сказала тень. Она вдруг опустила руку с топориком. – Даже и не думай, – непонятно повторила она и побледнела, растаяла.
Девушка прижалась к парню, и он почувствовал ее тугой живот.
– Ты чего? Опять кошмар приснился?
– Шило и мочало, начинай сказку с начала. – Он успокаивающе похлопал жену по спине.
А Голубчик стоял и смотрел на ледоруб, вонзившийся в голову сенсея. Упыри внутри «Лексуса» выли, бесновались. Голубчик выдернул лезвие из черепа Плохиша, но тот не упал, а начал испаряться под лучами восходящего солнца, оседая как куча прошлогоднего снега.
Голубчик шагнул к машине, дернул дверь и изготовился к битве.
Александр Кофман
Убежать от войны
– А жена твоя где? Дети? – Обрюзгший следователь лениво цикнул зубом и умелым щелчком отправил гильзу от беломорины в корзину для бумаг, стоящую в углу комнаты.
Напротив него, скособочившись и сжавшись в комок, на табурете сидел подследственный. Большей дисгармонии, нежели его внешний вид и убранство кабинета, придумать было чрезвычайно тяжело. Узкие джинсы, ярко-кричащая ковбойка на голое тело, искусно обработанная лучшим барбером Москвы шевелюра, ламинированная (не более трех миллиметров!!!) щетина, пирсинг и выразительные разноцветные татуировки то тут, то там выглядывающие из-под одежды, завершали образ. Собственно, сейчас все вышеперечисленное находилось в крайне запущенном, грязном и замызганном состоянии. На вопрос следователя бедолага ничего не ответил и только еще сильнее застучал зубами.
– И партаки на тебе занятные, никогда таких не видел, – оживился следак, – где набили? В какой зоне? Это где ж у нас так мастырить научились? – неожиданно следователь посерьезнел и внутренне собрался… – Или это не у нас делалось? – Засопев, он полез в стол, откуда достал залитую жиром и крайне потрепанную тетрадь. – Ду ю спик инглиш? Парле ву франсе? Шпрехен зи дойч? – по слогам прочел он.
Подследственный с тоской поднял глаза на портрет над головой следователя и тоскливо завыл. Он неожиданно вспомнил, кто так лукаво и с прищуром улыбается ему с пожелтевшего картона. На него с улыбкой смотрел Лаврентий Павлович Берия…
Сербский ресторан «Пршут». Москва
– Не понимаю я тебя, Юрочка, – молодой человек откинулся в кресле и жеманно потянулся, – какая Грузия? Какой Казахстан, прости господи, – он, прикрыв рот ладошкой, шаловливо захихикал, – ты всерьез веришь, что где-то в Ашхабаде тебе подадут твой любимый сельдереевый смузи?
– Ашхабад – это Узбекистан, – неуверенно ответил его собеседник. Столица Казахстана Ташкент, по-моему.
– Ашхабад, это Таджикистан, Ташкент – столица Узбекистана, а столица Казахстана, куда вы намылили свои тощие жопы, называется Астана. – К столику подошел немолодой уже человек, короткая стрижка которого и строгая выправка сразу указывали на военное прошлое, а легкий акцент на уроженца Балканского полуострова. – Вам, молодые… кхм… люди, я от души рекомендую Казань. Столицу Татарстана. Центр цивилизации, высокие технологии и хай-тек, сконцентрированные в вершине инженерной мысли, городе мечты Иннополисе. – Он блаженно зажмурился и отошел к барной стойке.
Бармен, широкие плечи, стрижка и акцент которого так же указывали на определенный бэкграунд, тщательно натирая стакан, поинтересовался:
– Так Татарстан – это же Россия, командир, что ты им насоветовал?
– Работай, сержант, – ухмыльнулся тот, – пока эта плесень выучит географию, Россией станут и Узбекистан, и Таджикистан. Я уж о Киеве и не говорю.
