Появление плиоценовых, третичных людей, вернее, предлюдей (объем мозга «плосколицего» предка все же слишком мал) многое ставит на свои места. Ведь если наши древнейшие предки — это питекантропы, жившие всего полмиллиона лет назад (а так считали еще недавно), то получается, что люди (по биологической систематике выделенные в крупную единицу — семейство) появились совсем недавно. Значит, темпы эволюции людей были просто чудесными, в несколько раз большими, чем темпы эволюции других млекопитающих животных.
С находкой третичного, доледникового человека необходимость в чуде отпала. На пути очеловечивания оказались сразу несколько потомков афропитека или кениапитека — человекообразных обезьян, живших около 10–15 миллионов лет назад. Опять параллельное развитие! Некоторые из этих ветвей достигли высокого уровня развития. Неандерталец пользовался огнем и орудиями труда. Он был достаточно совершенным и более многочисленным в течение сотен тысяч лет, чем новички сапиенсы, настоящим человеком и долго занимал территорию Европы, успешно отражая до поры до времени неоднократные, видимо, попытки нескольких волн сапиенсов туда проникнуть. Но сапиенсы развивались быстрее и обогнали в развитии. И дожили, единственные, до наших дней (если неправда все, что рассказывают легенды и путешественники о снежном человеке).
Самые последние открытия в Африке (например, находка в канун нового тысячелетия «плосколицего человека из Кении» в слоях З,5-миллионолетней давности) подтверждают догадку супругов Лики об особом пути развития наших «умелых» предков. Они не выделялись среди других «гоминид» особой физической силой. Путь к нам от первого австралопитека рамидуса шел, видимо, через анамензиса, кениантропуса, габилиса или (и?) рудольфензиса, эргастера, эректуса и гейдельбергского человека. На этой схеме неандерталец тоже потомок гейдельбергского человека. По другим воззрениям, предки сапиенсов и неандертальцев разошлись раньше, еще на стадии эректусов.
И ОПЯТЬ ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ?
Как видишь, даже палеоантропологам не удалось уберечь свою науку от гипотез, превращающих классические эволюционные древа в «кусты» и даже целую непролазную чащу параллельных стволов. Виды и роды людей развивались параллельно и, возможно, только случайно не уцелели на каком-нибудь острове или материке или высоко в горах люди другого вида и рода. Как бы отнеслись мы друг к другу при встрече, каких правил придерживались бы в общении с братьями по разуму другого биологического вида? Вовлекли бы мы их в свою цивилизацию или постарались бы сохранить их обычаи и образ жизни неизменными? Или была бы неизбежна взаимная ненависть и борьба на уничтожение? Почти мгновенное исчезновение в слоях земных следов давно укоренившихся в Евразии эректусов-неандертальцев там, где появлялись переселенцы-сапиенсы, говорит о том, что соседство не было добрым… Эти вопросы еще недавно всерьез волновали многих ученых — ведь легенды о человекоподобном существе, живущем в горах, поразительно свежи в памяти многих народов, его видели, по рассказам, совсем недавно и вполне образованные люди. Но «снежного человека» не нашли. Значит ли это, что вопрос о полифилии и монофилии имеет для человека лишь исторический, академический интерес?
Нет. На Земле сейчас не осталось других видов людей. Но есть расы, то есть подвиды вида человека разумного. Расы, подвиды — это уже полшага на пути к виду. В принципе если бы человек по каким-то причинам задержался в своем социально-историческом развитии и не стал бы довольно быстро смешиваться по всей Земле в последние тысячелетия, через сотни тысяч лет расхождение признаков в расах могло бы дойти и до уровня межвидовых различий.
Так вот, расы, эти зачатки возможных видов, они-то как появились — в уже сформированном виде человека разумного или раньше (и тогда в стадию человека разумного независимо, параллельно вступили одновременно зачатки разных рас из какой-то предшествующей видовой ступени)?
Конечно, нетрудно представить себе некую прямую линию наших предков, вроде той, которую представлял себе Луис Лики, строго отбрасывавший всех человекоподобных, кроме габилисов, как не имеющих отношения к нашей родословной. Тогда логично предположить, что начало всем расам положили маленькие группы людей, уже достигшие уровня человека разумного, которые расселялись по Земле 100 — 40 тысяч лет назад и с тех пор несколько разошлись в признаках из-за местных особенностей климата и случайных отклонений в генном составе крошечных групп родственников.
