В 1908 году на Марсовом поле возвели большой велотрек, а в 1910 году, по проекту зодчего Е.Ф. Шретера, построили здание «Скейтинг-ринга» из железобетона, предназначенное для популярного тогда катания на роликовых коньках. Строение оказалось настолько высоким, что заслонило собой значительную часть фасада ансамбля Павловских гвардейских казарм – главного украшения Марсова поля.
Популярные в Европе «Скейтинг-ринги» в начале 1910-х годов стали массовым спортивным увлечением многих петербуржцев, причем не только молодежи, но и довольно солидных отцов семей и женщин бальзаковского возраста. Петербуржцы надели роликовые коньки. Английские инструкторы давали всем бесплатные уроки езды на роликах. Под «Скейтинг-ринги» в столице превращали помещения кинотеатров и даже некоторые театральные залы.
«Скейтинг-ринг» на Марсовом поле. Фото начала ХХ в.
Режиссер Н.В. Петров в своих воспоминаниях отмечал, что «Мейерхольд не умел кататься на роликах, но очень хотел попробовать что это такое. Через какие-нибудь полчаса после того как мы пришли, все бросили кататься и смотрели, как Всеволод Эмильевич обучается катанию на роликах. Из такого, казалось бы, бытового пустяка он умудрился создать любопытнейшее театральное представление, причем окружавшие его зрители были глубочайшим образом убеждены, что он великолепно владеет роликами и, как прекрасный эксцентрический актер, демонстрирует свое якобы неумение кататься».
Однако следует отметить, что в 1912 году все «Скейтинг-ринги» начали пустовать, а затем эти заведения, в том числе и железобетонный гигант на Марсовом поле, закрылись одно за другим и были снесены.
В Петербурге с давних времен успехом у публики пользовались разного рода панорамы – картины больших размеров с объемным первым планом. Они обычно помещались на стене специально возведенного круглого здания с верхним светом. Зритель, находящийся внутри здания панорамы, получал иллюзию реального пространства по всему кругу горизонта.
В их изготовлении нередко участвовали известные художники и талантливые декораторы. В 1909 году на Марсовом поле открылась панорама Севастопольской обороны, созданная русским живописцем-баталистом, профессором Академии художеств Францем Алексеевичем Рубо.
Ко дню солнечного затмения 4 апреля 1912 года на Марсовом поле специально соорудили небольшой павильон, где все желающие могли за небольшую плату наблюдать в телескоп прохождение дневного светила сквозь тень Луны.
Вплоть до 1917 года Марсово поле оставалось популярной ареной самых разнообразных спортивных состязаний даже мирового уровня. В частности, здесь проходили конькобежные соревнования на первенство мира. Между прочим, территория бывшего «Пустого луга» стала местом одного из первых хоккейных российских матчей.
В конце 20-х годов XIX века в Петербурге появилась традиция торговых Вербных недель, проходящих, как правило, под открытым весенним небом накануне великого христианского праздника Пасхи в различных частях столичного города, в том числе и на Марсовом поле.
Марсово поле. 1910 г.
Весенние базары на Марсовом поле в период Вербной недели посещались в основном горожанами средней руки и бедной частью населения Петербурга, а особенно детьми. Они всегда находили для себя на прилавках, наскоро сбитых из досок, игрушечные домики, вырезанных из дерева лошадок, крашенные яркие пасхальные яйца, куклы, фигурки животных и незамысловатые дешевые сласти, особенно пряники, леденцы и халву.
Базар на Марсовом поле на Вербной неделе. 1895 г.
Удивительно, но Октябрьский переворот 1917 года не принес особых ограничений и перемен в Вербную неделю, так же как не мог новый режим отменить самой весны и ее основного признака – расцветающей раньше всех вербы.
