вчерашней трапезы, присланной из ресторана. Лейтон еще не вставал, и дом казался пустым. Компанию мне составлял лишь паук, завтракавший мухой в центре своей паутины. На душе было тревожно и тяжело. Необходимость безвылазно сидеть в помещении, не смея даже нос на улицу высунуть, угнетала. Разумеется, я сама все это выбрала и нечего жаловаться. Но поныть-то могу?
Кроме начинающейся хандры, меня терзали мысли о бабушке. Боюсь, Юнна ди’Эльвейс сорвется с места и примчится в столицу. А как только обратится к стражам, узнает, что ее внучку разыскивает инквизиция. После чего к ней заявится сам великолепный лорд-инквизитор в восхитительном белом мундире с багровой мантией за плечами и предъявит счет за разбитый каррус.
Я надеялась, что Лейтон придумает, как послать весточку моей бабушке, чтобы успокоить ее и остеречь от визита в столицу, но тот с ходу заявил, что это плохая идея. По его словам, дать о себе знать родным, то же самое, что сдаться инквизиции. Первое, что делают служители закона — берут под строгий надзор родных. Я понимала, что в его словах есть логика, и именно такого шага от меня и ждут, чтобы поймать. Но совесть мучит не на шутку, и с каждым днем засыпать все труднее.
За это время я изучила распорядок дня артефактора. Несмотря на внешнюю несерьезность Лея, он довольно много работает, особенно по ночам, утром отсыпается, затем куда-то надолго уезжает, так что днем я в доме почти всегда одна. Вечером мы ужинаем вместе. Остатков ресторанной снеди хватает на весь следующий день. Мне остается только поддерживать порядок на кухне, да читать. Ну и, конечно, питать энергией кристаллы. Я наполнила уже четыре, и Лейтон не скрывает, что он весьма продвинулся в своих исследованиях. Вот только, что конкретно он изучает, я до сих пор не имею понятия. Но узнать очень хотелось бы.
Я отнесла чашку и тарелку к раковине, и только включила теплую воду, чтобы помыть их, как у входной двери кто-то осторожно постучал. Я закрыла кран и прислушалась. К стукам в парадную давно привыкла и уже не подпрыгивала и не пряталась, как поначалу. Лейтон обычно шел наверх, посмотреть, кого это там принесло, и, если порог обивал очередной кредитор, выходил и беседовал с ним на улице. Видимо, визитер разбудил хозяина, сверху послышались торопливые шаги. Вскоре Лейтон — немного заспанный и в полурасстегнутой рубашке — заглянул в кухню.
— Марика! Спрячься к себе, ко мне пришли.
Я без возражений прошмыгнула в прихожую и, откинув панель, нырнула в свое убежище. Однако к себе не пошла. Хотелось узнать, кто же там пришел.
Послышался какой-то шум, шарканье, стук.
— Зачем явился? — голос Лея прозвучал несколько напряженно.
Посетитель смущенно кашлянул.
— Мастер недоволен вами, мой лорд.
Вот так начался этот странный разговор, и я замерла возле перегородки, не желая пропустить ни слова. Не в моих привычках подслушивать, но любопытство толкало на этот некрасивый поступок. За эти дни я убедилась лишь в том, что жизнь артефактора окутана тайнами. Ну, как тут устоять? Снаружи вновь послышался шум, и я сообразила, что мужчины прошли в кухню.
— Вы задолжали крупную сумму, мой лорд, а таких вещей Мастер не прощает. Если не хотите окончить свои дни, случайно свалившись в реку Белонну, лучше вернуть пятьдесят тысяч, которые вам одолжили.
Я вздрогнула — не столько из-за угрозы незнакомца, сколько оттого, что скрипучий старческий голос показался знакомым. Однако в тот момент я предпочла не задумываться над мелочами, а не упускать ни слова из странной беседы.
Полудемон судя по голосу нисколько не испугался. Он хохотнул и протянул лениво:
— Уже пятьдесят? Хорошо растут проценты у твоего «мастера»!
— Он не любит, когда ему не отдают долги.
— Я думал, ты явился сюда рассказать что-то новое. Если нет, проваливай!
— Хозяин велел передать, что даёт вам ещё два дня. На вашем месте я бы постарался убедить его в том, что вы обязательно вернёте долг. Не надо шутить с такими вещами, молодой лорд.
Лейтон хмыкнул. Послышался глухой стук. Кто-то вскрикнул, а следом я услышала полузадушенный хрип:
— Пощадите, мой лорд! Не губите… Я всего лишь посланник…
Снова стук, словно что-то тяжёлое упало на пол.
— Извини, не рассчитал силу, друг. Некромагию трудно сдержать для малого урона. В следующий раз снесу башку, понял?
— Н-не надо, мой л… — прохрипел старик. Но Лейтон снова его прервал:
— Пожалуй, я всё-таки встречусь с твоим хозяином, но только потому, что у меня есть к нему дело.
— Мой лорд, не моё дело советовать… — вкрадчиво начал было старик, но полудемон не захотел слушать.
— Вот именно — не твоё. Передай, пусть ждёт меня вечером. И без фокусов.
Шаги в прихожей.
Не хотелось, чтобы Лей узнал, что я все слышала. Тихонько сбежала с лестницы и плотно притворила дверь своей комнаты. Уселась за стол и поскорее раскрыла позаимствованный у хозяина квартиры роман. Глаза заскользили по строчкам, но мысли бродили далеко. Я и так и эдак перекручивала фразы из подслушанной беседы. Почему именно этого кредитора Лейтон предпочел впустить в дом? Угрозы незнакомца звучали серьезно, и, несмотря на то что сам Лей ими вроде бы не впечатлился, меня бросало в дрожь при мысли, что бандиты осуществят угрозы.
Вскоре ко мне заглянул Лейтон и сообщил, что уезжает и вернется только поздно вечером. Он, как всегда, оставил два пустых кристалла на столе. Вскоре хлопнула парадная дверь. Я отложила книгу и взяла один из накопителей. Пока наполняла его, а это заняло не меньше двух часов, снова проголодалась. Полюбовавшись на концентрированную энергию, я направилась на кухню.
Но едва вышла из комнаты, заметила, что дверь в лабораторию, которую Лей всегда держит на замке, приоткрыта. Подозреваю, любопытство погубит меня, но и противиться ему не могла.
45
Доминик
Вместе с запиской от Ариэль в тайнике обнаружился крохотный фиал, аккуратно упакованный в мешочек из темной ткани. Прочитав записку, я быстрее ветра полетел назад, в департамент. Вызвал гнома по фамилии Рост (ага, эта шуточка уже навязла на зубах) — главного специалиста по ядам и проклятьям — и велел в кратчайшие сроки определить, что содержится в фиале. Наказав проводить исследования лично и в обстановке строгой секретности, чем немало озадачил зельевара, я отпустил Роста и велел секретарю никого ко мне не пускать.
Усевшись за стол, достал из подпространства записку и перечитал:
«Удачный денек, мой эйс! Нашла у хозяйки тайничок в изголовье кровати — удобная штука, кстати, и незаметная. Смахивала