Но некоторые антропологи (например, китайские) не склонно пока исключать из числа предков ни питекантропов, ни неандертальцев. И одна из причин этого заключается в том, что при всех отличиях неандертальцев, а тем более питекантропов, от современных людей антропологи обнаруживают в этих древних обезьянолюдях отдельные особенности современных человеческих рас! В неандертальцах отмечали черты, типичные для «европеоидного» типа лица и черепа. А в древних, но высокоразвитых китайских питекантропах — синантропах находят ясно выраженные монголоидные черты, строения.
Венгерский ученый А. Тома разработал в 1962 году интересную теорию, по которой центром образования человеческих рас была Африка. Сначала возникла (на стадии еще до человека разумного) и расселилась по Земле самая древняя «волна», уцелевшая в виде древнейшей из человеческих рас небольшими островками на востоке Азии (айны) и в Австралии (австралийцы-аборигены). Вслед за этой первой волной, тесня и отчасти смешиваясь с первой, прошла из Африки (через сотню-другую тысяч лет) вторая волна, развившаяся позднее в расу монголоидов. Одна из ветвей монголоидов позже в несколько заходов проникала через Берингов пролив, пересыхавший 30–10 тысяч лет назад, в Америку, где развилась в расу «краснокожих».
Последняя волна, потеснившая (и отчасти опять-таки смешавшаяся с предыдущей) «монголоидную» на восток и север, превратилась потом в европеоидную расу. Наконец, те родоначальники, которые из Африки никуда не вышли, развились в ней, и на стадии человека разумного дали начало негроидной расе. Волны переселенцев Тома связывал с большими колебаниями климата, с временными отступлениями великого четвертичного ледника.
Теория Тома — очень интересный сплав моноцентризма (Африка — единая прародина всех рас) и полицентризма (расы заложены еще на уровне гомо эректуса и переходят на стадию человека разумного в разных центрах одновременно, параллельно, под действием общих биологических, географических и отчасти уже и социально-экономических закономерностей).
К теории полицентризма многие ученые относились отрицательно или подозрительно, ибо некоторые из расистски настроенных антропологов протягивали нити параллельного развития человеческих рас чуть ли не к обезьянам. При этом, конечно, оказывалось, что европеец произошел от обезьяны давно (ушел, значит, далеко вперед), а прочие, особенно негры, — недавно (и, значит, они ближе к животным).
Но теории полицентризма — разные, некоторые из них — строго научны (например, теория А. Тома) и хорошо объясняют многие антропологические загадки — например, неприятный для расистов факт относительно более близкого сходства как раз негроидной и европейской рас. Кроме А. Тома, за теорию многих центров выступали видные российские ученые Г. Ф. Дебец и П. И. Борисковский, многие современные антропологи из других стран.
Конечно, неизвестно, кто победит в этом споре. Для этой книги важно то, что и при дискуссиях о последних этапах эволюции человека встают все те же старые вопросы эволюционного учения: о дивергенции и параллельном развитии, о сходстве от родства и сходстве от развития по одним и тем же законам. Интересно, что похожие проблемы продолжаются и в поздние исторические пласты биографии человека. Сходство социальных процессов, развития религий, культуры в разных цивилизациях часто невозможно объяснить прямым влиянием или заимствованием, а только сходными законами развития человеческого мышления, хозяйственно-экономических укладов. Например, поразительное сходство сказок народов Океании и России, давно связывают с общими структурными закономерностями, характерными для коллективного народного творчества. Но это уже за пределами нашей темы…
Наш замечательный ученый и скульптор М. М. Герасимов умел по черепам восстанавливать облик давно умерших людей. Здесь его реконструкции питекантропа (наверху слева), неандетальца анфас и в профиль, а также кроманьонца, мужчины и женщины (внизу).
ПРАМАТЕРЬ ЕВА
Мы уже говорили о вмешательстве в споры ученых новейших методов биохимического и генетического исследования. Все чаще молекулярная систематика подправляет наши знания о родстве животных и растений, в распоряжении ученых нередко оказываются даже ископаемые гены — например, мамонтов (в результате мы знаем, что мамонт гораздо ближе к азиатскому, индийскому слону, чем к африканскому). Ископаемые гены древних людей тоже уже нашли, например, неандертальцев — и в знаменитой долине Неандер и у нас на Кавказе — и уже получили первые интересные результаты.
