— Какое невезение. Когда это произошло?
— Минуты две назад.
— Когда вы были в душе?
— Да.
— Мои извинения. Я все исправлю.
Джордж, прищурившись, посмотрел на меня с задумчивым выражением лица и взмахом руки завершил связь.
Софи откинулась на стуле и рассмеялась.
— А вы, и правда, любили эти деревья.
Я возобновила просмотр записи.
— Когда я приехала сюда, Гертруда Хант была в спячке. Гостиница не работала в течение многих лет. Без посетителей, она медленно умирала с голоду и провалилась в глубокий сон, похожий на смерть. Меня предупреждали об этом, но я не понимала, что это значит на самом деле.
Воспоминания об этом дне всплыли и захватили меня, принеся с собой резкий, интенсивный страх.
— Это был пасмурный весенний день. Двор представлял собой заросли кустов, старых деревьев и пожухлой травы, о которых долгие годы никто не заботился, и в центре этого беспорядка стоял полуразрушенный дом со сгнившей обшивкой и темными окнами. Я не чувствовала никакой магии. Никакого присутствия. Осталось не так много спящих гостиниц, и это был мой единственный шанс стать ее владелицей. Если бы я не смогла разбудить Гертруду Хант, мне пришлось бы вырастить новую гостиницу из семени, на это ушли бы годы. Я была так напугана, что гостиница мертва, что не смогла заставить себя зайти внутрь, так что я обошла вокруг дома, и затем увидела деревья. Их было двадцать, и все они цвели этими нежными белыми цветами с легким оттенком розового. Вот тогда я поняла, что гостиница еще жива.
Софи кивнула.
— Я понимаю. Джордж тоже это понимает.
— Я в этом сомневаюсь.
— Вы знаете, чем занимался Джордж, до того как стал Арбитром?
— Нет. — Плевать я хотела, чем он там занимался.
— Он возглавлял разведку нашей страны. Ему подчинялись все шпионы и контрразведчики. Среди десятков тех, кто занимал эту должность, он был лучшим. Самым хитрым и самым жестоким. Когда мы росли, он был самый добрым и нежным человеком, которого я знала. Теперь на его руках кровь сотен. Я знаю, что он заплатил за это огромную цену.
— Тогда зачем он это делал?
— Долг, — сказала Софи. — Джордж сделает все, что в его силах, чтобы выполнить свои обязательства, даже если ему придется пожертвовать частичку своей души ради этого.
Мой экран снова запищал. Что такое? Что опять? Я включила связь. На экране возникло лицо Арланда.
— Миледи.
Пощадите меня.
— Чем я могу вам помочь?
— Прошу прощения. Мои рыцари — это воины, создания поля боя. Они явились сюда, предвкушая битву…
— Лорд Арланд, буду признательна, если вы выразитесь яснее.
— Им скучно, — сказал он. — Совсем скучно. Я надеялся убедить вас организовать какое-нибудь развлечение.
— Я прослежу, чтобы предоставить вам что-нибудь сегодня вечером.
— Спасибо.
Я посмотрела на Софи. Она мне улыбнулась.
Я отпустила экран, позволяя ему втянуться в потолок. Изумруду придется подождать. Мне нужно купить достаточно продуктов для небольшой армии, посмотреть котят в приюте, и найти какое-то развлечение, чтобы занять отряд обученных убийц, или они никогда не оставит меня в покое. Проще простого.
Глава 8
Первой я купила мяту. Я даже не стала возиться с продуктовыми магазинами. Я взяла пару собачьих галет из кладовой и поехала прямо в «грязь и сорняки Минди». Минди выращивала английских спрингер-спаниелей, и содержала самый успешный питомник города. Эта женщина может посадить деревянную палку в землю, и она вырастет в шикарную орхидею в течение двух недель. Клюв, последняя призовая собака Минди, встретила меня у двери с выражением собачьего отчаяния на морде.
Минди клялась, что дома Клюв была опытным вором носков и ложек, которая не знала стыда, но всякий раз, когда я видела ее, черно-белый спаниель смотрела, как будто она была самая грустная, самая многострадальная собака во всем мире. Я дала ей два собачьих галета — один просто казался не достаточным для того, чтобы вытащить ее из утомленного отчаяния — поболтала с Минди, купила четыре больших ведра живой мяты и базилика, погрузила их в кузов автомобиля, и направилась в продуктовый магазин.
Список Орро сжег пятьсот долларов на еду и сорок пять минут моего времени. Я могла бы закупить хотя бы некоторые из продуктов дешевле и быстрее в Костко, но последний раз, когда я там была, на меня напали инопланетные монстры. К сожалению, женщина увидела меня и даже помогла мне. Когда она пошла, чтобы сообщить об этом, я спрятала улики, и это стоило мне всех моих сил. Я сбежала до того, как она вернулась с менеджером, и он, вероятно, посмотрел на неё так, как будто она сумасшедшая. Я не хотела с ней столкнуться, так что я ездила в Костко только во время ужина. Я встретила ее утром, и мне показалось, что у неё семья, поэтому я думала, что ужин это наименее вероятным временем для посещения магазина.
«Гэйм стоп» был рядом. Я купила PlayStation 4 и пару игр. Вампиры были бы в состоянии синтезировать дополнительные игровые консоли и программное обеспечение. На это ушли еще шесть сотен долларов. Мой оперативный бюджет заканчивался с такой скоростью, что если этот саммит продолжится дольше, чем неделю, я буду вынуждена начать попрошайничать, чтобы не отключили свет.
Я оставила зоомагазин напоследок. Нашла тележку и повернула налево, мимо аквариумов, наполненных стайками разноцветных рыбок, к ряду стеклянных клеток с кошками из местных приютов. В первой клетке был жирный, старый трехцветный кот, он спал, прижавшись задницей к стеклу. Нет. Слишком старый, слишком спокойный и совершенно по другому выглядит. Во второй клетке сидел небольшой светло-коричневый комочек шерсти. Густую шерсть окропляли темно-коричневые розетки. Я посмотрела на карточку. Злючка, трех месяцев от роду, женского пола, дружелюбная… с этого ракурса она выглядела как бенгальский тигр. Я наклонилась поближе.
Меховой комочек вскочил, как крошечное кошачье пушечное ядро, выстреленное из пушки, и набросился на стекло. Большие желтые глаза смотрели на меня и, ловя свет, святились ярче янтаря. Я приложила палец к стеклу и подвигала им вперед и назад. Злючка нападала на него лапками. Она не выглядела как Сердитый Кот, но она, безусловно, подходит под пункт прелестности. Я подошла к оставшейся занятой клетке. Большой серый кот смотрел на меня большими зелеными глазами. Его густой длинный мех распушился вокруг головы, как у мейн куна. В нем было что-то изящное, почти аристократическое, словно настоящего льва каким-то образом уменьшили до размеров кота. Я посмотрела на карточку. «Граф. Три года, самец, кастрирован».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
