Глава 6
Сандр
Пока куратор вещал, чем мы будем заниматься на трансмутации, сколько экзаменов и зачетов придется сдавать, и какие кары нас ждут за неуспеваемость и лень, я обдумывал слова Яроша, а подколодный змей, сидевший по левую от меня руку все шипел и шипел, чуть всю парту ядом не закапал. Ярош же, напротив победно поблескивал сапфировыми глазами и даже стул чуть отодвинул, чтобы поближе к черноволосому наглецу сесть, словно опасался меня. Это настолько по-детски выглядело, что ехидная ухмылка сама напросилась. Ярош затих, словно подозревая подвох, и как-то еще больше сдвинулся в сторону универсала, с глинобитной физиономией внимающего прочувствованной речи Фиони.
Куратор меж тем ходил по возвышению, размахивая руками и заливаясь соловьем.
— Вы отобраны мной из всех первокурсников, и должны понимать, какая честь для вас — участвовать в моем проекте! Я не потерплю никаких отговорок и стычек. Вы, как самые многообещающие адепты, соответственно будете подвергаться и более суровым дисциплинарным взысканиям! Попрошу это учесть на будущее.
Тут Фиони окинул пристальным взором аудиторию и, наконец, заметил поползновения Яроша. В глазах куратора зажегся огонек и он вкрадчиво поинтересовался:
— Адепт Солюм! Может вам стул мешает? Коленки вашего соседа намного мягче будут?
Ярош весь сбледнул с лица, нахохлился, и под смешки студентов резко отстранился от зеленоглазого оборотня, с опаской взглянув на куратора. Фиони с довольной ухмылкой отвернулся, и пройдя к столу принялся вещать дальше. А меня словно в задницу кто-то укусил, и я, склонившись к самому уху своего своенравного женишка, тихо прошептал:
— А ты в курсе, что расторжение помолвки можно произвести только с разрешения самого императора? Думаешь, твои родители позволят так опозорить семью?
Ярош беспомощно захлопал длиннющими ресницами и с недоверием уставился на меня. Тут, чуть отодвинув моего женишка в сторону на меня выпялился оборотень. У него по-моему уже шерсть на загривке встала дыбом, и дым из ушей валил.
— Ша, Яр. Без императора разрулим, ведь кастратам жених не нужен. Яр, ты ведь его подержишь, чтоб не сильно дергался? — сладко улыбнувшись, оборотень с вызовом уставился мне прямо в глаза.
И тут змей сбоку прошипел:
— Не утруждай малыша, я тебе помогу.
Ага, как же, коновалы-любители выискались.
— На рудники спешите? Или так у вас проявляется жажда благотворительности в пользу империи?
Яр удивился:
— Почему — рудники?
— По первому государственному уложению Империи 'за умышленное причинение вреда здоровью, опасного для жизни адепта академии, или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, посторонним лицом — имперским судом следует наказание в виде смертной казни. За аналогичное преступление, совершенное адептом данной академии — следует пожизненная ссылка на рудники по добыче магических кристаллов с лишением всех чинов, титулов и имущества'. Законы изучать надо, детишки. Кстати, целители Академии — одни из самых лучших в Империи.
— Слуш-шай ты, законник-недоучка, ты и правда недееш-шься, что это кого-то остановит? — насмешливо прошипел наг. — Ради того, чтобы наслаждаться твоим фальцетом, я так и быть, напрягу свой клан, чтоб и оборотня на поруки взяли. И, если ты не в курсе, император с нашим кланом ссориться не будет — у нас ведь Уния. Главы кланов имеют приоритет перед императором.
— О, а ты никак у нас главой клана стал инкогнито? И с оборотнями затяжной конфликт уже разрулил?
Наг яростно зашипел, а я решил его добить:
— Смотри, язык не прикуси — еще отравишься ненароком.
Кит сверкнул желтыми гляделками.
— Я не глава клана. Пока еще. Но моя семья достаточно влиятельна, чтобы к ее мнению прислушивались на Совете…
— А с чего ты решил, что до Совета вообще дело дойдет? — пришлось остудить его. — Помнится мне, по дуэльному кодексу, адепт, подвергшийся нападению: 'Оскорбленный имеет определенные права, соответствующие тяжести нанесенного ему оскорбления. Оскорбленный имеет право выбора для дуэли рода оружия как холодного, так и магического. Замена оскорбленного лица другим допускается только в случае недееспособности оскорбленного лица, при оскорблении женщин и при осквернении памяти умершего лица.' Так что, после тебя, я вполне смогу разобраться и с оборотнем, ведь идея изначально принадлежала ему, не так ли? — постаравшись придать как можно больше презрительности в свою усмешку, я уставился на Мията, который явно сдерживался уже из последних сил.
— Ты… — захлебнулся Кит, — ах ты, погань бледная! Дуэль? Да мне на тебя даже капли яда жалко будет потратить, прос-сто придуш-шу! А шкурку оборотню подарю — на портянки!
Я ощерился не хуже Мията.
— Думаю, что твоя шкурка будет гораздо красивее в качестве моего пояса, тебе ведь она скоро уже не понадобится…
Вот дальше уже нам не дал договорить куратор, заприметивший очередных нарушителей.
— Адепты Морнио и Флок, может быть вам стоит выйти сюда и поделиться со всеми теми замечательными, несомненно, вещами, которые вы, не взирая на преподавателя, так рьяно обсуждаете между собой?
Ярош
Пока Сандр шепотом переплевывался ядовитыми фразочками с Китом, я постарался хоть чуть осмыслить то, что произошло. Папики всё же умудрились подставить меня. И Ярош еще верил, что они и вправду любят его и заботятся о нем. Хотя… ведь если попытаться взглянуть на это с их стороны, то возможно помолвка эта не была таким уж плохим вариантом. Жаль, что теперь именно мне это разгребать, а не бывшему Ярошу.
Куратор тем временем продолжал вещать, так увлекшись, что видимо вообще забыл, что в классе кроме него кто-то есть.
— А ещё можно всей группой взять шефство над зоосадом. В рамках образовательной программы! Тогда уж никакой совет не страшен, руки будут коротки, чтоб оспорить учебный процесс, приучающий адептов к ответственности… Конечно вы будете терять время на лекции еще и с другими преподавателями… Тут, увы, ничего не поделаешь… Но! Ведь можно проводить ещё и внеклассные часы, у меня столько идей… Раскачаем ваши магические запасы так… Нужно только запатентовать мою методику… Уверен вскоре ею будет пользоваться каждое мало-мальски нормальное учебное заведение.
Взглянув на скептические взгляды остальных адептов, внимающих речи куратора, понял, что попали мы капитально. Похоже Фиони не на шутку решился на нашей группе отрабатывать свои эксперименты и у нас теперь будет не жизнь, а сказка — чем дальше, тем страшней. Судя по всему, у нас теперь прорисовывается только одна цель — выжить.