Мало того, число Вербных базаров в советском городе даже увеличилось. Правда, справедливости ради, следует отметить, что на уличных базарах и на Марсовом поле несколько изменился ранее существовавший ассортимент предлагаемых покупателям товаров. Газета «Петроградский голос» сообщала, что «на смену пряникам, халве и лошадкам теперь пришли книги, реквизированные у буржуев, буржуйская посуда и ее разная домашняя утварь». От царского времени на прилавках тогда осталась лишь популярная детская игрушка с традиционным народным названием «американские жители». Конструкция ее была несложной. В прозрачной стеклянной пробирке, заполненной обычной водой и заткнутой сверху резинкой, плавал стеклянный пучеглазый чертик с хвостиком и рожками. Ребенок, становившийся обладателем этой игрушки, нажимал пальцем на резиновую пленку и житель пробирки начинал нырять, подниматься кверху и забавно вращаться. Правда, несознательные смелые мальчишки с окраин Северной столицы, продававшие игрушку на Вербном базаре Марсова поля, переименовали «американского жителя» и в 1918 году, громко выкрикивая призывы о покупке своего товара, они теперь выразительно указывали руками на ворох игрушек и с гордостью объявляли потенциальным покупателям: «А вот – большевик в банке!»
В первое десятилетие ХХ века Петербург интенсивно застраивался многоэтажными домами. Не хватало мест для строительных площадок. В столичную управу поступали весьма сомнительные предложения о засыпке городских каналов и постройке на их месте огромных зданий и трамвайных линий. К счастью, благодаря профессионализму и дальновидности гласных городской думы все эти спекулятивные проекты единодушно заблокировали. Многих тогда привлекали и просторы огромного и пустынного Марсова поля, на котором, по мнению городских предпринимателей и архитекторов, можно было построить гигантские жилые дома и даже новый императорский театр для балетных и оперных спектаклей на две тысячи зрителей.
В 1906 году у зодчих возникла новая идея возвести в центре пустынного тогда поля массивное здание Государственной думы.
К счастью, и это предложение не было реализовано. Однако в те предреволюционные годы никто не мог предугадать, что на Марсовом поле все же вскоре развернутся строительные работы, единогласно поддержанные большинством жителей Петрограда, свергнувших с престола последнего русского царя.
23 марта (5 апреля) 1917 года на Марсовом поле состоялись торжественные похороны погибших во время Февральской «бескровной» революции. В отрытую в центре поля огромную братскую могилу под прощальные выстрелы с бастиона Петропавловской крепости опустили 180 гробов.
Возбужденные легкой победой над самодержавием и тиранией народные массы вначале потребовали захоронить погибших на Дворцовой площади, а перед оплотом проклятого самодержавия – Зимним дворцом, установить величественный памятник. Толпы жителей Петрограда, солдат и матросов, собравшихся на исторической площади города, не мешкая приступили к рытью братской могилы неподалеку от Александровской колонны, которую вначале даже попытались общими усилиями свалить с пьедестала «как ненавистный символ проклятого прошлого».
Заступником площади и исторического памятника стал писатель Максим Горький, явившийся с депутацией интеллигенции в Петроградский совет и убедивший его функционеров захоронить погибших в дни Февральской революции на Марсовом поле – месте, где в дни восстания проходили манифестации и митинги.
Процедура захоронения жертв Февральской революции состоялась почти два месяца спустя, ибо необходимо было вынуть более двухсот кубометров промерзшей земли, изготовить около 190 оцинкованных гробов, опознать убитых и подготовить в деталях всю процедуру похорон. В соответствии с документами в четырех братских могилах захоронено 184 человека (по 46 в каждой).
Ритуал захоронения каждого убитого сопровождался пушечным выстрелом с крепости и был лишен религиозного характера. Духовенству решением Петросовета запретили присутствовать в этот день на Марсовом поле.
5 апреля 1917 года (по новому стилю) Исполком Петросовета объявил нерабочим днем. Магазины закрылись. Трамвайное движение остановилось.
Петроградские газеты тогда писали: «Улицы города заполонили колонны демонстрантов с красными знаменами и транспарантами. Сопровождающие колонны духовые оркестры играют траурные марши. Везде красный цвет – красные платки на головах женщин, пурпурные повязки на рукавах, банты в петлицах, красные ленты через плечо у распорядителей колонн, огромное количество ярко красных знамен.
Организованные похоронные процессии двигались к Марсо ву полю районными колоннами, каждая по своему маршруту от места, где находились тела убитых. Так, колонна Выборгского района выходила от часовни Военно-медицинской академии, Невского – от Николаевского военного госпиталя на Суворовском проспекте, а Петроградского – от часовни Петропавловской больницы. Время начала движения от сборных пунктов колонн было разнесено от 8 часов до 13 часов 30 минут.
