пройдёт гладко, то появится магический голем, который должен будет отхлестать главу тайной канцелярии по заднице. Отомстить за наши страдания и восстановить справедливость.
Хотя мы здесь не были согласны с рыжей. Как раз наше наказание и было той самой справедливостью. Получили за дело.
Не довели технику до нужного результата и наделали кучу ошибок. Пусть всё и вышло даже лучше, чем мы задумывали, но легко могла случиться и трагедия. Силы в печать было влить немерено.
Мы развернулись в первой зоне и начали работать.
Самым лучшим нейтрализатором сырой магической энергии является простая земля. Именно сырой энергии, что очень часто вырывается во время подобных аттестаций. Поэтому в аттестационных боксах напольное покрытие представляло собой тонкие бамбуковые настилы на манер жителей Ниппонских островов.
В случае непредвиденной ситуации магическая энергия с лёгкостью проходит через такие настилы и уходит в землю, гденейтрализуется. Поэтому нам не составило никакого труда убрать настил, чтобы работать исключительно с землёй.
Здесь уже Ленка была впереди планеты всей. Специфика её силы позволяла легко работать даже с землёй, словно какому-то геоманту.
Мы были на подхвате, пока рыжая рисовала схему, оставленную её предком. Рисовала специальными красками, сделанными из каких-то необычных растений, выращенных силой Шуйских.
Краски слегка фонили магией, а ещё пахли опасностью. Работать с такими не сможет никто, кроме людей, в ком течёт кровь Шуйских.
Поэтому мы и не лезли. Лишь помогали выверить нужный угол, отмерить расстояние от одной точки до другой и всё в этом роде.
Вместо запланированных трёх часов провозились почти пять. Но зато Ленка была уверена, что сделали всё идеально. Романов останется очень доволен, как и все члены аттестационной комиссии. А это директор, два завуча и Годуновы.
Мы же с Мирой и Гришкой думали о том, какое наказание получим за эту выходку. По всему выходило, что ремнём или выговором здесь точно не отделаться.
Но сколько ни думали, так ничего и не пришло в голову. Узнаем по факту.
Затем были быстрые сборы и очередная перебежка от столба к столбу в предрассветных сумерках.
За время нашего отсутствия охранники собрались в общую кучу. Это они правильно, так спать теплее. Вот только им уже пора было просыпаться. И если я, Ленка и Гришка здесь ничего не могли сделать, то Мира заявила, что должна справиться.
А пока она это делает, рыжая должна переправить меня и Гришку через забор. Я уже знал, что нам предстоит, поэтому на этот раз смог сдержаться и даже ни разу не выругался. Зато Гришка отрывался по полной. Столько много слов от него не слышал ещё ни разу.
Ну а довольная собой Ленка светилась от счастья.
Как только мы оказались за пределами школьной территории, начала действовать Мира. На улице уже было достаточно светло, чтобы увидеть, как её глаза загорелись красным, и над головами мирно сопящих охранников появилась едва различимая красноватая дымка.
Сразу после этого они начали ворочаться, что-то говорить во сне, а один даже хныкать. Не прошло и десяти секунд, как вскочил первый охранник, осмотрелся по сторонам и, наткнувшись на красные глаза Миры, в ужасе бросился в сторону школы. Вскоре за ним подорвались и остальные, поскуливая, словно увидели самого жуткого монстра, что можно только представить.
Уже через полминуты после этого Мира стояла рядом с нами и улыбалась как ни в чём не бывало. Словно это не она только что напугала до поросячьего визга трёх взрослых мужиков, наверняка прошедших горячие точки и повидавших много всякого разного, отчего нормальный человек не смог бы нормально спать.
— Страшная ты женщина. Никогда не буду с тобой ругаться, — произнёс я, после чего мы поспешили по домам.
К тому же в школе сработала сигнализация. Видимо, охранники слишком уж испугались кошмаров, что на них наслала Скворцова.
* * *
— Максим, ты уверен, что не нужно с тобой никому идти? Всё же твоя первая аттестация. Я слышала, что для магов это очень важный день, — спросила меня мама перед выходом из дома.
— Точно, мам. Ничего там интересного не будет. Да и ты же знаешь, как я отношусь к тому, что мне несказанно повезло стать наследником «самого Андрея Благословенного», — здесь я, как всегда, закатил глаза и воззвел руки к небу. Отчего мама лишь улыбнулась и покачала головой.
Пока никому не нужно знать, что я постепенно пересматриваю своё отношение к магии. А в будущем и вовсе стану одним из самых рьяных защитников униженных и оскорблённых, то есть магов. Правда, до этого ещё очень далеко, а пока меня ждёт первая в жизни аттестация.
Возможно, самая весёлая за последние десятилетия и уж точно самая запоминающаяся не только для нас, но и для членов аттестационной комиссии.
Папа высадил меня за квартал до школы и отправился на работу.
Оказывается, в Новой Слободе, несмотря на всю привилегированность городка, не было ни одного нормального механика, и чтобы починить машину, необходимо было ехать в столицу. Поэтому папа быстро нашёл для себя работу и был нарасхват. У него уже очередь расписана на пару месяцев вперёд.
А мама устроилась по прежней специальности и теперь отвечает за патриотическое воспитание новослободской молодёжи. В том числе и детей аристократов, что возлагает на неё дополнительные обязательства. Поэтому работает она не покладая рук, а все домашние дела совершенно незаметно перешли к Иллариону.
Но он даже рад такому развитию событий. Ждёт не дождётся, когда я пройду аттестацию и выставят оценки за год, чтобы передать наследие своего бывшего хозяина.
Родители у меня при деле, как и обещал Романов. Но и я не занимаюсь битьём баклуш. Вот сегодня и посмотрим, чему наша четвёрка смогла научиться за первый учебный год в школе магии.
На дворе стояло тринадцатое мая две тысячи двадцать седьмого года. Солнце уже грело по-летнему, кругом всё зеленело и цвело, летали бабочки, пчёлы и прочие труженики мира насекомых. Настроение было отличное. Пахло чем-то очень вкусным. А через две недели будет наш общий день рождения.
Что может быть лучше? Только сегодняшняя аттестация, на которую приехали очень влиятельные люди.
Мало того что территория школы всегда была закрыта для всех, кроме учеников и персонала школы, сегодня она была закрыта даже для них. Допуск был только у нашей четвёрки и аттестационной комиссии.
Поэтому папа и высадил меня так далеко от школы. Просто дальше нельзя было проехать. Всё перекрыли машины тайной канцелярии. До школы можно было добраться только пешком.
По пути меня догнала сперва Мира, которая начала приставать
