошадка?
– Это не лошадка, ваше сиятельство, это стенобитное орудие, сожри меня огры! - И орк от души похлопал по шее своего скакуна. - Я как увидел его, сразу указал конезаводчику - этот конь по мне. И сам на него поместился, и еще фунтов двести харчей могу нагрузить. У вас, к слову сказать, ваше сиятельство, когда обед планируется, в смысле - привал?
– До обеда еще полня пути, господин Углук, - сказал граф.
– Полдня?!
На зеленоватом лице Углука отразилось такое мучение, что де Шермон повернулся к одному из гвардейцев для поручений и приказал:
– Скачи в обоз, привези несколько хлебов и солонину!
– Слушаюсь, ваше сиятельство!
Гвардеец развернул лошадь и помчался в хвост колонны, а Углук привстал в стременах и, сложив ладони рупором, крикнул:
– Двух черствых хлебов будет достаточно! А солонины кусочек размером с голову!
Каспар и де Шермон засмеялись, а Углук виновато улыбнулся и снова развел руками, едва не сбив гнома.
– Честно говоря, я сегодня не успел позавтракать, очень вчера занят был и устал…
– Не сумел бы встать вовремя, кабы не я, - строго заметил Фундинул. - Лошади от него до сих пор шарахаются.
– Я гляжу, у вас знатный топор, господин Фундинул, - сказал граф, забирая нити разговора в свои руки.
– Заметили, ваше сиятельство? - расплылся в улыбке гном. Вынув из седельной петли закрытый в чехол топор, он начал развязывать тесемки.
– Сейчас я вам покажу! Это не топор, а судебный приговор! Вот!..
Фундинул снял чехол, солнечные блики брызнули от стального зеркала.
– Вы позволите? - протянул руку граф.
Фундинул мгновение помедлил, но все же уважил знатного дворянина и передал ему топор.
Граф взвесил оружие в руке, погладил рукоять, а затем с величайшей осторожностью вернул хозяину.
– Знатный топор, и остер и тяжел в меру. При вашем кузнечном сложении, господин Фундинул, самое подходящее оружие.
– Сразу видно умного дворянина, - комплиментом на комплимент ответил гном, - а иные говорят - он тебе неудобен, возьми рукоять покороче. Дураки, чего с них взять!
– Именно что дураки, - согласился граф, новая компания начинала ему нравиться.
Из обоза вернулся порученец с мешком снеди. Узнав, что еды просит кто-то из знакомых графа де Шермона, повар не решился давать простой козлятины или свинины и положил в мешок четыре простых хлеба, полголовы сыра и копченого гуся. Углук на радостях так хлопнул порученца по плечу, что тот едва не вылетел из седла, потом хотел обнять графа, но тот вовремя посторонился, и весь свой энтузиазм орк обратил на поедание угощения.
Спереди прибыла полусотня авангарда, ей на смену ушла другая. Это потребовало от Каспара формального генеральского разрешения, и он его дал.
– А что за изменения с твоим мечом, Углук? - спросил он, когда авангард ушел и всем, кроме Углука, снова сделалось скучно.
– А-а-а, ваша милость, я все ждал, когда вы спросите! - ответил Углук, разрывая остатки гуся жирными руками.
– Дело в том, граф, что в прежние времена Углук носил меч на веревочке, - начал разъяснять Каспар, - в тяжелый для него период он вынужден был спустить богатые ножны на пропитание, а чистить и точить оружие считал делом не столь важным, поэтому цвет клинка редко отличался от цвета его лица. Теперь же мы видим, что ножны на месте. Что же случилось, Углук?
– Это Одигул, добрая душа, сынок Фундинула, сделал дяде Углуку подарок. Сам выточил ножны по размеру, сам отчистил клинок и так наточил, что даже волос разрежет, честное слово. - Углук почесал под мятым шлемом лысую голову. - Да, добрый гном растет, умелый и способный. - Орк покосился на Фундинула и добавил: - Должно, в мать уродился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