– Тощие жопы?! – возмущенно донеслось от столика у окна. – Официант, рассчитайте нас, ноги нашей не будет здесь! Ужасная, дикая, отсталая страна с варварскими условиями и ценностями! Скорее бы уехать! Как мне не хватает свежего воздуха в этом душном полицейском государстве! Юрочка, отвези меня домой, мы собираем вещи немедленно и уезжаем в Ка… в Казань? Это хамло говорил «Казань»? Чтобы меня, известнейшего на всю эту Рашку инфлюэнсера, оскорбляло какое-то кабацкое быдло!
– Ты совершенно прав, Сержик, – поддакивал ему собеседник. – Поехали, милый. Нас ждет просвещенная и чистая Европа. В Казань!
Владелец сербского кафе, тот самый пожилой мужчина, крепко зажав в зубах сигарету, задумчиво смотрел на удаляющуюся вихляющей походкой парочку. Затем, выпустив сквозь сжатые губы струйку ароматного дыма, не оборачиваясь, спросил:
– Повестку получил?
– Да какая повестка, Драган. – Бармен жестом попросил прикурить и, затянувшись, продолжил: – Сам пошел, сказали ждать звонка.
– Собирай наших, Милош, – седовласый с силой затушил окурок, – всех, до кого сможешь достучаться.
Утром Юрия разбудил плаксивый голос Сережи.
– Ю-ю-ю-юр, Казань, это же тоже Рашка! – Его лицо скривилось в плаксивой гримасе. – Этот поганый мужлан нас обману-у-у-ул.
Юра сел на кровати, свесив тощие ноги, покрытые затейливым цветным узором ничего не значащих иероглифов, цветов, драконов и прочего. Растерянно затрусил головой, с силой потер лицо.
– Как Россия? – наконец, собравшись с мыслями, спросил он.
– Ну да, – расстроенно подтвердил Сережа, – я с утра на сайт полез билеты брать, удивился, что дешево, начал копать и выяснил.
– Значит, Казань нам не подходит, – сделал глубокомысленное заявление Юрий, – поедем в Европу. Как я и планировал маршрут: Верхний Ларс – Грузия – Прибалтика – Польша. И давай спешить, Серж, не сегодня-завтра суровый прапорщик принесет нам под дверь повестки и «пришла пора отдать долг Родине, сынок», – он глумливо захохотал.
Сергей зябко поежился. Перспектива нахождения в компании суровых мужчин его не то чтобы пугала и в определенных обстоятельствах он бы даже обрадовался. Но, та же перспектива, помноженная на суровые степи Украины, где, по его мнению, он будет просто обязан насиловать женщин и воровать унитазы, да помноженная на неопределенность сроков пребывания и риск быть убитым в бою светлолицым воином добра и света, угнетала до состояния риз.
А ведь только стала налаживаться жизнь. Миллионные просмотры в инсте, где Сережа жеманно описывал особенности удивительных стран, в которых он якобы побывал за последнее время, хотя на самом деле за всю свою жизнь не выезжал за пределы Москвы ни разу, как только переселился сюда из глухой деревушки под Пинском. Особенности их кухни, обычаев, которые он придумывал сам «на ходу» или находил в интернете… Миллионы пубертатных подростков и домохозяек бальзаковского возраста, обливаясь восторженной слюной, обсасывали умело прифотошопленные фотографии Сергея на знаменитых фонах то Карибского бассейна, то суровой Африки, то культурной и чистой Европы. То, что культурная и чистая Европа, ныне загаженная до состояния общественного туалета, осталась только на фотостоках, не интересовала ни Сережу, ни его почитателей. Молодая жена, с которой он приехал из Пинска покорять Москву, терпеливо сносила все финансовые невзгоды, пока Сергей покорял вершины блогинга, ухитрилась даже родить, но оказалась не готова к его ошеломительному финансовому успеху.
То ли дело Юрий. Тонкий, ироничный, все понимающий Юрий. В общем, жена с ребенком осталась за бортом истории, отправившись с ребенком обратно в
