Глава 21
— Скажи мне, пожалуйста, что я должна чувствовать, — спрашивала Ви Гонору, — зная, что ты проехала тысячи миль, чтобы попросить сотню баксов у этого подонка Гидеона, и не хочешь одолжить их у меня? Зачем ты нос дерешь? Будь попроще.
— Это разные вещи, — вздохнула Гонора. Она лежала на диване, закутанная в халат Курта. Ви предлагала ей триста долларов, но она отказывалась.
— Ты знаешь меня. Я не отстану, пока не пойму причину. Объясни мне, пожалуйста.
— Гидеон — часть семьи.
— Ты называешь семьей типа, который выставил тебя вон? А кто же тогда я?
— Ты моя подруга, а у друзей денег не занимают.
— Ну ладно, хватит валять дурака, — Ви села рядом с Гонорой, — вопрос решен.
Гонора попыталась вернуться к прежнему режиму, но все усилия оказались тщетными. Сейчас она уже не могла, как прежде, ежедневно проходить по две мили — ноги ее распухли, холодный пот застилал глаза. Она вернулась к сбалансированному питанию — овощи, фрукты, продукты, содержащие протеин. Но и здесь ее постигла неудача: достаточно было двух ложек, чтобы ее начинало тошнить. Однако доктора Кепвелла тревожил ее избыточный вес.
— Вы только на восьмом месяце, а уже весите двадцать девять с лишним фунтов, — говорил он. — Вам нужно похудеть.
— Но я и так почти ничего не ем.
— Старайтесь есть поменьше и почаще.
Обручальное кольцо врезалось Гоноре в палец, и она сняла его. Ночью она почти не спала, боясь неосторожным движением повредить ребенку, но стоило ей днем открыть книгу, как она мгновенно засыпала.
— Ты как сонная муха, — говорила ей Ви.
— Просто я сплю за двоих.
Ви внимательно оглядела ее.
— Ты плохо выглядишь.
— Я пытаюсь похудеть, и в этом вся причина.
— Ну ладно, раз доктор считает, что все в порядке, не буду к тебе приставать.
Восемнадцатого апреля Гонора проснулась от сильного толчка в животе. Она поднялась с постели, и из нее хлынула вода.
Отошли воды, решила Гонора, вспомнив описание родов в брошюре, которую дал ей доктор. Но почему так рано? До конца срока еще целых шесть недель!
Когда воды остановились, Гонора помылась и быстро оделась. Стараясь сохранить спокойствие, она набрала номер доктора Кепвелла. Приятный женский голос ответил, что доктор еще не начал рабочий день, и посоветовал ей оставить свой номер телефона.
— Он вам сразу же перезвонит, — успокоила ее женщина.
Гонора собрала постельное белье и задвинула кровать в стенку, затем еще раз проверила содержимое сумки — новые зубная паста и щетка, одеколон, гигиенические салфетки, два теплых халата, купленных на распродаже, две пеленки, две безопасные булавки, распашонка легкая и распашонка теплая с вышитым на ней кроликом — подарок Ви. Все было заранее приготовлено и сложено в большую сумку.
Гонора села и стала ждать звонка доктора, беспокойно посматривая на часы. А что, если сейчас начнутся роды?
Гонора прождала час, затем позвонила сама.
— Это опять я, — сказала она девушке с приятным голосом, — миссис Айвари. Я звонила вам в три, но прошел уже час, а доктор Кепвелл не перезвонил мне. Не могли бы вы связаться с ним снова?
— Я говорила ему о вас, — ответила девушка.
— Пожалуйста, свяжитесь с ним снова, — попросила Гонора. — Скажите ему, что схватки повторяются каждые семь минут.
На другом конце провода долго молчали, затем девушка заговорила снова:
— Доктор Кепвелл сказал, чтобы вы ложились в постель и ждали утра. Он будет ждать вашего звонка утром или перезвонит вам сам.
Из брошюры Гонора знала, что первые схватки начинаются за шестнадцать — восемнадцать часов до родов — «отцы не должны впадать в панику при первых схватках», — но ей было страшно одной в пустой квартире. Чтобы отвлечь себя от тревожных мыслей, она вымыла ванную и кухню. За окном забрезжил рассвет, и схватки повторялись уже каждые пять минут. Боль становилась невыносимой. Лицо и тело покрывались холодным потом.
Гонора позвонила Ви.
— Мне кажется, что маленький Айвари вот-вот появится на свет.
— Не беспокойся, детка, я скоро приеду.
Ви примчалась буквально через десять минут. Из-под зеленого пальто выглядывали черные кружева ночной рубашки — Ви даже не стала одеваться.
— Твой доктор будет ждать нас в больнице?
— Я пыталась связаться с ним дважды. Мне передали, что он будет ждать моего звонка утром, когда придет на работу.
— Господи! Ну-ка дай мне номер его телефона!
Ви что-то громко кричала в трубку. Похоже, доктор Кепвелл уже появился в больнице. Гонора корчилась от боли, когда Ви бросила трубку.
— Ну и мудак этот твой доктор! Слава Богу, он выезжает к тебе. Нам лучше подождать его на улице.
Вскоре прибыла карета «скорой помощи», но без доктора Кепвелла. Миловидная сестра помогла ей сесть в машину.
— Все будет в порядке, — кричала Ви, показывая скрещенные в знак удачи пальцы.
Гонору побрили тупой бритвой, поставили клизму и отвезли в палату, где уже были две другие роженицы и их мужья. Чтобы не кричать, Гонора до крови искусала губы.
— Вам уже пора рожать, а вашего доктора все нет, — сказала ей сочувственно миловидная сестра.
Доктор Кепвелл появился, когда Гонора уже не могла сдерживать крики, и они были слышны даже на улице. Он сразу потребовал сделать ей анестезию. Последнее, что помнила Гонора, были большая операционная и сердитый мужской голос:
— Боже милостивый! Вы же погубите и ее, и ребенка! Если это случится, я вышвырну вас из больницы, вы, мерзкий ублюдок!
Когда Гонора пришла в себя, на улице светило солнце. Во рту пересохло, и было трудно глотать. Все тело болело, особенно живот, где должен был быть ребенок. Не зная, родила ли она, Гонора погладила живот — он был забинтован.
Дверь палаты была закрыта. Из коридора доносились звуки мягких шагов и взрывы женского смеха. Какой-то странный звук, похожий на писк котенка, и тихий звон колокольчика привлекли ее внимание. Гонора прислушалась. Да это же детский плач! — догадалась она.
С трудом дотянувшись до кнопки звонка, Гонора позвонила.
Дверь тотчас же открылась, и в палату вошла пожилая сестра.
— Наконец-то вы пришли в себя, миссис Айвари.
— Я хочу видеть ребенка, — прошептала Гонора пересохшими губами.
Сестра подошла к кровати и разгладила и без того туго натянутые простыни.
— Все дети находятся в специальном отделении, дорогая.
— Но почему мне нельзя его увидеть? — Гонора заплакала.
— Хорошо, хорошо, дорогая. Доктор сейчас делает обход. Я позову его.
