со стола и подошла к Минхо, сидящему в кресле. Она хотела провести рукой по его шевелюре, зарыться в ней пальцами, как раньше, но он резко встал, грубо отодвигая её от себя. Эти игры его больше не трогали.
Гаюн недовольно фыркнула и, вздёрнув подбородок, с вызовом посмотрела в потемневшие от ярости глаза мужчины.
— Говорят, у тебя появилась девушка.
— А ещё, что я женат и у меня есть любовница, — с издёвкой добавил Минхо, пряча руки в карманы брюк. — Наверное, ты себя имела в виду, когда сочиняла эти сплетни.
— Я знала, что ты догадаешься, — надменно улыбнулась Гаюн. — Просто хотела обезопасить тебя. Нас.
— Да нет никаких нас! — взорвался Минхо, чувствуя, как горит внутри. — Это был просто секс. Ты сама пришла ко мне. И я просто тобой воспользовался, чтобы «снять напряжение». Ты должна была это понимать, ты не настолько глупая. Тем более что мы изначально обо всём договорились.
— Я делала это ради тебя! Ты попросил втереться в доверие к Джиу, потому что тебе надо было вернуть семейный бизнес. Ты обратился первым ко мне за помощью! — повышая голос, она тыкала в него ноготком, будто заклёвывая за провинность.
— За это ты получила должность менеджера IT, не так ли?
— Значит, называешь меня меркантильной? — выгнула она бровь, скрещивая руки на груди.
Минхо закатил глаза, не понимая, к чему весь этот разговор. Он, конечно, получил, что хотел, и даже больше, но их отношения с Гаюн давно закончились. А эта экспрессивная агония доставляла лишь раздражение.
— Чем она тебя зацепила? Чем?
— А тебе не приходило в голову, что я и её просто использую, как и тебя? На войне все средства хороши, не так ли? — оскалился мужчина, еле сдерживаясь, чтобы силком не вытолкать её из кабинета.
— Хах. Ты до сих пор злишься на ту фразу? Милый…
Она хотела дотронуться ладонью до щеки, но мужчина быстро перехватил её руку, крепко сжимая запястье.
— Я понял, что никому нельзя доверять, особенно тем, кто клянётся в любви, а после спит с твоим начальником или директором компании.
Испуганно округлив глаза, Гаюн отшатнулась. Она и не подозревала, что он всё знает. Знает о её связи с его отцом.
— Забыл добавить в этот список Ёндо. Только не пойму, он тебе рассказал ещё больше информации, чем ты узнала у Джиу, или думала так проследить за мной?
— Ты…
— Такая же мразь, как и ты. А теперь прошу покинуть мой кабинет. Немедленно!
Впиваясь каблуками в паркетный пол, Гаюн быстро вышла, чуть ли не хлопнув дверью, успев её придержать в последний момент. Фиаско. Полнейшее и безоговорочное для неё.
Минхо сел в своё рабочее кресло и, откинувшись на спинку, устало прикрыл веки. Он врал. Нагло и подло врал. Лицемерил только для того, чтобы достичь желаемого. Использовал любые средства, хорошо понимая, чем всё это может обернуться. Но он начал эту игру и назад отступать уже было нельзя. Единственное, в чём он просчитался, — был неосторожен, — в разговоре с Джемином о Юри, который Гаюн нагло подслушала.
За окном всё ещё палило жаркое солнце. Последние дни мая заканчивались жарой. Мужчина вспомнил, что так и не позвонил Юри. Хотя если быть откровенным, то просто не было сил. Его обуревали гнетущие мысли. Зря он так поступил с Гаюн, ведь она обязательно сделает подлость в ответ, а под удар снова попадёт Юри. Он снова и снова подставлял ту, которую просил доверять. Чувство предательства сжимало глотку невидимой рукой. Ассистент Ким не входила в его план, но он решил рискнуть, поступиться принципам, и теперь на кону не только была компания, но и она. И он не готов был терять ничего.
Трель телефонного звонка раздалась оглушительно громко, вырывая мужчину из задумчивости.
— Я подготовила документы. Ты уверен в том, что собираешься сделать?
— Да, — решительно ответил мужчина. — Ты же со мной?
— Трудно бросить младшего брата в беде, — хихикнула Йесыль и, посерьёзнев, добавила: — Отец согласился на встречу. Единственная просьба: в этот раз не ругайтесь.
— Я уже выпустил пар на Гаюн, жду ответки. Так что всё пройдёт хорошо, не переживай, — с сарказмом в голосе отвечал Минхо, понимая, что наворотил дел.
— Ты… — Йесыль не могла подобрать цензурных слов, поэтому пришлось взять себя в руки, чтобы не прибить братца. — Зачем? Она будет мстить. Как ты всё объяснишь Юри, если она всё расскажет? Могу поспорить, у неё даже фотки найдутся.
— Я облажался. Знаю. В очередной раз. Теперь и справка не поможет, — сокрушительно выдал Минхо, проведя ладонью по волосам.
— Ты пьёшь таблетки? — забеспокоилась сестра, зная о его состоянии.
— Да. И вчера был на приёме у врача, есть улучшение.
Эта невралгическая болячка оказалась так не вовремя. Благо всё поддавалось лечению, но у Ли теперь на всякий пожарный появилась привычка всё записывать. Буквально всё. Ведь на кону стояло слишком много и он не мог позволить себе оплошать.
— Хорошо. Главное, не наделай глупостей. Компания важнее. С Юри разберёшься позже.
— Знаю. Завтра всё решится.
— Тогда до завтра.
Минхо отключился и, отложив телефон на стол, подошёл к окну. Корейский пролив, через который извивался подвесной мост Каванан, будто застыл. Водная гладь, удивительно спокойная и лазурная, блестела на солнце, греясь в его лучах. Уже завтра Йесыль станет полноправным вторым директором компании. Она достаточно долго отлынивала от семейных обязанностей, занимаясь организацией концертов. Кажется, бунтарство — это у них семейное.
Ещё немного простояв у окна, Минхо всё же решился написать Юри.
«Прости, что нет времени позвонить. Сегодня вечером постараюсь исправиться. Целую и очень скучаю».
Семейный ужин в ресторане — вот чего не ожидал Минхо. Вся семья собралась за одним столом, чего не делала, кажется, уже больше пяти лет. Родители улыбались друг другу и беззаботно болтали о чём-то своём. Йесыль сидела по левую руку с Бэ Чонином, что уже было неожиданным, ведь она много раз отказывала ему. А тут они сидели рядом, держась за руки. Ещё на входе в зал ресторана он заметил их парочку, сидящую за общим столом, и решил не торопиться присоединяться к семейному ужину. Он вообще был не уверен, нужен ли он здесь. С отцом его отношения всегда были натянутыми. А портить идиллию своим присутствием и вовсе не хотелось, особенно когда ожидалась деловая встреча, а не семейные посиделки.
— Минхо, дорогой, садись, — увидела его мама, госпожа Ли Поён, радостно вставая с места.
— Привет, мама. Отец?
Минхо вёл себя сдержано, не особо надеясь на радушный приём. Всё дело в том, что
