– и там, дальше, на небольшой возвышенности – башня. В ее окнах на втором и первом этажах горел свет.
Мне, судя по всему, как раз туда.
Двигаясь вперед, я лишь один раз оглянулся на чернушно-дымчатый купол бездны, что возвышался горой – чудовищем. Отвратным панцирем оскверняющей мир черепахи.
Довольно хмыкнул.
А всё-таки я выбрался. Смог. Вот будет чудесная история для внуков.
– Осторожнее, – осадил меня Принц. – Ничего в твоём жалком бытие не изменилось: вокруг еще полно уродов, чудищ и гнид, которые захотят тебя такого красивого на ломти нарезать.
Он верно говорил. Здесь с этим даже хуже дела могли обстоять.
Приближаясь, все-таки сообразил: на холме возвышался типичный Рубежный Бар. Место, где скитальцы – потеряшки, могли найти убежище.
Его назначение в том, чтобы каждый, кто вышел из бездны, мог получить медицинскую помощь, пищу, боеприпасы, связаться с кем нужно – и вот это всё прекрасное. Раньше думал, это абсолютная глупость и бесполезная трата бюджетных средств. Мол что там эти полтора землекопа за год – кому до них есть дело? И что им вообще надо? Что им могут дать? А теперь вот – шёл в надежде на помощь и мысленно нахваливал имперское решение.
И такое бывает, да.
– Просто раньше ты был супертупицей, – комментировал мои мысли Принц.
– А теперь?
– А теперь столкнулся с суровостью жизни. Теперь перешёл в разряд простых тупиц. Растешь над собой. Молодец. Тебе еще раза три, вот так вот капитально огрести, чтоб до кровавых соплей и молитв и тогда вообще лучшим человеком станешь.
Люди, работающие в Рубежных Барах, являлись имперскими служащими. Они получали неплохую зарплату, какие-то льготы. Это скучная работа, приходилось быть почти постоянно в одиночестве; еще и однообразие подтачивало внимание – поэтому возникала опасность пропустить что-то важное: какую-то вражескую хитрость, какой-то диверсантский фокус. Важного здесь было полно.
Сам Рубежный Бар – трёхэтажное большое здание, округлое. Построенное из аккуратных камней, на многих из которых виднелись выбитые серебром теург-формулы и защитные руны.
Красотища.
Ни одна тварь бездны не потревожит тех, кто решит спрятаться в Баре. Скорее в попытках сгорят.
На входе – дверь из псевдо-сплава: значит крепкая настолько, что и стандартная пуля Слонобоя ее не пробьет.
Терраса сильно освещена.
Я подошёл к двери, поправил кирасу, ножны с мечом.
– Волнуешься, что ли? Кир, это не свидание. Ты перепутал.
– Заткнись.
– Ты выглядишь как кусок мяса, в который долго и упорно били кулаками и тыкали ножом, а потом ведро крови и дерьма в морду опорожнили. Прихорашивайся или нет – все одно.
Нажал на звонок. Зазвучала расслабляющая мелодия и через половину минуты недовольный голос с другой стороны прокричал:
– Кого там Морк за затылок под дверь в ночь приволок! Я сука вооружен, – затем прозвучало совсем близко. – Кто ломится?
– Свои.
– Свои все дома сидят.
Открылась переборка смотрового окошка. Уверен там бронированное стекло.
– Имперец.
– Отвечай, имперец, как положено: кто, какое звание, какой полк, род войск?
– Я не армеец.
– Тогда как умеешь отвечай, а я послушаю.
– Скиталец, нуждаюсь в помощи, – объяснил ему.
– Интересно. И откуда ты, скиталец, тут на ночь глядя образовался, еще и красивый такой?
– Из тьмы, дядь, – в голос пробилось раздражение. – Давай быстрее.
– Да ты не торопись, скиталец, и не злись попусту. Сейчас разберемся. Процедуру пройдёшь и пущу тебя жрать, греться, истории жуткие рассказывать. Злится он. Молод еще злиться. Нельзя. Весь сок жизни впереди. Выбрался – значит будет он сок жизни этот. Потом злиться будешь, по старости, а сейчас подождёшь минутку: не рассыпешься.
– Да понял я, понял. Что делать то?
– Отойди на четыре шага под свет и покажи глаз алтаря.
– Зачем?
– Ты что глупый, скиталец? А вдруг ты мародёр или копьеносец. И я тебя тут впущу на имперско-братских радостях, а ты меня кончишь. Мне такое не улыбается, пацан. Как я потом буду папке в глаза в Посмертие смотреть? Он скажет, что я тупой. А я ему отвечу: блин бать, так и есть. Вот и весь у нас будет с ним разговор.
Сделал как он сказал – отошёл под фонарь.
– Давай-давай, чай не баба. Не-че те там смущаться.
Расстегнув ремни, стянул кирасу.
Принц продемонстрировал волчий глаз на квадрате алтаря. Перевёл взгляд в сторону двери.
– Жертва… Вот хорошо, ладно, пойдёт.
Послышались щелчки, шуршание множества замков: принялся открывать дверь.
