Такое ощущение очень трудно описать. Словно мир замедлился ненамного, а я был на его вершине. Что-то, по типу, галлюцинаций не было, но я не профессионал в таких вещах. Думаю, Лукаш, сможет вам рассказать свою точку зрения, как наблюдатель со стороны.
- Спасибо за переброс ответа на меня. - с сарказмом сказал мне Лукаш, - Я действительно видел, как проявилась его эйфория. Ни тактики, ни стратегии, просто в отрытую вылез и стал поливать огнем все, что движется, отвлекаясь лишь на новые попадания транквилизатора. Больше мне добавить нечего.
***
Профессор Баранов все время записывал что-то в блокнот. Видимо свои мысли и наблюдения, важные для дальнейших экспериментов и исследований. Глава же только внимательно слушал, изредка вставляя вопросы по теме. При этом Лукаш только наблюдал, кроме моментов, когда я просил выступить его в роли стороннего наблюдателя.
Наш, если так можно сказать, разговор по душам продлился достаточно долго. Ученые умы хотели получить почву для своих размышлений. А я просто отвечал на их вопросы. Конечно, на некоторые вопросы я не смог ответить, Лукаш сохранял некоторые тайны, но, по моему мнению, в целом все прошло достаточно гладко.
- Итак, - мои размышления прервал голос Серова, по всей видимости он решил подвести итог нашей встречи, - раз у нас больше не осталось вопросов, на которые мы можем получить достаточно исчерпывающие ответы, а с вашей стороны больше добавить нечего, то предлагаю закончить наш разговор.
- Согласен с вами, Алексей Матвеевич, - поддержал своего начальника Игорь Сергеевич, - этих ответов пока вполне достаточно. Я, пожалуй, пойду. С вашего позволения.
На этих словах, профессор Баранов, с позволения главы кабинета, его покинул. А нас в кабинете осталось трое. Судя по взаимным переглядываниям Лукаша и Серова, очная встреча закончились лишь для меня и Баранова. По всей видимости, я здесь ожидаю конвоя обратно к себе в палату.
- Разрешите, - раздался в дверях голос охранника.
- Да, да, проходите, - ответил ему глава НИИ, - одну минуту и сможете продолжать свои обязанности. Андрей, был рад с вами познакомиться и поговорить, но увы, вам уже пора.
- Мне тоже было приятно с вами познакомиться, Алексей Матвеевич, - со всей любезностью я ответил профессору, - надеюсь, мы с вами еще увидимся.
- Все непременно. А теперь я порошу вас покинуть нас, - и кивком указал на Лукаша.
Я ответил легким кивком и вместе с моим провожатым, покинул кабинет. На последок я услышал обрывок фразы: «А теперь, с вами, нас ждет еще один разговор. Он, опять же, будет касаться вас и Андрея…». В этот момент дверь закрылась, оставив интригу. Интересно, о чем они там будут говорить. По всей видимости речь пойдет о моем сроке здесь. Но это только предположение.
По всей видимости мне уже пора привыкать к длинным и извилистым коридорам. В конце концов мне тут еще два месяца ходить по ним взад вперед. А как они похожи на коридоры этажей университета, из которого мы выбирались.
В этот момент меня захлестнула волна негативных мыслей и непростых вопросов. Выжили ли мои друзья? Васька? Маша? Как она там сейчас? Я ведь даже не могу передать весточку, жив я или нет. А им соответственно ничего не скажут, в крайнем случае сообщат о моей смерти, что называется для их же успокоения. А мне предстоит долгий и крайне непростой путь, чтобы вернуться обратно. Но сомнения в своих силах сильно выбивают из колеи.
Уйдя в свои мысли, я не заметил, как мы прибили к пункту назначения, а именно к моей палате. Только окрик конвоира смог вытащить меня из себя, после чего я прошел во внутрь и улегся на кровать. Последнее что я услышал, перед тем, как уснуть, был звук захлопывающейся двери и щелчок замка.
Глава 25
Глава 25. Старая знакомая
Лукаш Хорник
- А теперь, - обратился ко мне глава НИИ, - с вами, нас ждет еще один разговор. Он, опять же, будет касаться вас и Андрея.
- К чему вы клоните? – выразил я свое непонимание темы разговора.
- Сейчас я вам все поясню, - попытался развеять недопонимание Серов, - это касается одной особы. Весьма своеобразной, но, как специалист, она, несомненно лучшая.
- Я все еще не понимаю о ком сейчас идет речь. Таких знакомых, - я сделал акцент на этом, - у меня достаточно.
- Я думаю, - отпарировал Серов, - у вас не так много знакомых психотерапевтов.
- Нонна? – у меня пошли мурашки по спине, как только я озвучил свою догадку, - вы сейчас серьезно говорите о ней?
- Абсолютно.
- Хорошо, с этим решили. Тогда откуда вам известно про наше с ней знакомство?
- Это очень просто, - отвечал мне профессор, - она сама мне об этом поведала.
- На нее это совсем не похоже, - ударился я в свои воспоминания, - видимо она изменилась.
***
С Нонной Полонской я познакомился во время одной из своих многочисленных миссий. Помню, тогда мы ввязались в заварушку при отступлении, мой отряд состоял из необстрелянных юнцов, медика и Нонны, которая была целью нашей защиты.
В том сражении наши потери составили примерно половину отряда, но при этом нам удалось уйти. На привале, в достаточно адекватном состоянии, были только я и медик с Нонной. Кто-то из судорожно пытался что-то найти, другие пытались закурить, у третьих тряслись руки. Достаточно плачевная ситуация.
Я, как командир, не мог ничего поделать. Миссия оказалась на грани срыва. В тот момент я решил проконсультироваться с медиком.
- Что будем делать Эмилио, - начал я наше собрание, - как ты видишь, ситуация достаточно серьезная. На ногах и в трезвом уме только я и ты.
- Лукаш, я все вижу, - отвечал мне мой друг, - но я ничего не могу с этим поделать. Я больше по ранениям, а с этой точки зрения у нас все в порядке, не считая легких царапин у некоторых. Так что я ничего не смогу с этим поделать. Мозг и душа, если конечно она существует, не
