– Знаю, прозвучит глупо, но мне тогда и правда очень нравился Джей-Джей.
Признание, полное сожалений.
– Он много знал, действовал и говорил без колебаний. И даже в чужой стране выглядел свободным. Однако Худжун признался раньше и общался со мной дольше. Тогда я была наивной, словно ребенок.
Инхён грустно улыбнулась, как бы признавая свой неправильный выбор.
– Я говорю о том, что не подозревала о подобном исходе. Нам всем пришлось пройти через очень долгий путь.
– Но Худжун все еще заботится о тебе, – тихо произнесла Гынён.
– Я знаю, поэтому и пришла к тебе. Думаю, он еще не понял, что его чувства – это уже не любовь, а сострадание. Если буду держаться за это, то Худжун никогда не сможет забыть меня. – Девушка вздохнула с сожалением. – Скажи ему, пусть не пытается больше меня защищать. Я виновата в своем неправильном выборе. Он достаточно натерпелся из-за меня, я больше не могу на это смотреть. Хочу, чтобы Худжун думал обо мне как о женщине, ставшей просто воспоминанием.
Инхён грустно опустила голову.
– Скажи ему это сама. Я не хочу быть посредником между вами.
Гынён не соврала, она не горела желанием передавать такое Худжуну.
В тот момент Худжун смотрел бы на нее и видел Инхён. Когда Гынён подумала об этом, ее сердце сжалось. Она испытала боль в груди, словно от удара ножом.
Вероятно, Худжун испытывал такую же боль каждый раз, когда встречал Инхён.
На мгновение она почувствовала, словно кровь, которая до этого циркулировала по телу, застыла.
– Ты ведь знаешь, что я не могу приближаться к нему.
Слова Инхён привели Гынён в чувство. Сейчас не время поддаваться эмоциям.
Гынён посмотрела на Инхён, глаза которой наполнились слезами. Почему Джей-Джей преследует такую невинную девушку? Все это время она не хотела верить, что мужчина болен и ему нужна помощь, но сегодня она убедилась: Джей-Джей должен лечиться. Он сумасшедший.
Гынён тоже заплакала из жалости к Инхён. Когда на ней был яркий макияж, такого не ощущалось, но сейчас она словно главная героиня из трагического фильма, которую было невыносимо жалко.
– Передай ему, пожалуйста, мои слова. И не оставляй его. – Инхён на мгновение задумалась, а потом продолжила: – Мне следовало закончить все тогда. Я не умела ни петь, ни играть, но слишком верила в свою мечту. Скорее это была жадность. Я хотела стать лучшей, но оказалось, я ни на что не годна. Я сожалею о своем решении каждый день.
Затуманенным взором Инхён посмотрела сначала на Гынён, затем на часы, а после медленно поднялась.
– Пришло время нам прощаться. Мне пора. Спасибо, что встретилась со мной. Давненько я так долго ни с кем не разговаривала.
Гынён окинула Инхён долгим взглядом, ожидая, что она скажет что-то еще. Но девушка лишь улыбнулась, словно вложив в это все эмоции.
– Надеюсь, мы когда-нибудь еще встретимся. Мы же встретимся? – осторожно спросила Инхён.
Антифанатка посмотрела на нее и кивнула. Инхён опять улыбнулась, словно ребенок, которому Санта пообещал подарки к Новому году.
– Спасибо! Я пойду.
Инхён тут же вышла из ресторанчика.
Все произошло так быстро. На глазах Гынён навернулись слезы, пока она наблюдала, как удаляется Инхён, чьи волосы развевались в лучах солнечного света. Интересно, куда она так спешит? Гынён задумалась, помогает ли время исцелять боль.
Инхён, перенесшая столько тягот, не выглядела смелой или неуязвимой. Она просто девушка, которая не могла забыть свою любовь и в то же время перестать беспокоиться за Худжуна, готового на все ради нее.
Гынён задумалась: что, если она настояла бы и они вместе с Инхён сбежали? По какой-то причине девушка чувствовала сожаление.
Как долго еще Инхён сможет так жить?
![]()
– Причина, по которой я решил покинуть компанию, заключается в том, что мне было некомфортно работать без какой-либо поддержки. Хотелось иметь право выбора, а его у меня не было.
