голову. Чуть не с яслей говорила, что выйдет за меня замуж. Таскала на все праздники, представляла женихом. Сначала я ей подыгрывал, поскольку не хотел расстраивать родителей, да и девочку, а потом и девушку необходимо проводить. И не заметил, когда все вышло из-под контроля и превратилось в манию.
— А может, тебе порвать с ней? Сколько ты выдержишь после того, как поженитесь? — подал Игорь очередную гениальную идею.
Я посмотрел на него как на пришельца. Будто не знал, что это в принципе невозможно. Пока Алиса владеет долей компании, нам никуда не деться друг от друга, а она не собирается с ней расставаться.
Перед глазами снова возникли разметавшиеся по подушке светлые волосы. Тонкие руки. Жемчужная в лунном свете кожа. Розовые полуоткрытые губы, которые только утром я целовал. Сегодня утром. Так недавно. А кажется, что все это было века назад, в другой жизни, в другой реальности, которую я сам покинул и в которую мне уже не вернуться.
— Не вариант, — бросил я и вдавил в пол педаль газа.
Глава 52. Марина. Сотрапезник
Слава богу, он ушел. Надеюсь, что дела задержат, и до конца рабочего дня я его не увижу. А задерживаться сегодня не намерена.
Я почти не слышала девушек, но каждый раз, стоило почувствовать его пристальный взгляд, принимала в беседе самое живое участие. Сама старалась на него не смотреть, да и видеть, как Алиска к нему льнет, словно мартовская кошка, ест с его тарелки и пытается накормить со своей вилки, было не очень приятно. Такое показушное, приторное проявление чувств не для меня, и я невольно передернула плечами.
— М…можно к вам, — разрезав, словно ножом веселую трескотню девчонок, раздался над ухом неуверенный голос.
Я машинально обвела взглядом пустующие столики и недоуменно подняла голову, рассматривая возвышающегося над нами мужчину. Модная несколько сезонов назад фиолетовая рубашка в мелкий розовый цветочек. И опять с коротким рукавом! Узкие брюки, не из-за моды, слишком маленькие, чтобы натянуться на какой-то женственный зад. Ремень под крокодила, а по краям торчат нитки основы, демонстрируя всем происхождение этого ремня — из кожи молодого дерматина. На ноги уже не рискнула смотреть. Если снова сандалии надеты на носки, то съеденный обед имеет все шансы не усвоиться.
— Мужики сказали, что слишком много работы, а из наших здесь только вы, — пояснил он, правильно истолковав мой взгляд. — Ну, кроме начальства, — судорожно мотнул на стол директоров. — Так, можно?
— Конечно, — подвинулась я, а девчонки недружелюбно замолкли и старались не смотреть на нового соседа.
Криста вообще встала и демонстративно пересела на противоположную сторону и при этом сквасила такую мину, будто от Сергея дурно пахло.
За что они так? Ну чудаковатый, так у всех свои тараканы.
Но Сергей, кажется, даже не замечал враждебности девушек, он сел рядом со мной и сопел над ухом, пока я старалась возобновить обсуждение.
— Как вы относитесь к готичности в одежде? — старательно игнорируя касающееся шеи горячее дыхание и тщетно пытаясь не замечать того, как Алиска стреляет в меня злым взглядом, обратилась я к девчонкам.
Криста сразу оживилась.
— Готичность? Это круто. Но ведь у нас другая концепция. Воздушное, летящее. Разве нет?
И все головы заинтересованно повернулись ко мне.
— А кто сказал, что нельзя совместить готику и летящие силуэты? — заговорщицки улыбнулась. — Я же говорила — не бойтесь, экспериментируйте. А еще готику можно скомбинировать с кружевом и создать этакую жесткую женственность. Как вам? — девушки выглядели не на шутку заинтересованными и даже отодвинули полупустые тарелки, чтобы не мешались. — Вернемся в кабинет, покажу вам, что мне удалось нарисовать.
— Как стилус слушается? — неожиданно вклинился Сергей.
Девчонки, кажется успели забыть о его присутствии и вздрогнули.
— Представляете, — неуверенно улыбаясь, он неловко пытался поддержать разговор. — Поставил на железо новую прошивку, а о драйверах забыл, и в итоге стилус вытворял черте что. Смешно, правда? Вы ведете линию в одну сторону, а курсор бежит в другую или вообще рисует кривую, — Сергей коротко хохотнул и обвел замолчавших девушек вопросительным взглядом.
— Да, было бы забавно, — пришла я ему на выручку, — вот только руководство торопит с эскизами.
— Поэтому я постарался все исправить как можно быстрее, — воодушевленно ответил Сергей.
Кажется, его обрадовало, что я не стала отмалчиваться, как остальные.
— Да, спасибо. Вы очень быстро все исправили, — улыбнулась я, собираясь вернуться к обсуждению.
— Я за кофе, — Сергей встал и снова обвел всех взглядом, словно ожидая, что его остановят, но девочки продолжали молчать, и только когда он ушел, облегченно выдохнули.
Воспитывать их и учить такту не ходило в мои обязанности, поэтому мы вернулись к обсуждению насколько эклектичной может быть будущая коллекция. А я планировала, что как раз плащ Ван Хельсинга и станет ее визитной карточкой.
— Вот и кофе, — кофе перед моим носом и Сергей сбоку появились одновременно.
— О, спасибо. Но, вроде бы, я не просила? — удивленно посмотрела на компьютерщика, а девчонки тем временем как-то странно переглядывались и посмеивались.
— Я подумал… вдруг захотите… вы же это… любите кофе, — он снова уселся рядом.
— Спасибо, — я обхватила высокий стакан и втянула горький аромат. Самый простой — кофе и молока — без каких-либо изысков, но даже он взбодрил засыпающий после обеда мозг. — Ну что, обвела взглядом притихших девушек. — С новыми идеями и пищей для размышлений за работу?
Будто только этого и ждали, девчонки вскочили и поспешили к лифтам под растерянным взглядом Сергея.
— Еще раз, спасибо вам большое. И за кофе тоже, — тепло ему улыбнулась и тоже покинула кафетерий.
Глава 53. Вадим. Переговоры
— Вообще-то, наверное, стоило взять и Марину, — заметил Игорь, пока мы толкались в дневных пробках. — Что мы с тобой можем посмотреть? Качество? Согласовать объемы, цены, график поставок и условия оплаты? Но саму ткань все равно ей подбирать.
Мысль, конечно, дельная. Вот только находиться рядом с Мариной и видеть ее такую чужую, такую отстраненную и равнодушную я не мог. А как буду дальше с ней работать, после выпуска коллекции, даже представить не мог. Скорее всего, она уйдет. И будет полностью права. Это я, из-за собственного малодушия, несдержанности, все испортил.
Да, я злился на себя. На собственное легкомыслие из-за которого лишусь общества Марины, а ведь не успел его даже как следует распробовать. Поэтому ответил резче, чем хотел:
— У нее сейчас итак дел непроворот и совсем не до того, чтобы терять время в пробках. Это мы с тобой бездельники можем себе