Как только Гынён вернулась в квартиру и села на диван, она услышала голоса Худжуна и Джихяна.
– В данной ситуации это не произойдет быстро.
Девушка не знала, о чем говорили мужчины, но оба были слишком серьезными. Гынён молча посмотрела на них.
– Не обязательно быстро. Привет! – Во время разговора с Джихяном Худжун заметил Гынён.
– Что? – Погруженная в свои мысли Гынён посмотрела на Худжуна.
– О чем ты так задумалась?
Девушка не хотела обсуждать это при всех. Гынён прижала ладонь ко лбу, который пульсировал от головной боли.
– Я не собиралась говорить, – застонала Гынён и изогнула тело.
– Тебе нужно лекарство? – внимательно посмотрев на цвет лица Гынён, обеспокоенно спросил Джихян.
Да, Гынён и правда нужно было лекарство. Желательно такое, которое стирает все плохие воспоминания.
– Если вам не сложно, можете принести мне обезболивающее? – вежливо попросила Гынён.
– Эй! Он, вообще-то, не твой менеджер, а мой! – воскликнул Худжун, который наблюдал за всем этим.
– Ты серьезно? – беспомощно спросила Гынён и закрыла глаза рукой.
– Ей больно. Подожди минуту.
Джихян встал и поспешно покинул квартиру, чтобы купить лекарства.
Гынён убрала руку и посмотрела на Худжуна.
– Где ты была? Ходила к Джей-Джею? – спросил Худжун, усаживаясь в кресло.
Девушке было очень неприятно слышать подобное.
– Я встречалась с Инхён, – ответила Гынён и поджала губы.
– Что?
Худжун резко обернулся на девушку, хотя до этого смотрел в сторону балкона.
Гынён закатила глаза, словно была в отчаянии.
– Однажды она взяла мой номер. А сегодня позвонила.
– Она в Корее? – Удивленный, Худжун вскочил со своего места.
Гынён не понравилась реакция певца. Больше ей не хотелось говорить, и она закрыла глаза.
Мужчина молча сверлил девушку взглядом. Она нехотя открыла глаза и продолжила рассказ:
– У нас была причина встретиться. – Гынён глубоко вздохнула. – У Инхён не все в порядке, но она очень хочет, чтобы ты жил своей жизнью, не обращая внимания на нее. Ей больно смотреть, как ты страдаешь. Должно быть, Джей-Джей совсем сошел с ума, поэтому ты не должен сдаваться.
Гынён сделала паузу и нахмурилась.
– Она хочет, чтобы ты забыл ее и думал о ней как о девушке, с которой когда-то случайно встретился. Ты сможешь это принять, если узнал от меня? – мрачно произнесла Гынён и нахмурилась от жуткой головной боли.
Худжун будто онемел. Почему он не отвечает?
Неужели он злится на нее? Гынён внимательно посмотрела на мужчину.
– Она в порядке?
Его лицо выражало тревогу и сострадание. Такой же взгляд, как и у Инхён. Гынён ощутила раздражение и отвернулась от певца.
Однако Худжун лишь молчал и смотрел на Гынён, будто ловя каждое ее слово. Сердце девушки ныло от его пристального взгляда, полного жалости.
Гынён ревновала и не могла объяснить эти чувства. Ей казалось, она уже достаточно взрослая для подобного, но сейчас девушка ощущала себя как подросток.
Антифанатка беспокоилась о том, что у нее никогда не будет такой любви, полной воспоминаний. Если она кому-то сказала бы о своих чувствах к Худжуну, то люди рассмеялись бы в ответ. Словно девчонка, которая влюбилась в звезду. Во рту стало горько, и в горле начало першить.
– Эй, я спросил: она в порядке?!
Хлоп!
Худжун слегка ударил по столу кулаком. Его голос звучал сердито. Он словно умолял рассказать ему больше об Инхён. Но что мужчина хотел услышать? Внезапно Гынён почувствовала себя очень подавленной, ей захотелось просто исчезнуть.
Однако девушка знала: теперь так просто от разговора не уйти и ей придется рассказать все от начала и до конца. Внезапно она испытала жалость к себе.
Гынён угрюмо посмотрела на певца.
– Она была спокойной? Или напуганной? – спросил побледневший Худжун.
Похоже, теперь у девушки не оставалось выбора, кроме как сделать ему еще больнее.
